Связанные местью

ГЛАВА 30

ДЕРЕК

Когда я открыл дверь, из ванной комнаты повалил пар. Мой взгляд сразу же упал на её обнажённую фигуру за запотевшим стеклом. Она стояла под струями горячей воды, запустив руки в волосы, а пена аппетитными ручейками стекала по изгибам её тела.

За моей спиной щелкнула дверь. Она вздрогнула и тихо ахнула, прежде чем ее тревожный взгляд встретился с моим.

— Это я, ангел.

— Ты вернулся, — прошептала она.

— Не останавливайся. Пой для меня, детка.

Ева запрокинула голову назад, и слова песни лились из нее, как поэзия. Ее руки снова запутались в волосах, пока она смывала шампунь.

Только теперь в ее бедрах появилось легкое покачивание, на лице — коварная улыбка, а пальцы двигались в более медленном, выверенном ритме. Я ухватился за край туалетного столика, сдерживая желание вырвать эту дверь и взять то, что принадлежало мне.

— Ты даже не представляешь, какая ты чертовски красивая.

Я расстегнул пуговицы на рубашке, вытащил ее из брюк, а затем пнул туфли в сторону двери. Внезапный глухой стук заставил ее открыть глаза, и ее голос затих.

— Я же просил не останавливаться.

Ее язык скользнул по нижней губе, собирая капли воды, стекавшие по ее лицу. Она закрыла глаза, когда песня снова обволакивала меня. Мои брюки сползли до щиколоток, и я быстро потянул за пояс боксеров, освобождая свойноющий член и поглаживая его от основания до головки.

— Ты скучала по мне? — Не задумываясь, она кивнула. — Я чертовски скучал по тебе, ангел.

Эванджелина наградила меня сексуальным косым взглядом и улыбкой с ямочками.

— Я могла думать только о том, как чертовски хорошо ты на вкус и как я не могу дождаться, чтобы снова обладать тобой.

— Дерек… — Она прикусила губу.

— Не останавливайся.

Мой голос был напряженным. Она положила обе руки на плитку перед собой, и из ее губ полились нежные ноты.

— Ты трогала ее, пока меня не было?

Она снова кивнула, опустив голову, и я мог только представить, как красиво покраснели ее щеки, когда она призналась в этом.

— Покажи мне.

Наступила пауза, когда ее пьянящий взгляд встретился с моим, прежде чем ее рука скользнула по плоскому животу и опустилась к идеально подстриженной области таза. Она погрузила два пальца в свою киску, двигая ими длинными, размеренными движениями.

— Ты думала обо мне, пока трогала свою мокрую киску? — спросил я. Ее голос задрожал, дыхание замерло, когда она кивнула. — Ты представляла мой язык, ангел? Пожирающий каждый сантиметр тебя?

Ее кивки стали томными, пока она двигала пальцами все быстрее. — Продолжай, черт возьми, петь.

— Дерек, я… я не могу… — задыхалась она, опускаясь на колени, пока из ее горла вырывались тихие стоны.

Когда другая рука Эвангелины скользнула по ее груди, а большой и указательный пальцы защекотали затвердевший сосок, я чуть не сошел с ума. Я сжал член в кулаке и сглотнул стон.

— Вот моя девочка. Покажи мне, как сильно ты хочешь, чтобы этот член вошел в тебя.

О песне давно было забыто., ее дыхание и стоны громче, бедра двигаются в такт ее руке.

— Посмотри на меня, детка. Посмотри, что ты со мной делаешь. Как я чертовски возбужден из-за тебя.

— О… черт возьми, Дерек! — воскликнула она, вставив два пальца внутрь и опустившись на ноги, больше не в силах удержать свой вес на дрожащих бедрах.

Она была так близка.

— Не кончай, блядь.

Ева бросила умоляющий взгляд через плечо, плотно зажав нижнюю губу между зубами. Не в силах выдержать ни секунды больше, не прикоснувшись к ней, я распахнул стеклянную дверь. Струи горячей воды обрушились на мое тело, когда я встал под душем.

Обхватив обеими руками мои бедра, она схватила меня за задницу. Подняв на меня глаза и отмахиваясь от воды, она провела языком по нижней стороне моего возбужденного члена, слегка касаясь кончика.

Я выругался, запрокинув голову от этого дьявольского ощущения.

Но как бы я ни хотел почувствовать тепло ее красивого рта, обхватившего мой член, жажда ее вкуса была непреодолимой.

Я запустил пальцы в ее мокрые волосы, оттягивая ее голову назад. — Еще не сейчас, ангел. Сначала мне нужна ты.

Сгибаясь в коленях, я наклонил голову, прижал свои губы к ее и втянул ее язык в свой рот.

Часы, проведенные вдали от Евы, показались мне целой вечностью. Я не был уверен, когда, как и почему все изменилось, но пути назад уже не было. Я никогда ни по кому не скучал, никогда не жаждал чьего-то общества, даже Кая. Она не была особенной, ничем не отличалась от других красивых женщин, с которыми я сталкивался и трахался в прошлом.

Но она была всем.

Положив руки по обе стороны ее грудной клетки, я поднял ее в вертикальное положение и поцеловал ее шею. Я использовал зубы, чтобы вытащить ее губу из ее любимого укрытия, прежде чем снова поглотить ее.

— Боже, я скучал по тебе, — прохрипел я над ее ртом, прежде чем укусить опухшую плоть.

— Я тоже скучала по тебе. — Капли воды скатывались по ее лицу и попадали ей в рот. Я пробежал языком по губам, слизывая жидкость. Стиснув губы, она задрожала в моих объятиях. — Что ты со мной сделал, Дерек?

— Пока ничего. Но я собираюсь это сделать.

Моя рука скользнула по ее гладкому телу и обхватила ее шею. Большим пальцем я приподнял ее подбородок.

— Я трахну тебя, Эванджелина. Я разрушу тебя так же, как ты полностью разрушила меня.

Моя хватка на ее горле усилилась, лоб прижался к ее лбу. — Ты моя. Всегда моя. Ты это понимаешь?

— Понимаю, — прошептала она. — Я твоя, Дерек. Пожалуйста…

Я злорадно хмыкнул ей на ухо.

— Пожалуйста, что? Чего ты хочешь, красавица? Потому что все, что я хочу сейчас, — это опуститься на колени и трахать тебя языком, пока не насыщусь.

Она сдержала стон. — Позволь мне…

Рык сорвался с моего языка, когда ее рука сжала мой член. Она погладила меня два раза, прежде чем я схватил ее за запястье и остановил ее движения.

Черт возьми.

— Еще нет.

Я прижал ее к плитке и покусал ее кожу, спускаясь ниже. Мой рот обхватил упругий сосок, и она зашипела, закатив глаза. Когда мои колени коснулись пола душевой, я прижался губами к ее щели.

— Опрись.

Схватив бедро, я перекинул ногу через плечо и уткнулся лицом в ее киску.

Блядь, как я по этому скучал.

Проведя языком по скользкой поверхности ее входа, я обвел кругами ее клитор, и она задрожала надо мной, вцепившись пальцами в мои волосы.

— Да… Боже, да! — воскликнула она, прижимаясь к моему лицу.