Страница 43 из 78
Глава 15
До Ижоры, точнее, до села Большие Ижоры, просто Ижора — это, оказывается, речка, добрался на удивление легко и удобно. Опасения были вызваны названием нужной мне железнодорожной ветки — Дачная, и тем, что дачный сезон уже закончился. Проще говоря, боялся, что поезда там уже не ходят. Но — нет, ходят, и ещё как. Не учёл, а точнее — не знал, что из этого же села начинается паромная переправа на остров, который запирает собой залив, разместивший на своих берегах столицу. Нет, есть рейс и из столичного порта, но именно здесь самый узкий пролив, так что, с учётом разницы в скорости пакетбота или парома с поездом, через Ижору выходит намного быстрее, да и укачивает меньше. И поезда из Питера в Ижору, к пристани, бегали очень часто и шустро.
А ещё западнее Ижоры на берегу моря стоили береговые батареи — вроде как секретные, но про которые знал здесь и стар, и млад. Какие-то особые магические орудия, способные достать не только до ближнего, южного, но и до северного фарватера, и на большом промежутке. Говорили про три форта, по четыре орудия в каждом. Благодаря наличию этих «секретных» батарей в селе хватало «секретно» гуляющих моряков в увольнении со знаками различия береговой службы флота. Просто цирк какой-то: всё секретно, аж до жути, но при этом все всё знают, но делают вид, что вообще не понимают, о чём речь.
Впрочем, мне ни на остров, ни в построенную на нём крепость, которая надёжно контролирует оба ведущих к столице фарватера, было не нужно. Да и на батареи — тоже, хоть и имелся некоторый интерес к конструкции орудий. Заводов в селе оказалось аж три штуки, как потом узнал — есть отдельный поезд, который привозит к началу смены рабочих из города, а потом забирает их обратно. Но тот, у которого из-за забора виднелись груды стружки, опилок и прочих древесных отходов я отверг сразу, выбрать между двумя оставшимися оказалось сложнее: выглядели одинаково, и назывались оба «Ижорский механический завод», отличались только собственником, и мне был нужен казённый. Нет, вру, было между заводами ещё одно отличие: казённый имел заказ от флота на изготовление чего-то там приборного и теперь ещё от ГАУ, а частный обо всём этом только мечтал.
На проходной меня сперва не хотели пускать, даже полицию вызвать грозились, благо, сопровождающий прибежал буквально через минуту. И сразу начал извиняться:
— Простите пожалуйста, ваше сиятельство! Виновные обязательно будут наказаны за грубость. Надеюсь, они не успели оскорбить вас, ваше сиятельство?
— Если под виновными вы имеете в виду охрану — то к ним у меня никаких претензий нет. Наоборот — молодцы, образцово несут службу и не пропускают посторонних, независимо от знаков различия и регалий титула. Я бы их, напротив, поощрил за бдительность. И в рапорте это обязательно отражу. А вот то, что у них нет списка ожидаемых визитёров и инструкции о порядке действий в такой ситуации — это уже другое дело, и тут на самом деле стоило бы поискать виновных.
Сопровождающий хотел было отвести меня в контору, к бумагам, но я попросился для начала на склад, к изделиям, а потом в цех, к железу. Потому что меня интересовало исключительно то, как изготавливают стволы, а не как это всё оформляют. На складе готовых стволов нашлось сорок восемь штук, из трёх разных партий: восемь из самой старой, отгрузку которой приостановили после памятного совещания, и две партии по двадцать штук, изготовленных уже после. Выбрал случайным образом по четыре штуки из каждой партии, потребовал выложить их на какой-то длинный стол, поперёк него, и стал осматривать. В принципе, мог просканировать всё и не вынимая со стеллажа, но хотел заодно глянуть на качество покраски, защиту резьбовых элементов, как нанесена консервационная смазка и прочее. Сопровождающий куда-то улизнул в процессе — видимо, побежал туда, к бумагам, рассказывать, куда пропал проверяющий.
Я же пребывал в прострации. Из первых восьми все четыре были сделаны хорошо, только на одном смазка в узле крепления двуноги выглядела подозрительно густой и слишком тёмной, то во второй партии уже наблюдалось явное нарушение –упрочнение в казённой части оказалось в полтора раза хуже, чем положено. В третьей партии упрочнение съехало ещё больше, вместо него на ствол сзади надели ещё одну стальную трубу с толщиной стенки в сантиметр, в нижней части вместо штатного казенника вкрутили просто сплошную пробку, без ударника и без отверстий для тяг и проводов вспомогательных механизмов, на дульном срезе отсутствовала наружная резьба для установки механизма предотвращения двойного заряжания, а вместо транспортного колпачка, кто должен на эту резьбу накручиваться, защищая заодно и её — в ствол вбит деревянный чопик. Хорошо так вбит, у одного ствола даже геометрию чуть-чуть повело.
Те, что остались на стеллажах, были точно такими, это я проверил, просто прикоснувшись рукой к торцевым частям. И вот, пока я думал, куда звонить: Прокречетову, в Корпус или сразу в СИБ, сзади раздался голос с каким-то странным акцентом:
— Любуетэсь?
— Можно и так сказать. Скорее — пребываю в изумлении.
— Тогда, может быть, сразу подпишете документы? — тот же голос с тем же акцентом.
— Какие ещё документы⁈ — я обернулся, чтобы увидеть странную особь: молодой мужчина, с набелённым лицом, немецкими усиками щёточкой, в британских клетчатых штанах и такой же кепке, почему-то с галльским помпоном на макушке.
— На усовершенствование и упрощение конструкции, а также упрощение технологического процесса изготовления этих вот кожухов! — с апломбом заявило это нечто со всё тем же акцентом, таким же странным, как его одежда: не прибалтийский, не немецкий, не английский…
— Кто здесь главный? — решил пока игнорировать странное явление.
— Я! — вперёд вышел вполне типичный приказчик в столь же типичной тройке. — Управляющий заводом, Ма…
— Господин пока ещё управляющий, потрудитесь ответить на несколько вопросов. От ваших ответов зависит, пойдёте вы отсюда к себе домой или в камеру. Во-первых, что вот это за явление и является ли данный субъект подданным Империи?
— Конечно! Это наш инженер завода, Лопатин Сергей Иванович.
— Тогда откуда акцент⁈ Ладно, это мелочь. Сергей Иванович, я не вижу у вас академического знака. Какое учебное заведение заканчивали?
— Политехнические курсы в Мюнхене! — безо всякого акцента (!) ответил носитель гибридной англо-галльской кепки.
— Трёхдневные, видимо?
— Трёхмесячные! Я…
— Неважно. Кто все эти люди? — За спиной управляющего толпилось человек восемь-десять. — Отставить! Не так.