Не будите медведя

Глава 7. «Пилите, Шура, пилите, она золотая»

Скажи мне кто пару недель назад, что я буду изнывать от безделья в космосе, даже не улыбнулся бы, настолько дико это звучит. А вот поди ж ты — свершилось. Попеняв себе в очередной раз за непредусмотрительность — ну что мне мешало накачать себе на нейросеть или в корабельный сервер хотя бы книжек — научных, развлекательных, да хоть пропаганды религиозной? Кроссвордов там, местных анекдотов, рецептов приготовления некузявой бутявки с планеты Плюк?

Первые дни полёта были увлекательны — все дружно изучали полученные базы знаний, пилоты копались в памяти корабельного искина, новоизбранный медик потрошил медблок, а трио техников самозабвенно собирало конструктор под названием «дроиды». Из двадцати девяти шахтёрских инвалидов мы с Сержем собрали двадцать пять полноценных работяг, а Фуркан, как более опытный, единолично поставил в строй десяток разнокалиберных ремонтников. Ещё день посвятили разбору захламлённого отсека. Затем день отдыхали. А потом началось безделье.

Когда даже от клейстерно-опилочной каши начало заново отрастать брюхо, а общее моральное разложение команды незаметно подползло к зарождающимся конфликтам, положение спас многоопытный профессор Токмашев. Во времена его молодости были очень популярны шахматы, а среди тружеников умственного труда встречались и уникумы, способные играть в уме, называя друг другу лишь передвигаемые фигуры и номера клеток на виртуальной доске, откуда и куда фигура ходит.

Однако наши мозги были улучшены технологически. Быстро объяснив своим нейросетям — как это работает, взбодрившаяся команда азартно включилась в игру. Поначалу безоговорочно лидировал старейшина, но вскоре мы с капитаном, как заставшие закат советской шахматной волны, подтянулись и поколебали трон патриарха.

Наследующий день всех удивил турецкий гроссмейстер. Ещё вчера не хватавший звёзд с неба, играя на равных только с Шуриком и Серёгой, он вдруг наголову разгромил всех и продолжил победоносный марш по нашей коллективной самооценке. Загадочно ухмыляясь, Фуркан раз за разом ставил мат, вслух сожалея, что играем не на деньги.

Не чувствуя за собой особых талантов, мы с Эдиком сосредоточились на дуэлях между собой, а вот Иваныч закусил удила. Проиграв с десяток партий, он сильно задумался, а потом неожиданно выиграл раз, другой, третий…

— Да как так-то? — скрипел зубами техник, почувствовавший было себя чемпионом.

— Что, не прошёл тест Тьюринга? — невинно осведомился ехидный старикашка.

— Чего? Какого тюнинга?

— Тьюринга. Алана. Был такой британский математик на заре кибернетики и электроники, — Иваныч на глазах трансформировался из игромана в профессора, — заранее озаботился проблемой наличия разума у машины. То, что ты сегодня с места в карьер выигрывать начал, хотя ещё вечером Саньку раз через два проигрывал — само по себе подозрительно. А потом смотрю — шаблонно играешь. Очень логично, мощно, но без выдумки. Думаю: а не твоя ли нейросетка за тебя отдувается? Ну ты в первую же ловушку и ухнул с ушами!

Токмашев победно разулыбался, а посрамлённый мошенник окончательно сдулся. Чтобы не нагнетать ненужного негатива, разбавили шахматы карточными играми, кто что вспомнил. При участии фактора случайности оторвалась уже молодёжь, отыгрываясь за все «унижения».

Так с шутками и взаимным подначиванием дошкандыбали до искомой системы. Зависнув над плоскостью эклиптики, новоиспечённые старатели по-хозяйски осматривали потенциальное «эльдорадо», а мне в этот момент вдруг подумалось, что как-то мы слишком беспечно тут выставились на всеобщее обозрение.

Канюк по моей просьбе просканировал подаренным сканером окрестности и те неожиданно таки дали несколько засветок. Все напряглись. После распознавания сигнатур выяснилось, что это всего лишь чьи-то маяки, причём разного производства и давности установки, что в общем-то обыденно для любой разведанной системы. Все расслабились, но прежней беспечности уже не было, ибо нечего расслаблять булки: кругом дикий космос, в котором может шнырять кто угодно — от банальных конкурентов до экзотических архов. Для нас экзотических, естественно, как для новичков в космосе.

Не зная, как, что и куда передают эти маяки, я предложил обходить их по возможности максимально далеко. Однако, капитан, видимо, изучив соответствующие базы, заверил, что мы уже везде засветились, так как системы маскировки у нас нет вообще никакой, кроме стандартной РЭБ (система радиоэлектронной борьбы), так что трепыхаться поздно, но и маяки тут внутрисистемные, гиперсвязи не имеющие. Поэтому, пока хозяева не прилетят и показания не снимут, как со счётчика электроэнергии, можем тут хозяйничать.

«Ну, раз можем, то нефиг щёлкать клювом», решила наша дружная компания и мы двинули к цели. Барражируя над астероидным полем, просканировали на всю невеликую мощь купленных сканеров, но даже так ладошки потели от рисуемых на центральном мониторе перспектив.

Металлов было много. Очень много. Может быть для какой-нибудь добывающей корпорации это мелочь, но для нашей маленькой команды тут был клондайк. Цветные, редкоземельные, радиоактивные, металлы платиновой группы, благородные и, конечно, железо. Железом фонило всё, что неудивительно — самый распространённый металл во вселенной всё-таки. Многое из того, что предстояло добывать, было относительно равномерно размазано по всему участку и мне пока было трудно представить — как это всё перелопатить. Выделялись два участка поля, богатых ураном, а одна группа астероидов светилась прямо-таки самородным золотом.

Конечно, нас просветили, что золото в Содружестве не так ценно, как на Земле и других отсталых мирах, но мы же собираемся возвращаться домой! Так что тонну-другую захватить надо обязательно, так сказать, детишкам на молочишко. О, боги, как же приятно делить шкуру неубитого медведя! От мысли о парочке грузовых контейнеров в трюме, заполненных самородками, потеплело внутри. Да и «медведь» — вот он, допрыгнуть можно.

Отправив Шурика с Сергеем на гружёном боте распределять добывающих дроидов по делянам, мы приготовились приятно провести время в наблюдении за тем, как наши инвестиции сами себя окупают. Ага, щас. Первый сигнал о замене наконечника бура прилетел уже через двадцать минут. Следующий час прошёл в томительном ожидании, а потом началось: полный контейнер увези, пустой привези, наконечник поменяй, сервопривод на место присобач, сбитого пролетавшим камнем дроида на место верни…