Страница 129 из 131
Я быстро огляделась, ловя со всех сторон свои отражения. Зрелище было жуткое. Зеркала отражали нас с графиней и вдруг засветились так, что глаза полоснуло острой болью. Свет отразился и ярким столбом поднялся вверх. Нащупав в кармане нож Горича, я крепко сжала его рукоять и услышала рядом крик, полный боли. Затем голос тени, хриплый и мрачный, произнес:
— У меня не будет госпожи.
За зеркалами суетился и кричал Матвей. Кажется, толстяк кучер не мог пробраться к нам. Но он слышал крик своей хозяйки и вторил ему, звал ее то по имени, то по фамилии. Голос кучера наполняли ужас и тоска. Я вдруг осознала, что Матвей любит эту женщину.
Открыв глаза, я с воплем отшатнулась в сторону и тут же ударилась плечом об одно из зеркал. Графиня была мертва. Тень попросту разорвала ее, и теперь тело той, что так и не стала бессмертной, лежало на полу в луже крови. Кровь была и на зеркалах, только странное дело – поверхность артефактов впитывала ее, как песок – воду, и спустя несколько секунд зеркала были чисты, словно кто-то тщательно и бережно вымыл их.
— Она мне больше не нужна, – произнес Аврат. – Я нашел все зеркала, теперь дело за малым.
Глаза тени впились в мое лицо долгим взглядом. Крепче зажав в руке нож, я вскинула голову, пытаясь казаться сильной и гордой. Только колени, подрагивающие под юбками платья, твердили о другом.
— Вижу, бесполезно тебя умолять, – произнесла я.
Аврат опустился ниже. Смерив меня взглядом, он развел руки в стороны, насколько позволяло тесное пространство внутри соединенных артефактов. Я видела десяток.. нет, даже больше отражений тени в зеркалах. Снова и снова повторяя слова Ольги, я думала только о том, чтобы все получилось.
Тень словно стала больше. Она расползалась туманом, выплескиваясь за пределы зеркал.
— Прежде чем ты умрешь, а я вернусь к жизни, хочу рассказать, что и как будет. Мне понадобится тело. Джарганец подходит, как никто другой. Северную кровь ничто не заменит. Затем я отправлюсь на север, но прежде не оставлю камня на камне от этого города.
Я качнулась вперед.
— Ты..
— Не боишься смерти, девчонка?
Я покачала головой. Но, конечно, я боялась, и Аврат знал это. И наслаждался моим страхом.
Я знала, что произойдет дальше. Видела, как тень отнимает душу. И сейчас она собиралась сделать это.
— Твоя душа напитает зеркала, и я снова обрету плоть и кровь!
Руки Аврата потянулись ко мне, а я выпустила силу, призывая ее, приказывая, умоляя помочь мне. Показалось, что кожа на теле вспыхнула огнем. По венам словно разлилась горячая лава. Когда-то я могла призывать тьму. Я была лучшей в академии. Но теперь вместо тьмы вспыхнул свет. Такой яркий, что подвал озарился, и стало светло как днем.
На миг вдруг показалось, что я слышу чьи-то крики. Даже почудилось, что узнаю среди них голос Тамары. И я вдруг поняла, какое желание загадала бы, если бы могла.
Я бы вернула Томе ее человеческий облик..
Показалось или я прошептала это, чувствуя, как свет заливает все вокруг?
Тень издала гортанный рык. Тело пронзило болью. Видимо, меня убивали. Аврат нанес удар. Его рука, сотканная из тумана, вошла мне в грудь и сжала сердце. Он что-то закричал, я закричала тоже, но уже от боли, а затем из последних сил резко вскинула руку с зажатым в пальцах ножом-артефактом, тем самым, которым Горич вскрывал себе вены.
— Нет!
— Да! И ты ничего не сделаешь мне этим ножиком! – прокричала тень, но тут я ударила.
Не Аврата, а зеркало.
Простой нож непременно сломался бы, но этот выдержал. Более того, он с легкостью вонзился в артефакт. Секунда, другая, и зеркало вдруг словно взорвалось тысячей осколков. А следом за ним разбились и второе.. и третье.
Тень издала странный сдавленный хрип. Я же повалилась на пол, ударившись о раму артефакта и почувствовав, как оставшиеся осколки порезали тело до крови. Но сил больше не было. Пальцы разжались, и нож Горича со звоном упал между мной и телом графини.
Тень взметнулась вверх, но тут же застыла. А я, осев, запрокинула голову, следя, как то, что столько веков было Авратом, медленно тает, как утренний туман, потревоженный лучами проснувшегося солнца.
Вокруг кто-то бегал и, кажется, кричал. Спине было больно и жарко от горячей крови. В груди пылал огонь, я, кажется, умирала. Мир медленно гас вместе с остатками тени, уничтожившей так много безвинных магов. Я надеялась, что теперь их души обрели покой и свободу.
Руны на рамах погасли, и я закрыла глаза. «Получилось!» – подумала я радостно. «Свет убивает тьму», – так, кажется, сказала Ольга? Что ж, она была права. Когда мы с ней встретимся, я ей об этом обязательно расскажу. И видимо, это случится уже скоро.
Мысли превратились в ничто. Сознание померкло, и все вокруг поглотила тьма.
* * *
Когда в нос ударила едкая вонь, способная пробудить даже мертвого, Горич резко открыл глаза, сел и чихнул, обнаружив, что расположился на каменном полу, а над ним потолок и стены вокруг, удивительно знакомые. Ему хватило пары секунд, чтобы определить, где именно он находится. Еще пара секунд ушла на то, чтобы заметить Лехно, сидящего рядом с какой-то бутылочкой в руках, и нескольких магов, один из которых, явно целитель, склонился над Лизой..
Лиза!
Удар сердца, и некромант вспомнил все. Резко поднявшись на ноги, он пошатнулся и принял руку старшего следователя, поддержавшего его. Перед глазами все плыло. Кажется, он потерял слишком много крови и сил.
Горькая ухмылка тронула губы джарганца. Сейчас он слабее котенка, а Лиза..
Великие боги севера! Похоже, его девочка пострадала. Он не смог помочь ей и в ответственный момент лежал без сознания.
Но как он очутился здесь, в доме Явлонской? И где она сама? Горич помнил сражение во дворе перед домом княжны. Помнил тень и ливень, падавший с неба сплошным потоком. Помнил зеркало, которое держал Урош. А дальше была темнота.
Оттолкнув руку Станислава, Милош, покачиваясь, приблизился к Елизавете. Маги Лехно, узнав Горича, расступились, и он присел на пол возле девушки, отметив, что целитель, держа княжну за руку, с прикрытыми глазами вливает в нее силу. Лиза была бледна и казалась неживой. Внутри у джарганца пробудился страх. Не ведая, что творит, он наклонился к девушке, обхватил ладонями ее лицо, такое белое и холодное, и поцеловал.
— Лиза, вернись! – позвал он ее.
— Она спит. Просто спит, – ответил старший следователь, вставший за спиной у некроманта. – Все закончилось. Она будет жить.. Но теперь она.. – Лехно прокашлялся, прочищая горло. – Она маг жизни. Светлый маг.