Страница 52 из 107
Меня раздирали внутренние противоречия, порой до покалывания в кончиках пальцев хотелось ему признаться, что я изначально пошла на рынок потому, что искала телохранителя и меня разыскивают эмиссары с родной планеты. Но время шло, на Оентале было тихо, в личном кабинете Межгалактического Банка сообщения не появлялись, новостные сводки о нападении пиратов в секторе Н-63 исчезли из местного головидения. И это как-то убаюкивало мою тревожность и подозрительность.
Я нашла в шкафу любимые шорты и стала их носить, как самая обыкновенная человеческая девушка. Мне безумно нравилось быть обыкновенной: с ногами залезать в кресло, носить джинсы и футболки, извазюкиваться в муке по уши, не бояться покарябать маникюр, иметь возможность ходить по собственному дому такой, какая есть, без сложных укладок и нюдового визажа, на котором всегда настаивал Мартин. Зачем часами сидеть перед зеркалом ради того, чтобы выглядеть «натурально»? Но покойный муж настаивал, что смысл есть, потому что на голо- и фотокамерах без необходимых процедур кожа может блестеть и не дай Вселенная покажется жирной! Леди первых лиц планеты должны выглядеть идеально, даже если собираются на прогулку вдоль моря.
Льерт.. оказался другим. Предупредительным, тактичным, корректным. Я так и не разобралась в правилах приличий на его родине, но так как он сообщил, что в основном служил в космосе, меня это особо и не волновало. А он ничего больше и не говорил о родной планете и расе. Мне было настолько комфортно рядом с этим странным мужчиной с загадочным прошлым, что я предложила вместе позаниматься оентальским языком. Не то чтобы я преследовала какую-то конкретную цель, просто подумалось: а почему бы и нет? Озвучив вопрос, почувствовала себя глупо, запоздало вспомнив, что Льерт военный. С чего вдруг это должно быть ему интересно? Вероятно, согласится из вежливости. А когда мужчина чувствует, что в каком-то аспекте постоянно хуже женщины, он становится злым и агрессивным – так нас учили в институте на базовых курсах психологии. Уже хотела извиниться, но Льерт неожиданно опередил меня и согласился. Более того, он схватывал все фантастически быстро, я даже заподозрила в нем скрытого лингвиста. Вот уж не думала, что рядовые военные обладают столь хорошей памятью и гибким умом!
Но когда мне показалось, что у нас с Льертом установились доверительные отношения, он внезапно резко отдалился. Это случилось после обычного завтрака. Я решила провести кулинарный эксперимент с омлетом на местной минералке. Я запомнила это, потому что в тот вечер Льерт впервые вернулся домой затемно. Не обедал и не ужинал, бросил горсть секкеров на стол в прихожей и зачем-то купил сразу три пачки вилок. Обнаружила их утром в совершенно пустом доме, потому как Льерт вновь ушел, только пораньше, до того, как я проснулась.
Следующий день прошел так же. И за ним день, и еще один. Единственная разница была лишь в сумме оставляемых в прихожей денег да однажды написанном сообщении: «Отвезу заказы в любой момент. Все в силе, скажи, когда понадоблюсь». Я смотрела на дурацкие руны на экране и мрачно думала, чем обидела Льерта. Безумно хотелось послать все к шварховой матери и открыто написать: «Приезжай, соскучилась», – но я не была уверена, что это уместно даже для человеческих девушек. Если бы мы были знакомы пару лет, а не месяцев, то написала бы, а так..
«Селеста, ты себе-то не отвратительна? Льерт деликатно дал понять, что тебя стало слишком много в его жизни. Сколько можно навязываться? Оставь его в покое».
Я знала, что рано или поздно этот день наступит. Надо будет отпустить Льерта на все стороны космоса, отдать контракт и сказать, что он мне ничего не должен. С твердой решимостью я села на диван в гостиной, который стойко ассоциировался с одним сероглазым мужчиной, чтобы дождаться его возвращения, и.. не заметила, как уснула.