Страница 35 из 100
Ладно, допустим, раньше Абриэль всегда присылала мне пропуск, и с ним живность Заповедника смотрела на меня, как на пустое место. Сейчас я ей казалась наглым вторженцем.
Да мало ли кому там что показалось!
Окутать себя пологом тьмы оказалось несложно. Так что к входу в домик я добралась под громовые раскаты птиц и щёлканье зубов неправильного козлика, пытавшегося поймать меня за ногу.
Щит тьмы в сочетании с наложенной иллюзией исказил пространство и сделал меня неуловимой. Зато охранка на двери мигом определила меня как друга и пропустила в небольшую кухню, бывшую для смотрителей одновременно и гостиной, и приемной. Чуть дальше находилась классная комната, где смотрители обычно проводили инструктаж или читали лекции для адептов Агревуда. Из классной комнаты как раз и вышла Абриэль.
Увидела меня и замерла.
— Если что, то я во плоти. Не иллюзия и даже не привидение.
— Ты совершенно.. невозможно.. сумасшедшая, леди Аманда Кроули Аберг! — под конец фразы голос Абриэль сорвался на высокие ноты.
А потом и она не выдержала, подбежала и крепко обняла. А потом рассказала, что вернувшиеся из рейда старшекурсники говорили разное и порой очень странное.
Мализа стенала, что меня серьезно ранил Нортик, и Абергу пришлось вызвать целый отряд светлых жрецов для моего воскрешения.
Ясель, попутно откачивая несчастного Нортика, доказывал, что с лысым одногруппником я как раз легко справилась, но в лес меня завело странное мохнатое чудовище. И вот там-то случилось непоправимое.
Кое-кто считал, что наш рейд зря не сжег болотных певуний, пока еще можно было. И что это лесная нечисть вырвалась из-за барьера и напала на меня с ректором, когда мы зачем-то ночью пошли гулять в лес.
— Нечисть Дакхару переправили. Он должен был отправить певуний в Гиблую долину.
— Брат был безумно счастлив, — хихикнула Абриэль. — Ему пришлось целую ночь следить, чтобы нечисть не натворила бед в Заповеднике. А нечисть быстро разгадала в нем сильного темного..
— Ой.. — только и смогла пискнуть я, примерно представляя, насколько навязчивой может быть нечисть, не отягощенная человеческим этикетом и нормами морали.
— Дакхар повел себя как истинный паладин. Весь день развлекал дам песнями и закусками. А еще почему-то рассказывал о том, что безответно влюблен в светлую, которая его поматросила и бросила, — мрачно добавила Абриэль.
— Так, может, это он для певуний выдумал, — озадаченно пробормотала я.
— Я говорила со старшим братом Дейвом. Он сказал, что Дакхар сам вызвался отправиться в Агревуд, чтобы за мной присматривать. Конечно, его пригласили, как наставника, но он так заливался о том, что просто обязан убедиться, что мне тут хорошо живется..
— Разве это плохо?
— Он ко мне в Заповедник так и не зашел! Точнее, явился, когда певуний надо было пристроить, чтобы они яркий солнечный свет переждали. — Абриэль начала вышагивать по кухне. — Дакхар что-то скрывает. Я это чувствую.
Это да. Тайн у темного Райна немало. Пожалуй, начну-ка я с него. А к Хорну потом загляну.
— Ладно! Дакхара я еще прижму. Как сама-то? — Абриэль подошла к шкафчику и начала выставлять на стол чайные приборы. — Ты просто обязана мне все-все рассказать. И начни с того, что же все-таки произошло в том лесу.
Когда я поведала Абриэль о предложении герцога Авердана, она чуть не выронила блюдце, следом на кухне упали несколько тяжелых выражений.
— Я отказалась, и Авердан попытался меня похитить.
И я рассказала и о своем отчаянном шаге, и о том, как меня спас Аберг. Абриэль больше и не пыталась приготовить для нас чай, а сидела на стуле, задумчиво кивала в такт моих слов, а потом вдруг вскинула указательный палец:
— Светлый никогда сможет переместиться на Изнанку во плоти. Не буду делать выводы. Это вообще не мое дело.
Смутившись, Абриэль снова начала суетиться возле стола. И я ей была благодарна за ненавязчивость, а еще убедилась, что потерянная светлая принцесса — особа подкованная в теории темной магии. Кто знает, вдруг ей эти знания однажды спасут жизнь?
— Вытащив меня с Изнанки, Картас хотел перенести меня в свой замок. Но я переместилась к дяде Даррену.
— Сама? — Абриэль замерла, не замечая, как льет заварку мимо чашки. — Вот так сюрприз для твоего мужа! Или его недоработка..
— Доработали, — тут я хитро улыбнулась. — Теперь я буду умирать исключительно в ритуальной Картаса Аберга. Если у него такая вообще есть..
Тут я задумчиво почесала кончик носа. Как бы мне аккуратно расспросить своего умного супруга и при этом его не расстроить?
Тем временем Абриэль закончила с чаем, поставила вазочку с печеньем, вытащила из корзины пирог, а на десерт припасла стопку газет.
— У тебя есть свежая пресса⁈ Почему ты сразу не сказала⁈
— И чьи новости тебя интересуют? Со светлой половины, с темной? Или наши местные?
Меня интересовало абсолютно все! Особенно, заметили ли в Дельтране, что у темной королевы Катарины появился личный артефактор. Увы, об этом в газетах не писали. Видимо, этот момент не показался писакам интересным. Зато многие смаковали великую и неожиданную историю любви любимца светлой королевы и темной сиротки.
— У меня есть дядя Даррен. И он вполне жив и известен, — буркнула я.
— Лучше быть сиротой, чем девушкой с не одним десятком похищений за спиной, — хихикнула Абриэль.
А ведь действительно. Браком с Абергом я окончательно закрыла эту часть своей чересчур активной биографии. Даже мужчины, что столь неосмотрительно рассматривали меня в потенциальные жены, теперь сделают вид, что ничего не было.
И все это благодаря репутации Картаса Аберга, которого некоторые называли Карающим Мечом светлых земель, о чем мне и напомнила Абриэль.
— Какая глупость! Картас скорее лучший инструктор светлых земель. И ректором он будет потрясающим!
— Даже не сомневаюсь. Так ты теперь личный артефактор темной королевы?
Абриэль хотела дать мне шанс похвастаться, а я вспомнила о тайне королевы Катарины. Она оказала мне высочайшее доверие, но доверие такого уровня, как камень на шее. Когда Картас спросил меня, что я создала для Катарины, я не смогла ему ответить, не раскрыв чужую тайну. Но Абриэль собиралась замуж за Эрна, бывшего якобы бастардом герцога Авердана.
Якобы.