Страница 43 из 100
— После смерти мамы нас обоих отослали в военную школу. Леон был образцовым учеником, а я.. я винил отца, себя и весь мир из-за смерти мамы. Светлых карателей, за то, что не смогли поймать тех, кто наслал болезнь на земли Абергов, жрецов, за то, что не сумели остановить распространение напасти, даже королеву, потому что она не отменила введение карантина. Кстати, она узнала об этих обвинениях. Именно так я и попал в поле ее зрения.
— Даже так.. А я думала, что ты привлек ее внимание во время службы.
— Во время службы она уже следила за каждым моим шагом и сочла, что меня следует приблизить к себе на случай отсутствия прямого наследника.
— У герцога Авердана он есть, но ты ему всё равно понадобился.
— Популярность — тяжёлое бремя, — Картас притворно вздохнул, явно надеясь обратить разговор в шутку.
А потом и вовсе склонился к моему лицу и начал покрывать его лёгкими поцелуями, руки мужа с талии опустились чуть ниже. Я уже успела переодеться в форменную юбку. Длинную, удобную, но такую тонкую! Жар прикосновений Картаса чувствовался сквозь ткань, как и сила его желания.
Вот оно точно не вызывало сомнений и заставляло меня дрожать в ответной лихорадке.
Ощущения были такие сильные и непривычные, что я сдалась. Позволила подхватить себя под бедра и усадить на стол, где Картасу было так удобно меня раздевать.
Сначала он расстегнул на мне жилет и блузку, приспустил одежду с одного плеча и тут же начал его целовать. Да я всю жизнь думала, что для поцелуев есть только губы, щеки, в крайнем случае, лоб. С Картасом я узнала, что видов поцелуев бывает намного больше, и все они заставляют стонать и ждать когда же уже, когда..
Картас взял меня на моем же письменном столе. Я не то чтобы была против, просто когда в голове прояснилось, я умудрилась ляпнуть, что у стола состоялось боевое крещение и вообще домашнюю работу я за ним делать вот прямо сейчас не могу.
Муж фыркнул, что домашняя работа может и подождать, и утащил меня изучать ванную комнату. Из воды мы переместились в постель. Потому что я начала засыпать прямо в ванне.
«Супружеский отдых требует отдельного отдыха..» — невозмутимо постановил Картам Аберг.
Ну а кто я такая, чтобы с ним спорить?
Через несколько часов
Домашнее задание оказалось на редкость противным. Список обязательных формул для отработки мне передал Эрн через маглина из Заповедника. Радужная птичка опустилась на подоконник, чтобы оставить для меня свиток, и едва увернулась от броска Змеюкис. Без понятия, где моя змеища пряталась, но маглина она атаковала, как опасную цель. Птицу с насиженного места спугнула, свиток отняла и притащила мне с чувством выполненного долга.
— Спасибо, дорогая, — пробормотала я.
Дорогая тут же решила устроиться на кресле между моим столом и рабочим местом Картаса. Муж посмотрел на розовую ленту на темной обивке, дернул уголком рта, но промолчал и снова вернулся к чтению бумаг. Это он правильно, изгнание Змеюкис обошлось бы дороже. В том смысле, что она бы уползла, но потом бы обязательно отомстила.
Отработка рунической каллиграфии у меня заняла почти час, ещё с полчаса я пыталась вывести нечто похожее магией, понимая, что Дакхар с меня точно будет требовать на практике то, что мы проходили теоретически. Травоведение я просмотрела по диагонали, потому что в пособии перечислялись исключительно общеизвестные, бытовые свойства темной и светлой флоры. Я могла расширить список и рассказать, как ещё можно использовать привычные растения, вот только за каждый способ предусматривались последствия с унылой припиской «В случае отказа от сотрудничества столько-то лет каторги».
А ведь раньше я упускала из вида это «В случае отказа от сотрудничества».
— Картас, я правильно понимаю, что государство стремится привлечь даже нарушителей к сотрудничеству и только самые злостные деструктивные элементы получают антимагические браслеты и кандалы?
— Некоторые неплохо работают и в кандалах. Впрочем, живут они хуже, чем те, кто сразу согласился сотрудничать.
— А как же наказание? — искренне удивилась я.
— И что ты понимаешь под наказанием? — с улыбкой спросил муж.
— Отсутствие возможности заниматься любимым делом!
— Ты неправа. Отсутствие свободы выбора — вот наихудшее наказание. Поверь, герцог Авердан обеспечил бы тебе тьму возможностей заниматься артефакторикой, но ты всё равно предпочла воспользоваться гостеприимством Изнанки, только бы не попасть в его лапы.
— И ты тоже? Да?
Я задала вопрос не совсем четко, но Картас меня все равно понял.
— Все верно. Я знаю, что в ордене паладинов тьмы не все гладко. Попроси Авердан о помощи, он бы её получил. Сомневаюсь, что я согласился бы пройти ритуал и вступить в орден, но и я, и герцог Дарт подумали бы, как усилить воинов, несущих дозор на Изнанке. Но Авердан привык считать себя великим кукловодом, возомнил, что сможет дергать меня за ниточки, используя мою любовь к тебе..
— Козел он. Хоть и великий, — буркнула я и уткнулась в учебник.
Меня учили, что великие маги должны защищать этот мир. Всю жизнь я видела перед собой дядю Даррена, знала, чем он пожертвовал ради всех нас. А король Гартош? Он жизнь положил ради борьбы с демонами-вторженцами. На их фоне герцог Авердан выглядел героем с душком. И неважно, насколько он уникальный тип. Подлость тоже может быть выдающейся и по-своему уникальной.
И на вершине этой иерархии подлецов для меня стояли светлые маги, что поили своих детей кравцем в надежде получить великих магов. Из разговора с Хорном я поняла, что эта травка создавала для организма стрессовую ситуацию, схожую с точечным влиянием тьмы. Магический источник выдавал защитную реакцию и усиливал способности мага. Но очень часто организм светлого усиливался иначе, порождая монстров.
Фактически светлые сами уродовали своих детей.
Не все, конечно, делали это осознанно и намеренно. Но отец Аберга точно знал, что творил..
— Картас, что бы ты сказал, если бы я предположила, что твой отец поил тебя и Леона кравцем?
Думала, мой вопрос вызовет эмоциональный шторм или хотя бы небольшой вихрь, но Картас лишь взглянул на меня поверх бумаг и пробормотал:
— Запомни, что в Пресветлом дворце все щекотливые темы следует обсуждать исключительно в наших покоях или в тех, что выделят Эрну с Абриэль. Их проверят доверенные стражники, да и мы с Эрном обязательно убедимся, что ни одно слово не достигнет чужих ушей.
— И всё-таки ты не ответил. Ты знаешь?