Страница 49 из 63
Батур говорил это так уверенно. А я вдруг поняла, что ни капли не боюсь. В один момент, словно по щелчку мне стало все равно. Он женат. Это правда. Он все это время лгал мне.
— Ты разводишься, остаешься со мной. Только в этом случае что-то измениться, — я сложила на груди руки и посмотрела на него с вызовом. Теперь рассмеялся он.
— Я не буду разводиться Хаят, не неси чушь.
Эти слова были сказаны с насмешкой. Я почувствовала себя грязной, низкой.
— Я не буду любовницей. И второй по счету тоже, Батур. Либо ты разводишься, либо всему конец.
Резкий рывок. Он схватил меня за волосы. Больно.
— Знай, бл*ть, свое место, Хаят, — прорычал у самого уха. Я не собираюсь разводится со своей женой только из-за того, что ты этого хочешь! Что, бл*ть, непонятно?! Хватит за мной следит, я и так слишком мягок с тобой. Моя доброта может кончиться.
Последние слова он процедил свозь стиснутые зубы. И это было хуже оскорблений. Батур наконец-то выпустил меня, а я захлёбывалась слезами.
Посмотрела на него и сказала то, что сейчас чувствовала.
— Я ненавижу тебя…
Его лицо исказила гримаса злости.
— Да мне пох*й. Пока я хочу тебя, ты будешь со мной, все поняла?! — проревел так громко, что уши заложило.
Грудь стиснуло от рвущихся рыданий.
— Я не останусь с тобой. Можешь убить меня, но я не буду…
- Никуда ты не денешься, пока я этого не захочу…
Он схватил мою сумку, лежащую на комоде.
— Что ты делаешь?!
Батур расстегнул в ней молнию.
— Телефон. Он тебе больше не нужен. Мне, бл*ть, надо решать вопрос с Аланом, а не твои истерики слушать.
Он начал трясти ее. Оттуда посыпалось все содержимое. Телефон с треском приземлился на пол. Батур схватил гаджет. А я жалась к стене и умирала от боли. Как нежный, чуткий мужчина мог в один момент превратиться в монстра?!
Батур замирает. Смотрит себе под ноги. Я смахиваю с глаз слезы и вижу, как он опускается и поднимает листок, выпавший из моей сумки. Я вдруг понимаю, ЧТО ЭТО.
Сердце замирает, когда Батур открывает его и проходится по строчкам. А когда он возвращает ко мне глаза, в них неприкрытая, необъятная ярость.