Страница 38 из 66
— На команде мародёров и добыче нейросетей из трупов. — подал голос Токмашев.
— Ага, точно. Значит так: для всех видов работ понадобятся изученные базы: первое — по основным модулям кораблей, пока только до крейсера, линкоров в ближайшем обозрении нет. Затем — хакинг и прочий взлом, в том числе — банальных сейфов, хотя, тут, наверное, ремонтных дроидов хватит. Третье — по ручному вооружению и боевым дроидам, ёж его знает, что там из внутренних защитных систем может работать на боевых кораблях. Ну и четвёртое — медицина. Медкапсулы и картриджи — стоят дорого и нам самим ещё могут пригодиться. У меня — ремонтные дроиды, ручная стрелковка и малые корабли есть. Кто ещё в первый рейс чего полезного предложить может?
— У меня медтехника изучена, я пойду, — незамедлительно выступила Катя, — да и кому кроме меня, не Ивана Ивановича же отправлять, с Аллочкой.
На последнем слове Катя подпустила едва заметную нотку превосходства. Аллочка так же едва заметно сощурилась, давая понять, что шпильку заметила и запомнила. Но промолчала. Зато не промолчал профессор.
— А что это вы, Катенька, меня со счетов списываете? Я и дома-то активного образа жизни никогда не прерывал — в «поле» постоянно работал, да и спорта не чурался. А уж после местной медицины и подавно не стоит меня из строя выбрасывать. Вот, парни не дадут соврать, что на астероидном поле я не лодыря гонял, а работал наравне со всеми.
Старый состав на это дружно покивал, подтверждая слова старейшины, а Катя подняла руки в защитном жесте, дескать, «глубину своих заблуждений осознала, не надо меня воспитывать». Дождавшись окончания этой сцены, дал о себе знать Шурик.
— Оружие и боевые дроиды у меня, если что. Ну и тактику зачистки помещений с армейки помню. На практике, правда, не доводилось, и как оно против лазерных турелей, я в душе не ведаю, но всё-таки не полный ноль.
— Договорились, идёшь с нами, — сообщил я парню, при этом попенял себе, что о боевых базах знаний даже не подумал, хотя сам на войну с пиратами нацелился, позор мне, как руководителю, — а бот тогда поведёт Александр Второй.
— Нафига? — возмутился Саня-студент, — Чем мне роль штурмовика помешает бот вести?
— Тем, что если придётся драпать, пилот должен быть за штурвалом в полной готовности, а не с дроболыгой на чужом корабле. — ответил за меня Канюк.
— Ну ладно, убедили. — согласился Александр Первый. После чего возникла долгая пауза.
— Я так понимаю, программирование и хакинг никто кроме меня не изучал? — прервал тишину Фуркан.
— А ты их покупал? — я с сомнением посмотрел на турка, — Нейронками и базами ты ведь занимался.
— Ну, в список я их точно вносил, — смутился он, пожимая плечами, — но их либо никто не стал изучать, тогда надо в сейфе у капитана смотреть остатки, либо не было в продаже.
— Ладно, нет, так нет, летишь с нами. — и уже ко всем присутствующим: — Теперь у нас комплект. Ну что, поехали?
— Па-а-аехали! — с каким-то молодецким азартом воскликнул Эдик, первым вскакивая с дивана и стартуя в рубку.
— Чего это он? — Катя с недоумением уставилась вслед ускакавшему юным козликом пятидесятилетнему мужику.
— Так ребята сейчас всяких ценных запчастей натаскают, и Эдик сможет провести этот, как бишь его… глубокий тюнинг своей «ласточки», — просветил женщину профессор, — а уж обосновать этот тюнинг крайней необходимостью он сумеет, даже не сомневайтесь.
— И в мыслях не было сомневаться. Мой бывший тоже мог авторитетно обосновать — почему новые чехлы и коврики для его «ласточки» важнее, чем новые обои и коврики в доме. — что-то в этих словах крылось глубоко личное, поэтому ответить или прокомментировать никто не решился.
Долгие перелёты, ожидание и душеспасительная беседа вызвали у народа изрядную жажду деятельности, поэтому уже в скором времени все с замиранием сердца наблюдали за подлётом управляемого дистанционно челнока к изрядно покорёженному корвету. Челнок шустро преодолел разделяющие два корабля километры, прошёл впритирку вдоль борта, затем по широкой дуге окольцевал того вокруг продольной оси, после чего целым и невредимым вернулся в родной трюм нашего грузовоза.
Настала очередь бота. Тот повторил маршрут своего мелкого собрата с той разницей, что на обратном пути показал пару фигур высшего пилотажа, невозможных в условиях атмосферы и гравитации.
«Всегда мечтал это сделать!!!» — прилетело сообщение от Эдика. Кто бы сомневался, что это его рук дело.
— Ну, теперь дело за нами. — я встал и двинул на выход, подавая пример остальным.
Забавное, давно забытое ещё с молодости ощущение, названное кем-то из университетских друзей «кураж-мандраж»: нервное возбуждение со слегка трясущимися коленками, но сопровождаемое чувством приятного предвкушения.
Странно это. Фактически — всего лишь мародёрка, но ощущение, будто на другую планету сейчас высаживаться предстоит. Непонятно, странно, а потому — подозрительно.
Уже в боте, распределяя скафандры, я хотел вручить трофейный бронескаф Сашке, как исполняющему обязанности охранника и штурмовика, но тот отбрехался, сказав, что без соответствующих баз он ему больше мешать будет в случае боестолкновения, чем помогать. А следом Иван Иваныч с Эдуардом Алексеичем на пару прямо через нейросеть проклевали мне весь мозг, что раз уж я самолично сунул голову в такое опасное мероприятие, то обязан хотя бы более защищённый костюмчик напялить ради всеобщего спокойствия.
Я было попытался впарить броню Кате и Фуркану, но и они дали мне от ворот поворот. Катя, видимо, из солидарности с остальными, а вот мой османский товарищ, как мне кажется, из тех же соображений, что и я. Ибо ещё свежи в памяти воспоминания, как мы вытряхивали из этого доспеха подпорченную тушку его бывшего владельца со всеми успевшими выделиться жидкостями.
Если бы это всё происходило ещё на корабле, то я просто взял бы один из пустотных скафандров для техников, но мы шкандыбали уже на полпути к цели. Поэтому пришлось сморщить булки, но втиснуться в провонявший миазмами бронескаф. А, нет, не провонявший. Это оказались фантомные запахи, ибо изнутри скафандр не пах вообще. Ну, что ж, остаётся только облегчённо выдохнуть.