Страница 48 из 100
— Я не вправе обсуждать Гиблую долину. Моя наставница утверждала, что тьма способна подслушивать разговоры смертных.
Или ты просто не хочешь обсуждать братьев. Ладно. Имеешь право.
Когда ловушка окончательно развеялась, и мы снова смогли двигаться, то еще некоторое время расхаживались, возвращая ногам легкость. Неприятное онемение, вызванное воздействием темной магии, окончательно определило мой выбор.
Если наставник Райн жаждет тренировать меня с Абриэль в стрессовых условиях, я ему этот стресс обеспечу без проблем.
— Абриэль, хочешь прогуляться в город?
— А тренировка? Разве нам не нужно идти на полигон?
Я коварно улыбнулась.
— Сомневаюсь, что твой брат сейчас в состоянии проводить для нас тренировку.
Змеюкис всегда была рада устроить кому-нибудь пакость, но я чувствовала, что змейка держит себя в руках, чтобы я ее не отослала обратно в Заповедник. Зато в отношении создателя ловушки я позволила ей ни в чем себя не ограничиваться. Мне был нанесен вред, я дала команду «Фас!».
Лишь бы моя вредная и очень инициативная не пострадала.
Аберг
— За сколько справились?
Светлый ректор академии Агревуд провожал одобрительным взглядом девичьи фигуры. Конечно, эти фигуры сейчас нагло крутили ему фиги, потому что шагали не туда, где должно было бы проходить их занятие. Вместо этого девушки уверенно направлялись к служебному выходу из академии. Адептов через него вообще не пропускали, вот только его умная жена сейчас находилась в компании той, кому полагался особый артефактный браслет, отпирающий многие двери, калитки и проходы Агревуда.
И не уволишь же..
— Двадцать минут. Талантливые леди, — процедил сквозь зубы наставник темной магии Дакхар Райн, мучительно пытающийся вывести из своей ноги яд темной твари.
По словам Дакхара, гадина прокусила даже сапог, когда он неосмотрительно сбил магией бросившуюся ему под ноги змеищу. Не атакуй Дакхар Змеюкис, отделался бы лёгким испугом и не менее лёгким падением. Кусать и впрыскивать яд розовая гадина не стала бы.
Аберг с осуждением посмотрел на змейку. Змеюкис с такой обидой таращилась на него сквозь прутья магической клетки, словно он предал ее глубочайшее доверие.
— Считай, я тебя спас от дальнейшей унизительной драки. Как вообще его можно было кусать? Вдруг он ноги не моет?
Змеюкис сделала вид, что ничего не поняла, но Аберг был уверен, что змея была разумной.
— Что?.. — лицо темного удивлённо вытянулось. — Ты ещё ей и сочувствуешь?
— Держи исцеляющую руну и не отвлекайся, — рявкнул на него Аберг.
Будь Райн Младший обычным темным, он бы просто отправил его в лазарет и сдал для исцеления Силари. Темного из Гиблой долины, эта жрица полечила бы с большим удовольствием.
Заодно изучила бы как очень редкий образец, попавший в ее цепкие, нежные руки.
Аберг понимал, что обратно своего преподавателя получил бы только через несколько дней. И это когда до праздника Распускающегося Белого лотоса оставалось меньше недели.
У Дакхара было всего несколько дней, чтобы подготовить Аманду. Аберг рассчитывал, что темный научит жену не только распознавать чужие сети и ловушки, но и реагировать на них с достоинством и хладнокровием. Потому что, если змейка Аманды начнет кусать всех подряд, ничего хорошего из этого не выйдет.
Дакхар пообещал сделать все, чтобы Аманда и Абриэль отправились к светлым с полным пониманием, что их ждёт. Пока же понимание активно прокачивал лишь сам Дакхар. Например, он осознал, что его щиты не безупречны, как и не бесконечны ресурсы организма. И пусть темный обладал природным иммунитетом ко многим ядам, укус Змеюкис на него подействовал если не убойно, то максимально неприятно.
Абриэль Обер-Райн тоже была проблемой.
Светлую принцессу следовало, как можно скорее, зачислить на первый курс вольной слушательницей. Так она сможет работать в Заповеднике, но в то же время будет прикреплена к академии. И защита ей будет положена, как и любой другой адептке.
Аберг не представлял, какие планы у родителей Абриэль, но знал, как быстро в светлых землях устраиваются браки. Если Абриэль будет связана с Агревудом, не как наемный бестиолог, а как адептка, это даст Абергу право вмешаться, если родные Абриэль возомнят, что после обретения дочери они имеют право решать ее судьбу.
Светлые принцессы в Дельтране ценились на вес золота, потому что могли дать жизнь сильным магам. Вот только зачать удавалось сейчас немногим. Её Величество Илия Обер не стала исключением. Тридцать лет брака, и ни одной беременности, даже выкидышей не было. Аберг знал об этом точно, потому что принимал участие в расследовании. Отчаявшись, Илия призвала его, как светлого карателя, чтобы он выявил возможные следы порчи или проклятия. Но загвоздка была в том, что королева была абсолютно здорова, ее магия была в самом расцвете, супруг тоже ущербным не казался. И все-таки передача трона была под угрозой.
Если королева простит Абергу его своеволие, то может вцепиться в Абриэль. По-хорошему ей и Эрну давно следовало вступить в тайный брак, но тут мальчишка уперся, как баран. Возомнил, что его принцесса достойна королевской свадьбы.
Принц недоделанный!
Впрочем, Эрн Авердан в самом деле вырос при королевском дворе. А Абриэль хоть и провела всю жизнь в Гиблой долине, обладала высоким статусом. Обучение венценосных особ обязательно поднимет престиж Агревуда. Точнее, выровняет, когда светлые осознают, что эта академия больше не будет прикрывать чужие проблемы с магией.