Страница 34 из 131
Через секунду моих пальцев коснулись мужские, сильные и очень горячие. Я невольно вздрогнула и, открыв глаза, увидела, как преобразилась комната, наполнившись темными образами. Все они принадлежали Серафиме, и чем сильнее я всматривалась в мелькающие передо мной силуэты прошлого, тем отчетливее становились черты девушки. И уже из черного силуэта передо мной возникла хозяйка комнаты, миловидная, с нежным овалом лица и чудесными вьющимися волосами.
Вот она сидит перед зеркалом и проводит гребнем по волосам. Вот поправляет шляпку и улыбается. Вот торопливо собирает в охапку книги и бежит к двери, наверняка спеша к своим ученикам или ученику – не помню, сколько у Беловой детей, да это и неважно. Вот она стоит у окна с чашкой чая и смотрит, как во дворе медленно вспыхивают фонари и опускается ночь. А вот..
Тут я, кажется, немного сильнее, чем хотела, сжала руку Милоша и замерла, не в силах произнести ни слова. Я увидела гувернантку, которая сидела на постели и творила магию. Но магию непростую.
— Что это? – прошептала я одними губами.
Серафима забралась на кровать, уселась, скрестив ноги, как деревенская девчонка, и, подняв руки, принялась смотреть на магию, которая горела меж ее ладоней. Магия была подобна маленькому солнцу, и, глядя на нее, Сима улыбалась и была счастлива. Я чувствовала, как ее переполняет радость, и у меня самой стало как-то легко на душе.
А затем прошлое пошло рябью. Так бывает с зеркалом озера, когда в него кто-то бросает камень. Секунда, другая, и все исчезло, а я покачнулась назад и ощутила, как Милош отпустил мою руку, но тут же придержал меня за талию.
— Вы в порядке, Вяземская? – спросил он мягко.
— Что это было? – спросила я, обернувшись к куратору.
Он отпустил меня, как-то резко заложил руки за спину и отступил на шаг.
— Я никогда прежде не видела такой магии, – продолжила я тихо. – Похоже на магию света, но какого-то иного характера.
— Мне кажется, это ответ, – посмотрев мне в глаза, проговорил джарганец.
Я открыла было рот, чтобы спросить, что он имеет в виду, но тут в дверь комнаты тихо, но требовательно постучали.
— После объясню, – бросил Горич.
Миг спустя в помещение вошли Седых и Клим. С ними была и госпожа Белова, уже без собачки. Она переступила порог с самым важным видом и протянула Милошу бумаги.
— Вот, рекомендательные письма Симы.
— Благодарю, – поклонился горец, а я удивленно подумала: почему сама хозяйка дома принесла следователю бумаги, если могла передать их с кем-то из прислуги?
— Надеюсь, я смогла помочь, – произнесла Белова и почти мило улыбнулась.
Милош пролистал документы и, подняв взгляд на женщину, уточнил:
— Я могу забрать их?
— Конечно, – ответила она с улыбкой. – Сомневаюсь, что кому-то понадобятся чужие рекомендательные письма. И да, господин Горич, когда найдете родственников бедняжки, сообщите мне. Я распоряжусь, чтобы им отправили ее вещи.
— Это очень благородно с вашей стороны, – улыбнулся джарганец.
— Вы имеете дар нравиться людям, – не выдержала я спустя несколько минут, когда мы покинули дом Беловой.
Седых отчего-то хмыкнул, а Горич не сказал ни слова в ответ на мою фразу.
Мы с целителем забрались в экипаж. Прежде чем присоединиться к нам, Милош велел своему кучеру ехать в отдел.
— Что, на сегодня все? – спросила я, ощущая усталость после использования силы.
— Да, – ответил мой куратор и вдруг удивил.
Покопавшись в кармане, он достал небольшую плитку шоколада и протянул ее мне.
— Ешьте, Вяземская. Вам надо.
Я фыркнула, но сладость приняла, а про себя решила, что с завтрашнего дня буду брать с собой шоколад. Потому что он действительно помогает.
— Благодарю, – произнесла я, едва экипаж, качнувшись, покатил прочь от дома госпожи Беловой.
* * *
В отделе господина Лехно не оказалось. По словам секретаря, сидящего в приемной, старший следователь отбыл по делу в соседний квартал.
— Он оставил вам записку, – добавил секретарь, протягивая Горичу сложенную вдвое бумагу.
Я едва не вытянула шею от любопытства, когда Милош раскрыл ее и принялся читать.
— Интересно, – проговорил он.
Я удержалась от вопроса, понимая, что если джарганец решит, что информация, содержащаяся в записке, касается и меня, то непременно все расскажет. Пока он молчал.
Лишь миг спустя он покосился на меня и спросил:
— Шоколад помог вам, Вяземская?
— Да, спасибо.
Я сжала шуршащую обертку и взглядом поискала урну для мусора. Не отыскав ее, положила бумажку в потайной карман платья, решив, что выкину позже, когда найду куда.
— Пойдемте в мой кабинет, – предложил Горич. – Я хочу сказать вам несколько слов, прежде чем вы отправитесь домой.
— Да, господин Горич, – кивнула я и отправилась следом за Милошем.
Его кабинет – совсем крошечный и находится на первом этаже. Рядом располагается кладовая, еще дальше по коридору – комната с документами и картами, которые сотрудники отдела используют в работе.
— А у вас здесь.. мило, – отметила я, присаживаясь на стул.
— Мило? – хмыкнул Горич и оглядел свой кабинет так, будто видит его впервые.
Я огляделась вместе с ним и поняла, что польстила этой скромной комнатушке, единственным плюсом которой было высокое окно, пропускающее достаточно дневного света. В остальном каморка напоминала ту же кладовую, рядом с которой она находится.
— Убогое помещение, – проговорил с усмешкой Милош. – Но я никогда не был амбициозным. К тому же это мое последнее дело, после него я возвращаюсь в Джарган.
— О.. – только и смогла вымолвить я.
Вот оно, значит, как.. Хотя чему я удивляюсь? Джарганцы удивительно любят свой суровый заснеженный край, где лето – всего один месяц в году и где драконы встречаются чаще, чем у нас в столице – бездомные кошки.
— Впрочем, мы пришли сюда не для того, чтобы обсуждать мой кабинет.
Горич занял место за столом, и я вдруг поняла, что при всей несуразности комнатушки здесь царит порядок, в отличие от бардака, который сразу поразил меня в кабинете господина Лехно.
— Итак, давайте обсудим результаты сегодняшнего дня, – предложил куратор.
Видимо, он желал услышать мое мнение, прежде чем выскажет свое.
— Не думаю, что мои слова вас удивят, – проговорила я. – Предполагаю, что убийце была нужна сила, которой обладала погибшая девушка.
— Вы правы. Уже догадались, что это была за магия?
Он сложил руки, прижав ладонь к ладони, будто хотел обратиться с молитвой к богам, а затем положил сверху подбородок и внимательно посмотрел на меня.