Страница 50 из 100
Абриэль покраснела до корней волос, я предупреждающе сжала ее руку. Флавус не хотел оскорбить ни ее чувства, ни Эрна. Он просто повторял то, что слышал сам.
А мы как раз за слухами и явились. Так зачем обижаться?
— Эрн — признанный наследник Авердана, — спокойно напомнила я. — Для управления герцогством ему необязательно становиться паладином тьмы.
— Допустим, — благодушно кивнул Флавус с таким выражением лица, какое у него бывало, когда он приступал к интересным переговорам. — Но кто поддержит трон юного герцога, если не паладины?
— Да причем тут Эрн, — процедила сквозь зубы Абриэль.
Я снова сжала ее ладонь и улыбнулась торговцу.
— Знаешь, Флавус, я рассчитывала, что ты поможешь нам с подготовкой к поездке в светлые земли, но если тебе есть что сказать об Аверданах, то мы готовы тебя выслушать.
— Герцог Авердан уже неделю не выкупает заказанные зелья и другие целебные ингредиенты. У паладинов тьмы есть свои особые потребности. Поэтому мне приходится потрудиться, чтобы разыскать все необходимое как на светлой, так и темной стороне. Что именно заказал герцог, я не скажу, просто меня беспокоит его молчание. Обычный канал связи не реагирует, а Авердан молчит. Мои прекрасные зелья имеют прекрасный срок годности, но и он не вечен..
— Я поняла вас, господин Флавус, — тихо выдохнула Абриэль. — И передам Эрну.
— Вот и славно, — мужчина медленно свел пальцы, а потом картинно хлопнул себя по лбу. — Чуть не забыл.
И склонился над выдвижным ящиком письменного стола. Я же с трудом заставила сидеть себя на месте. Хотелось вскочить на ноги, чтобы узнать, что именно припас для меня с Абриэль торговец Флавус.
Когда же он выложил на стол стопку газетных заметок, уже Абриэль пришлось удерживать меня за руку. Иначе бы вскочила да бросилась обнимать Флавуса, который в самом деле сумел раздобыть то, что существенно облегчило бы нам с Абриэль посещение Пресветлого дворца.
С цветных страниц желтой прессы для тех, кто мог себе позволить такое издание, на читателя смотрели подвижные изображения как пресветлой королевской четы, так и высокородных лордов. Флавус собрал несколько десятков иллюстрированных заметок, и я понимала его цель: он хотел, чтобы мы знали тех, с кем нам предстояло встретиться, в лицо. Иначе мы с Абриэль будем походить на слепых котят, которых Абергу придется водить за руку. А это не всегда будет возможно. Да и неуместно.
— Думал успею сделать для вас карточки, но вы, девочки, лучше старика управитесь с ножницами.
Торговец придвинул ко мне пухлую стопку, которую я аккуратно сложила вдвое и запихнула в пространственный карман учебной сумки.
— Спасибо, Флавус. В самом деле спасибо! Обещаю прислать тебе из светлой столицы Альгера самый редкий артефакт, который я только смогу найти в местных лавках.
— Себя лучше верни в целости и сохранности, — торговец усмехнулся, но при этом смотрел на меня так серьезно, что стало не по себе. — И о молодом Авердане не забудь.
— Мы все очень постараемся, чтобы знакомство с Пресветлым дворцом оставило для нас только приятные впечатления.
— Стараться не нужно. И наглеть тоже. Я серьезно, Аманда. Просто возвращайся скорее. Нечего вам делать у светлых.
И тут я с Флавусом была полностью согласна. Даже Абриэль не собиралась задерживаться. Познакомится с родными — и домой. Вот и мне с отцом Аберга предстояло встретиться. Лишь бы меня не перекосило от необходимости изображать счастливое семейство.
* * *
После того как Флавус упомянул Эрна, Абриэль совсем сникла. И это когда в лавку она шла, чтобы обсудить с торговцем сдачу каких-то линялых шкур и пустой яичной скорлупы. У этой хозяюшки ничего не пропадало, но и лишнее она была готова пускать в оборот.
С появлением Абриэль заповедная территория при Агревуде стала солидным Заповедником, который посещали по записи, предварительно оставив запрещенные артефакты на входе. Да, о временах, когда адепты могли пробраться в Заповедник ночью, чтобы чего-нибудь раздобыть, теперь на учебных сходках вспоминали, тихо вздыхая. Но Аберг понимал, что с развитием Заповедника усилятся и магические источники академии, поэтому всячески поддерживал местных смотрителей и неофициально пообещал оторвать уши каждому, кто только посмеет обидеть хоть одного из них.
Так что Гвейн сейчас более чем успешно сочетал учебу на первом курсе и работу, Тобор возился с любимыми травяными драконами и писал по ним научную работу, а Абриэль всерьез собралась оформиться адепткой вольнослушательницей ещё до поездки к светлым. Светлая принцесса понимала, что вместе с допуском к теоретическим занятиям получит и защиту древнейшей академии, из которой нельзя было забрать адепта без его желания.
Это табу соблюдали и светлые, и темные, и даже герцог Авердан уважал этот закон. Поэтому и попытался меня умыкнуть, дождавшись первого же выездного рейда.
Но я понимала, что сейчас Абриэль переживает не из-за предстоящей учебы.
— Замечательно пообщались с Флавусом. У меня от его намеков прямо-таки мороз по коже, — проворчала Абриэль, когда мы вышли на улицу.
— Флавус никогда зря не болтает.
— Сама знаю, — я думала, что она захочет обсудить предостережения Флавуса, адресованные Эрну, но Абриэль внезапно спросила: — Как ты думаешь, что могло случиться с герцогом?
— Самый простой вариант: обманул с выкупом заказа, я так понимаю, тебе достоверным не покажется? — вздохнула Абриэль.
— Авердан кто угодно, но не кидала. Он умеет вести дела. Иначе бы Флавус с ним не работал. Придется сказать Абергу, — вздохнула я.
Точнее, раньше я бы без проблем передала мужу информацию, зная, что он найдет на темной стороне Дельтрана тех, кто сможет ее проверить. Но теперь я знала, что Аберг получил от Авердана свой «пропуск» на Изнанку, который мог стать для него билетом в один конец.
Внезапно я поняла, что Абриэль к чему-то прислушивается и тоже начала внимательнее смотреть по сторонам.
На первый взгляд улица выглядела точно так же: по-прежнему ласково припекало солнце, а витрины лавок призывно сверкали отражающимися в них лучами, в воздухе витал аромат сдобы. Вот только никто не спешил попробовать свежеиспеченные булочки или сделать заказ в шляпной мастерской. Даже прохожие куда-то подевались, словно какая-то сила убедила их непременно зайти в ближайшую открытую лавку: и неважно, была ли это швейная мастерская или книжный магазин, главное — убраться с улицы, где вскоре должно было что-то произойти..