Страница 30 из 114
Слышала, как рвалось платье, трещало по швам. Липкие потные мужские руки были везде, трогали меня, хватали, мяли. А я… а я просто смотрела на звёзды, как когда-то смотрела на одинокую лампочку под потолком холодного подвала…
Я снова была в том подвале.
– Рони-и-и! – предлагал свою помощь Август. – Он не убьёт тебя, – это главное. А я смогу вытерпеть боль. Но этот мудак, сейчас трахнет тебя, на утро ничего не вспомнит, а вот ты… что будет с тобой, Рони? Ты перейдёшь на новый круг Ада. Возможно, даже на последний. Хочешь этого?.. Не-е-ет, ты не хочешь. Не хочешь испытывать это снова. Ты же помнишь, как Филип делал
это
с тобой. Просто попроси меня о помощи. Давай. Ты ведь всегда просила.
Всё чего в тот момент добивался Август, это признания моей великой лжи. И он оказался прав – как бы сильно не желала вернуть ему свободу, по собственной воле я не могла этого сделать.
Я не могла отпустить Августа. Не могла перестать нуждаться в нём. Не могла, потому что
не хотела
. Потому что была слабой и безвольной. Потому что не умела справляться с проблемами самостоятельно, – я умела от них лишь прятаться. А если не получалось… я всегда вспоминала его.
Я была его создателем. А Август был частью меня.
– Помоги мне, Август.
***
Небо раскачивалось надо мной, звёзды рисовали круги, спирали…
И вместе с ними плавно раскачивалась я, в такт шагам Августа, который нёс меня на руках. Подальше от фабрики и её обитателей. Прочь из тёмного сквера.
Он смотрел ровно перед собой и, казалось, даже не моргал. Словно вновь надел одну из своих самых непроницаемых масок.
– У тебя кровь, – прошептала, проводя подушечкой пальца по его тёплой щеке, оставляя на ней длинный тёмный развод.
– Это не моя кровь, – даже не взглянув на меня, отозвался Август.
Я не помню, что он делал с тем парнем. Я не хотела на это смотреть.
Поначалу были слышны приглушённые крики, затем всхлипывания, какой-то хруст, а в конце – тишина.
– Ты убил его? – слетело с моих губ, но при этом я не почувствовала ни капли жалости.
Август не ответил.
– Ты мог просто внушить ему убираться обратно, оставить меня в покое… – добавила ещё тише и сильнее прижалась щекой к груди Августа, слушая, как бьётся его сердце.
– Он заслужил, – произнёс настолько тихо, что сперва решила – показалось. Но нет… в этот раз Август действительно мне ответил.
– Ты был прав, – прошептала. – Я всегда буду в тебе нуждаться. Прости. Ты разочарован.
А в следующее мгновение Август посмотрел на меня таким взглядом, который я никогда не забуду. Это был первый раз с его появления, когда его взгляд не был холодным, не пылал ненавистью, или презрением. Его взгляд был спокойным. Просто спокойным, и никак не пустым.
– Ты не разочаровала меня, – произнёс негромко и ровно. – Скорее… удивила.
Я был уверен, что ты просто
существуешь
, но сейчас увидел… что ты всё ещё живёшь, Рони. Проклятье… ты всё ещё пытаешься жить.
Он отнёс меня к дороге, усадил на обочину, и словил машину.
Когда водитель спешил ко мне, на ходу снимая с себя пиджак, чтобы набросить мне на плечи, Августа рядом уже не было.
– Со швейки? – на лице мужчины читался укор, но в то же время и жалость. – Плохой выдался вечер, смотрю?
– Отвезёте меня домой? – прохрипела.
Прозвучал тяжёлый вздох, и далеко не сразу ответ:
– Ну не оставлю же я тебя на обочине. Садись в машину.
Знал ли Август, кто будет за рулём той машины?..
– Как звать? – водитель взглянул на меня в зеркало заднего вида.
– Вероника, – шепнула, закрывая свинцом наливающиеся веки.
– А я Роман.