Приют повышенной волшебности

— Риточка! Ты не спишь? Ой, ну конечно не спишь, ты же с этими всеми своими там… Я чего звоню-то. Ты в субботу приедешь? У папы юбилей отдела, но это в пятницу, а в субботу мы хотели просто пообедать, по-семейному, и я подумала…

— Мам, в субботу у меня день открытых дверей. Волонтеры приедут, люди за котятами, а может, и даже за взрослыми котами или кошками…

Пауза. Рита знала эту паузу. Мама мысленно протяжно вздохнула, чтобы не выйти на прямой конфликт. Рита тоже так часто делала, яблоко от яблоньки, как говорится.

— Понятно, — сказала мама голосом, которым говорят: "ничего мне не понятно и я не одобряю" и все же не выдержала, добавив обиженное — коты важнее.

— Мам, не коты важнее. Просто это назначено месяц назад, приедут больше десяти человек…

— А Люде с третьего этажа, между прочим, второго внука подарили. Второго, Рит. Я к чему говорю…

— Я знаю, к чему ты говоришь, мам. Каждый раз.

— Потому что каждый раз ничего не меняется! Двадцать два года, живешь на даче, одна, в долгах, с тридцатью котами, как старая дева из анекдотов!

— С тридцатью одним котом.

— Это не смешно!

— Немножко смешно, — честно сказала Рита.

Мама вздохнула — длинно, многослойно, с обертонами. В этом вздохе помещались и Люда с внуками, и Ритина работа в общепите ("такой был коллектив!"), и бывший парень Стас ("такой был перспективный!") и загубленная, по маминой версии, молодость.

— Ешь-то хоть нормально?

Рита посмотрела на дом, где в шкафу стояли гречка, гречка, макароны, еще гречка и банка тушенки, отложенная на особый день.

— Нормально, мам. Не жалуюсь.

— Ну смотри. Папа тебе денег хотел перевести, я сказала — не возьмет же.

— Не возьму.

— Вот я и говорю. Вся в отца. Тот тоже — упрется и стоит на своем. Ладно, Риточка. Целую. Хоть позвони в субботу-то, после своих этих… дверей.

— Позвоню. Целую, мам.

Рита сунула телефон в карман и посмотрела на Клеопатру, которая все это время сидела на козырьке крыши ближайшего вольера и наблюдала за разговором с выражением, подозрительно похожим на сочувствие.

— Ничего не говори, — сказала Рита.

Клеопатра ничего и не сказала. Она вообще никогда ничего не говорила — она же была кошкой, в конце концов. Просто иногда у Риты возникало странное чувство, что молчит она… содержательно. Ну и плюсом этот голос в голове.

К половине восьмого миски были полны, вода сменена, а два лотка внепланово отмыты (кот по кличке Пельмень имел взгляды на лоток, несовместимые с общепринятыми: он активно метил его, а параллельно пытался свить в нем гнездо, и закопать), а Рита сидела на крыльце с телефоном и занималась второй частью утреннего ритуала — самой нелюбимой.

Она села на ступеньки крыльца и открыла страницу сбора.

"Сбор на корм и оплату вакцинаций. Собрано: 4 300 из 40 000".

Со вчерашнего вечера прибавилось триста рублей. Перевод от "Наталья В." с комментарием "Держитесь там, на рыжиков". Рита написала ей "Спасибо огромное!!" с двумя восклицательными знаками, потому что один казался неблагодарным, а три — истеричными. Комментарии иногда подпитывали лучше денег, жаль, что животных ими кормить нельзя.

Рита немного посидела, вспомнила про другое смс от банка.

Посчитала в уме то, что считала уже трижды за неделю и что от пересчета не менялось: зарплата — пятнадцатого, платеж по первому кредиту — двенадцатого, в заначке — тысяча двести, сбор идет со скоростью триста рублей в день. Значит, снова писать пост. Снова фотографировать котов в выгодном свете (Терминатор нефотогеничен принципиально, он на всех фото выходит как уголовная хроника), снова подбирать слова так, чтобы было честно, но не жалобно, тревожно, но не безнадежно…

Что-то теплое и родное прислонилось к ее бедру. Клеопатра. Подошла к крыльцу неслышно, как умела только она, села рядом и прислонилась — не выпрашивая, не требуя. Просто обозначая: я тут.

— Все нормально, — сказала ей Рита. — Прорвемся. Мы всегда прорываемся. У нас с тобой стаж.

Клеопатра посмотрела на телефон в ее руках. Потом на Риту. Долгим, внимательным, странно взрослым взглядом, от которого у Риты — уже не в первый раз — возникло нелепое чувство, что кошка сейчас вздохнет и скажет: "Так, дай сюда, я сама разберусь с этим банком".

— Иногда ты так смотришь, — сказала Рита, — что мне кажется, словно ты все понимаешь. Вот вообще все.

Клеопатра моргнула и принялась вылизывать лапу с видом настолько подчеркнуто кошачьим, настолько демонстративно безмозглым, что это было даже подозрительно.

— Что ж, отдохнули и хватит, хвосты сами себя не выгуляют — услышав последнее слово, все псы, даже престарелая Жучка, возбужденно завиляли хвостами и подошли к сетке вольера, чтобы полным любви взглядом выпросить возможность гулять в первой паре. Рита взглянула на подозрительно поскуливающую Алису и приняла решение — Так, Алиса едва терпит, пойдет первая, а компанию ей составит Батон.

Жучка обиженно заскулила и побрела к будке к глубине вольера.

— Ну уж прости, двоих молодых я не выдержу, взять Зевса не смогу. — Начала оправдываться Рита, — А он сама знаешь, только дай ему оказаться рядом с Батоном на прогулке, начинает доказывать свое главенство в стае…

Жучка села спиной и сделала вид, что ничего не слышит, ей было невдомек, почему соседку выгуливают первой и без нее.

Рита вздохнула, но тут же ощутила на себе понимающий взгляд, улыбнулась.

— Спасибо, Клео. Одна ты меня во всем поддерживаешь.

Без пяти девять Рита сидела за рабочим столом, и ее превращение из владелицы приюта в работника было почти полным: волосы собраны в пучок и заколоты карандашом, на экране — рабочие чаты, в кружке — второй кофе. На ней сверху вниз были надеты: аккуратная рубашка (в кадре), худи, обвязанное вокруг пояса (не в кадре), и пижамные штаны с утятами (глубоко не в кадре).

Классическая униформа удаленщика, воспетая в фольклоре.

Ноутбук загудел, экран рассыпался на квадратики с лицами.

Айти-компания "Вектор Плюс" выходила на связь: тимлид Андрей с неизменной кружкой "Я директор этого дурдома" (кружку подарила команда, он не был директором компании, но пил из нее с гордостью), тестировщица Оля на фоне фикуса, еще шесть квадратиков в разной степени утренней готовности. Ларина была в пижаме. Заметив это Рита мысленно вздохнула — могла бы тоже не надевать удушающую рубашку и неудобный лифчик, но уже поздно. Больше она такой ошибки не допустит!

— Так, все в сборе, — голос Андрея был бодрым той специальной утренней бодростью, которой никто не верил. — Поехали по кругу.

Пока коллеги докладывали тимлиду о проделанной работе, девушка просматривала объявления и посты о поиске владельцев для своих подопечных. Ни одного стоящего комментария, который обнадежил бы желанием забрать хвостика. Но из хороших новостей: ее вновь не отметили ни на одном посте с поиском передержки или срочной помощи. Значит, вчера в их городке с животными скорее всего плохого не случилось. Хотя, точнее, наверняка случилось, но не в ее зоне влияния.

— Рита, ты следующая. Что по вчерашней задаче?

— Доделала, отправила на проверку, — сказала Рита. — Ошибку с оплатой нашла, там дата неправильно считалась, если заказ после полуночи. Починила, тесты написала. Сегодня беру следующую задачу по списку.

— Ого. А я два дня на нее смотрел, не мог разобраться, — уважительно сказал квадратик по имени Дима. — Как нашла?

— В четыре утра хорошо думается, — честно ответила Рита.