Страница 12 из 114
Вот что мне действительно нравилось – рисовать. Особенно животных и портреты людей. Особенно…
Раздался звонок в дверь. Пиццу привезли даже раньше, чем это обычно бывает.
Но за дверью оказался вовсе не доставщик, а…
– Приве-е-ет, малая! Давно не виделись. Скучала по братишке, небось? Ха, ещё бы не скучала. Ну, я зайду. Давай, подвинься.
– Чего тебе, Ден? – Стоило только взглянуть на этого утырка, что по стечению обстоятельств является моим сводным братом, и внутри всё протестовать начинало, кричать, возмущаться и требовать немедленно выгнать его из квартиры, пока он и её в притон не превратил!
И каждый раз меня что-то останавливало, стопорило и лишало нужной решительности. И я никак не могла понять, что мною движет. Денис собрал в себе все качества, что я ненавижу, презираю, то, чем брезгую, то, что вызывает у меня дикое отвращение и напоминает о том, какой я раньше была, какими ужасными вещами занималась. Но каждый раз, стоило Дену появиться на пороге моей квартиры (а это случалось стабильно раз в пару месяцев), и вся моя злость на него угасала, оставляя на душе лишь призрачный след, а на место ей приходила жалость.
Да, вот так бывает…
Когда-то давно, «
в прошлой жизни»
, я и сама была не прочь напиться в стельку, закинуться таблеткой и в компании друзей-отморозков отправиться в какой-нибудь затхлый клуб на окраине города.
Злая ирония, что мой похититель в какой-то степени сумел стать и моим спасителем.
Иногда я думала, что мы с Деном не такие уж и разные – оба изгои этого мира, и кто, как не я способна его понять?.. Оба мы зависимые – оба жалкие безвольные трусы.
– Уходи, Ден. У меня нет денег, – глядя на то, как он в своих вонючих грязных обносках рухнул на моё свежее постельное бельё, пришлось с силой прикусить язык, чтобы не наорать на него благим матом и не начать угрожать полицией. Дело в том, что на таких, как Ден подобное не действует, а скорее даже срабатывает с точностью да наоборот. Стоило повысить голос, и он превращался в самого настоящего безумца с налитыми кровью выпученными глазами, и чёрт пойми какими мыслями в голове. Злить его было опасно. Поэтому…
– Меня уволили. Следовательно, денег у меня нет и в ближайшие пару месяцев не будет.
– Уволили? – заведя руки за голову, бросил на меня мутный взгляд. – Так значит, расчёт должны были дать, не?
Чёрт.
– Ещё не дали.
– А когда дадут? Я в гости зайду, – отвратительно усмехнулся, обнажив жёлтые зубы, и махом подскочил с кровати, впившись пальцами мне в предплечья. – Эй, сестрёнка, ну чё ты, а? Ну войди в положение. Всего пару тысяч. В долг. До конца месяца. Отдам, честное слово! Да чтоб мне сдохнуть – отдам! Ты что, брату своему не веришь? Кому, как не мне?!
– Уходи, – зашипела сквозь сжатые зубы, одним взглядом давая понять, что подобное больше со мной не прокатит! Ни копейки он от меня не получит! – Серьёзно, Ден, хватит приходить. Нет у меня денег! Лучше за голову возьмись пока не поздно…
– Да ты затрахала меня жизни меня учить! – наклонился ниже и, сузив глаза, взглянул с презрением. – Ты со своей убогой жизнью разберись сначала,
сестрёнка,
чтобы других воспитывать. Эй? Ну чего напряглась? – резко изменился в лице, улыбнулся и мягко похлопал меня по плечу. – Расслабься. Я же пошутил. Пошутил я. Ну? Дашь в долг?
– Я не пытаюсь тебя воспитывать, Ден. Я лишь прошу тебя уйти и забыть сюда дорогу. У меня нет денег!
– Хм… – гадко ухмыльнулся на одну сторону рта, выждал паузу, не отводя от меня взгляда, а затем вдруг сорвался с места и принялся рыскать по комнате, как ищейка.
– Ты что делаешь? Ден! Остановись, чёрт тебя побери! – Самообладание было потеряно. Бегала за ним по квартире, кричала, приказывала убираться и угрожала всем, чем только можно.
Сглупила.
В тот раз Денис забрал мой нетбук. Пока я молила его этого не делать, он клялся и божился, что вернёт всё с лихвой, но сейчас ему позарез нужны деньги! А когда попыталась отобрать свою вещь, то Ден сделал взмах рукой, и уже спустя миг я таранила спиной комод, чувствуя привкус крови во рту.
Перед уходом он ещё долго извинялся, говорил, что не собирался меня бить, что погорячился. А потом заорал, что вообще-то я сама виновата, ведь семья должна помогать друг другу, а не выставлять вон, так что и под руку лезть не нужно было.
Дверь захлопнулась за его спиной, и в ту же секунду мне померещилось лицо Августа, будто бы перекошенное от боли, а уже спустя мгновение исчезло. Тогда я решила, что это была очередная галлюцинация.
Это было один из первых моих заблуждений.
Я ещё долго сидела на полу в тёмном коридоре, совершенно опустошённая, без слёз, истерик и даже обиды… Ден был прав – я сама виновата. Я сама довела до этого, когда из-за своей чёртовой неоправданной жалости впервые открыла Дену дверь своей квартиры.
Но ведь жалость – это уже что-то.
Жалость – живая эмоция. А мне было страшно необходимо чувствовать себя живой.
Хотя бы немного.
Хотя бы иногда.
***
– Значит, первая встреча Дениса с Августом произошла в другой день?
– Нет. В этот же. Но узнала я об этом гораздо позже.
– Что насчёт нетбука? Ты купила себе новый?
– Серьёзно? Новый? – усмехнулась, глядя на доктора. – За какие деньги-то?
– Но… – Ева облизала губы, бросила взгляд в бумаги и как можно тактичнее произнесла: – При обыске квартиры, твой нетбук был обнаружен на столе и без каких-либо видимых повреждений. Денис его тебе вернул?
Выдержав паузу, опускаю локти на стол и выразительно смотрю на Еву, не надеясь, что поверит, но надеясь, что прочувствует каждое моё слово.
– Вы знаете, что такое ломка, доктор? Когда-нибудь в своей жизни испытывали нечто подобное?.. Ломку, когда все резервы искалеченного организма уходят на то, чтобы найти, вернуть
«себя настоящего».
Того, которому хорошо, весело, беззаботно… Когда «чистый» ты – уже не ты, а всего лишь твой призрак, твоя тень.
То, что от тебя осталось.