Долина падающих птиц

Глава 18

Толкаешь в спину, называя ложь свою спасеньем.

И режут без ножа слова пропитанные ядом.

Босая… по осколкам витража на птичье пенье,

Кровавый след на разноцветной крошке оставляя.

Глаза мои слепы, и дух мой сломлен,

Твоё лекарство «жизни» обжигает горло.

«Иди же к свету, шаг за шагом, Рони».

Я не могу… Я не хочу…

Довольно.

** ** **

Солгу, если скажу, что мне не нравилось на том торжестве. Всё было гораздо… ГОРАЗДО лучше, чем я могла себе представить! После того, как все, кто меня знал, смирились и приняли как должное то, что я пришла на праздник не одна, а с парнем, всё изменилось. Даже дышать стало легче! Никто не задавал не нужных вопросов, никто не интересовался как жизнь и тому подобное. Разве, что свободные девушки время от времени заигрывали с Августом глазками и соблазнительно улыбались, однако… Август, как ни странно, уделял максимум внимания лишь мне одной. И это было ещё одним звоночком тому, что что-то не так, что происходит неладное, но на тот момент я была так сильно сконцентрирована на собственных ощущениях, что решила подумать об этом позже. Завтра. Может быть – послезавтра. Но не в тот вечер, не тогда, когда Август ТАК на меня смотрел.

Это придавало уверенности. Я вновь была рядом, вновь чувствовала себя особенной, с ним, в его глазах. Даже мысли о Роме улетучились, и всё, о чём я могла думать, всё, куда могла смотреть, это на него – на моего Августа.

– Скоро подадут горячее! – объявил кто-то, в тот момент, когда Август двинулся в мою сторону походкой самого божества.

Дрожь побежала вдоль позвоночника, и я на автомате выпрямилась, судорожно сглотнула и отвернулась к бару.

– Ну и как долго ты будешь здесь стоять? – прозвучало над ухом низким бархатным тембром.

Всё внутри меня переворачивалось в такие моменты, я теряла контроль над собой… Я злилась на Августа так же сильно, как и упивалась его присутствием.

– Почему не танцуешь? – прошептал, стоя за моей спиной и скользя ладонью по талии.

– Потому что горячее скоро подадут, – ответила первое, что пришло в голову.

– Дурочка. Словно тебя это волнует, – усмехнулся, задев мою спину грудью, и вновь мурашки побежали по коже. – На нас сейчас смотрит твоя подруга. Доставь ей удовольствие: повернись ко мне лицом и обними за шею. Не-е-ежно… обними. Давай, Рони!

Это приказ.

– К чему это представление, Август? – спросила, выполнив требование, оказавшись с ним лицом к лицу.

– Затем, чтобы хоть немного порадовать тех, кому ты не безразлична, – ухмыльнулся на одну сторону рта, и в глазах его заиграли чёртики.

– Они всё равно тебя забудут. Так ведь?

– Забудут, – согласился. – Но кто мы с тобой такие, чтобы лишать их повода для радости здесь и сейчас?.. Ну будь такой эгоисткой, Рони. Они любят тебя. Потанцуем?

– Что?.. А, нет… Нет, – замешкалась с ответом и отвела стыдливый взгляд в сторону. – Я не танцую.

– Кто тебе такое сказал… когда Я рядом? – усмехнулся Август.

Мы танцевали.

Глядя в глаза друг другу и плавно двигаясь в такт музыке. Август прижимал меня к себе, мои руки были заведены ему за шею, наши носы практически соприкасались, а у меня в животе порхали бабочки. Я улыбалась. Казалось, я была счастлива в тот момент.

– Это всё как-то… очень странно.

– Что именно странно? – ухмыльнулся Август. – Это просто танец, Рони. Просто танец.

– Ты странный. Ты ведёшь себя… иначе.

– Как?

– Так, словно тебе приятно находиться рядом со мной.

– И что же в этом странного? – игриво дёрнул бровями.

– То, что ещё недавно я была в конец тебе противна.

Август замолчал. Смотрел всё также пристально, буквально прожигая взглядом, и внутри меня точно чан с кипятком разворачивался. В кончиках пальцев покалывало, а бабочек в животе становилось всё больше и больше. Казалось, ещё немного и я сама превращусь в большое крылатое создание.

– Всё меняется, – ответил наконец и оставил лёгкий нежный поцелуй на моих губах.

Подали горячее. И уже миг спустя рядом с нами за столом оказалась мама Дины, что смотрела то на меня, то на Августа с нескрываемым неодобрением и отчасти даже с обидой.

– Я весь вечер за вами наблюдаю, детки, – сообщила, недовольно поджав губы. – И вот что я вам скажу: не ты, Ника, не ты Август, ни разу не прикоснулись к закускам! Горячее, я так понимаю, тоже пробовать не собираетесь? Не нравится здешняя кухня, м? – сузила глаза вперившись в меня взглядом, и я тут же затрясла головой, заверив, что кухня в этом ресторане чудесная, просто мы с Августом не голодны.

– Откуда знаешь, что кухня чудесная, если ни к одному блюду не притронулась? – стояла на своём тётя Вера, а я попросту не знала, что ещё сказать в оправдание, чтобы не обидеть виновницу торжества.

Пришлось отведать мясо, иначе мама Дины ни за что бы не отвязалась. Но… одно дело я, у меня-то нет проблем по части усвояемости твёрдой пищи, и совсем другое дело Август и тот кусок идеально прожаренного мяса, что тётя Вера решительно пыталась запихнуть ему в рот.

– Не любишь мясо? Вегетарианец? Тогда ешь салатик, – не сводила с Августа глазного прицела.

– Нет, спасибо. Я, пожалуй, дождусь десерта, – легкомысленно отвечал тот.

– А мама не учила тебя, что десерт положено есть после основного блюда? – хмурилась тётя Вера. – Или ты у нас просто фанат фастфуда и прочей дряни, м?

– Скорее фанат того, что имеет жидкую консистенцию. Ещё тортики всякие люблю, – натянуто улыбался Август.

– Эй, Ника, у твоего парня проблемы по части пищеварения? – удивлённо посмотрела на меня тётя Вера, но не дала и слова вставить, как тут же вернулась к Августу и куску мяса, что пыталась ему скормить.

– Почему ты просто не внушил ей, что не будешь есть мясо? – поинтересовалась у Августа после того, как мама Дины наконец решила удостоить внимания других гостей. – Зачем ел это, если тебе противопоказана подобная пища?

– Потому что не все люди поддаются моему влиянию, Рони, – с кислым и очень раздражённым видом ответил Август. – Думаешь, не пытался?.. Чокнутая мамаша твоей подруги абсолютно не поддаётся контролю!

– Вот как… – задумалась. – Значит… ты не всеми можешь управлять?

– Сюрприз, – замогильным голосом ответил Август, поднимаясь из-за стола. – Прости, но мне нужно отойти. Кажется… кажется… вот чёрт! – На этих словах он схватился за живот и умчался в сторону уборной. Решила, что Августу тогда стало очень плохо, но даже представить себе не могла насколько!