Не будите медведя

Глава 10. Наша прелесть

Михаил настолько проникся нашим приобретением, что единолично высосал половину принесённой бутылки, на которую вожделенно таращился Серый с ещё парой мужиков из второй команды, и ещё минут несколько пребывал в прострации.

— Да вы просто охренительно везучие прохиндеи, — резюмировал он свой мыслительный процесс, — у меня и мысли не было, что вы туда сунетесь, вы же всю дорогу прям такие все разумные и осторожные, а тут вона чё…

— Да чего такого-то? — недоумённо возразил Александр Первый, — там и до нас только ленивый не шарился. Десятки корпусов до нитки ободранных.

— Ну, положим, не до нитки… — удовлетворённо мурлыкнул Фуркан.

— Ну, да, — слегка смутился Саня от неожиданного вмешательства кладоискателя, — но один хрен…

— Да вы понимаете, что туда уже лет полста, как никто не совался, потому что доступное давно выгребли, а за недоступным к чёрту в зубы лезть приходилось? — Миша слегка повысил голос, но скорее от возбуждения, чем от негодования.

— Да мы, вроде, и не поглупели, и осторожностью не поступались. Как, думаешь, мы на разграбленном кладбище почти полный трюм набили? Всё с умом, да с выдумкой. Вон, Глеб у нас такую пушку изобрёл, что и риска-то особого не было. — приписал мне лавры изобретателя профессор.

— Вообще-то мы её коллективно делали, я только до ума довёл. И даже наработки использовал не свои, а академика Сахарова. Кстати, надо сделать так, чтобы изобретение не ушло налево, иначе пираты смогут целые армии останавливать и без опаски грабить. — перевёл я стрелки в практические русло.

— Что, прям так серьёзно? — заинтересовался новинкой Абагай.

— Более чем. Конечно, против ракет с торпедами пока не повоюешь, но на ближней дистанции у нас теперь безоговорочное превосходство. Если, конечно, у противника не окажется мощной защиты против ЭМИ, — ввёл я земляка в курс дела, — более того, мы теперь имеем возможность полностью обесточивать корабль до самой высадки абордажной команды. То есть ни защитные системы, ни оружие с дроидами, ни даже бронескафандры врага работать не будут ещё несколько минут после контрольного импульса.

Алтаец глубоко задумался. Сидел, слегка покачивая ногой и глядя в пустоту, постукивал пальцами по предплечьям скрещенных на груди рук, поджимал нижнюю губу. Затем, видимо, придя к каким-то выводам, заговорил.

— Знаете, а ведь это очень серьёзная заявка на победу. Весь мой местный опыт однозначно говорит о том, что у пиратов такой защиты не бывает. Просто потому, что они не сталкивались с подобной угрозой. Вот у старших рас наверняка такая защита есть, а у этих… ну, сами понимаете. Я ведь как только ни пытался языков брать, пока мы в наёмниках ходили и щипали этих, — Михаил неопределённо качнул головой куда-то назад, — но либо корабль вдребезги, либо при абордаже всех в винегрет. А с вашей пушкой мы эту войну выиграем, я так думаю.

Затем растянулся в счастливой улыбке:

— Я ведь как вас впервые увидел, сразу так и решил, что это наши, даже не так: НАШИ! По рожам вашим увидел, что свои, земляки, с которыми хоть в разведку, хоть в баню, — тут уже все заржали над немудрёной шуткой, — не то, что местные. Среди местных нормальных людей ещё ой как поискать надо. Шкурник на шкурнике и эгоистом погоняет. Снег зимой сторожить не доверишь — либо сопрут, либо потеряют, либо тебе же и перепродадут через десятые руки. А вы, вон, только появились тут — уже и с кораблями, и при деньгах, и вундервафлю вон какую изобрели. А про корабль этот ваш вообще молчу. Тут про такое легенды слагают и детям вместо сказок на ночь рассказывают.

Миша помолчал, собираясь с мыслями, после чего закончил сентенцию:

— Теперь ваш вклад в наше общее дело намного больше моего, так что командуйте. Глеб, ты вроде за главного?

Я согласно кивнул.

— В общем, принимай в команду. Я не с пустыми руками, со своим кораблём. Выкупил у ребят за все годы. А дашь добро, так и команду свою подтяну, и бизнес свой тут продам и в дело вложу. Моя доля немалая — семьдесят процентов, это на ещё один корвет потянет, хоть и в самой скромной комплектации. Сбережения свои я и так уже в общий котёл кинул. Решай, короче.

Все сидели, переглядывались. Вот вроде вопросы чисто деловые обсуждаются, но как-то очень уж душевный и торжественный момент получился, будто нового родственника в семью принимаем. Аллочка, кажется, даже всплакнула и у молодёжи лица какие-то вдохновенные.

Как команда мы уже состоялись — и по космосу полетали вместе, и поработали, и подрались, и даже почти в бою поучаствовали. Но тут нарождалось что-то новое. Семья? Клан? Боевое братство? Ну, что-то такое. Не буду пока ярлыки навешивать, время само всё по местам расставит. Но ситуацию надо использовать, чтобы ещё упрочить взаимоотношения в коллективе. Командир я, в конце-то концов, или где?

— В общем, так, люди добрые. — начал я пропаганду, обведя всех присутствующих долгим задумчивым взглядом, — Миша с первой нашей встречи проявлял себя исключительно с лучших человеческих сторон, помогал советом, делом, вещами и информацией. Даже наш пока не оприходованный титан — его заслуга. И помимо того, что он — наш земляк, кровно заинтересованный в успехе нашего общего дела, он ещё и носитель ценнейших знаний и опыта в реалиях Содружества, что для нас, скорее всего, намного ценнее всех прочих ресурсов, которые он уже предложил. Так что не вижу ни единого повода против вступления Михаила в наши стройные ряды.

— Но так как я не диктатор и даже не падишах какой-нибудь, прости господи, а вполне даже наоборот — так уж сложилось, что ближе и роднее друг друга у нас на миллионы километров никого нет, так что у нас тут почти семья сложилась, то хочу у вас, мои дорогие, спросить: нет ли у кого возражений против пополнения семьи?

Тут уже томительного ожидания с раздумьями не случилось. Сразу начали раздаваться голоса:

— Берём, чё тут думать.

— Миха — мужик, свой в доску.

— Земеля, чего тут думать, принимаем, однозначно.

— Конечно принимаем, мог и не спрашивать.

— Думаю, вопрос был по большей части риторический, — раздался голос мудрого Иваныча, — Глеб скорее из уважения к нам его задал. Так ведь?

Мне оставалось только кивнуть с выражением лица, типа «ну, вот, сами всё понимаете».

— Поэтому хочу первым поздравить Мишу со вступлением в семью, — при этом Токмашев эдак со значением посмотрел на меня. Просёк старый герпетолог мою пропаганду, хоть я её особо и не скрывал, ну и подыграл, спасибо ему.