Страница 84 из 121
Я на миг растерялся. В смысле — как? Потом вспомнил, что я эмиссар, который вечно мотается по самым разным участкам ФОМа, а она белая медвежатница. На несколько секунд меня посетил соблазн предложить ей перебраться на Цварг, жить в моём доме — любом из моих домов, — ну а я, в свою очередь, буду меньше работать и чаще приезжать, а всем говорить, что мотаюсь к жене. Ко всему, даже коллеги время от времени начинают судачить, что я слишком мало провожу времени с женой.. а тут такое элегантное решение сразу двух проблем. Но нескольких томительных секунд всё же хватило, чтобы понять, что это решение не устроит Даню. Цваргиню бы устроило, а вот Даню — нет. Она слишком энергичная, яркая и независимая для такой роли. Что же тогда?
— Я бы мог договориться, чтобы тебя взяли в штат эмиссариата Цварга или для начала заключили годовой контракт, — медленно ответил, взвесив все «за» и «против». — У тебя будет рабочая виза, ты сможешь беспрепятственно прилетать на Цварг, мы будем вместе работать и жить. Хочешь?
Таноржка усмехнулась:
— Заманчивое предложение. Но жить с тобой как кто? Как любовница?
Я растерянно пожал плечами:
— На Танорге люди часто живут друг с другом и не расписываются. Такие же любовники. Кажется, это называется гражданский брак. Я не думал, что для тебя это такая большая проблема, особенно с учётом того, что уже между нами было.. Но если не хочешь, я сниму отдельный просторный дом. Тут, в предгорье, очень красиво и есть термальные розовые озёра. — И, видя, что Даня хочет возразить, поспешно добавил: — А при желании сама снимешь, твой оклад будет это позволять.
Девушка медленно покачала головой:
— Ты меня не понял, Фабрис. Я очень хочу жить с тобой и осталась бы в этой квартире. Она мне очень нравится и похожа на мою тур-ринскую..
— Но? — уточнил, чувствуя, что ответ не устроит.
— Но ты женат.
Ментальный фон Дани запах отчётливой сыростью. Такие ароматы бета-колебаний обычно сопровождают застарелую обиду, но я не мог понять почему.
— Так я же тебе объяснил, что Лейла вообще мне никто. Хочешь, я свяжусь с ней и познакомлю вас? Она подтвердит мой рассказ.
Я даже потянулся рукой к коммуникатору, но Даня остановила:
— Фабрис, я всё услышала и верю. Она тебе фактически как дальняя родственница, но для коллег и общества Лейла всё равно остаётся твоей супругой.
«Для коллег и общества». Эти для слова неожиданно разозлили.
— Даня, тебе не кажется, что это попахивает лицемерием? То есть когда дело касается секса, так тебя не волнует, что подумают окружающие, а когда речь идёт о том, что я предлагаю нормальный жизнеспособный план, как жить дальше, ты вдруг встаёшь в позу?
— Я не встаю в позу. — Она устало потёрла лоб. — Шварх, неужели ты действительно не понимаешь? Они же цварги! Если мы будем встречаться, они всё быстро поймут, как Тео.
— Да мне плевать, честно говоря. Я столько лет делал вид, что счастливо женат, что устал от этого. Пускай думают, что хотят.
— А мне — нет.
Вот теперь ярость хлестнула огненной плетью.
— То есть когда ты встала передо мной на колени в допросной Тур-Рина и потянулась к штанам совершенно незнакомого мужчины — это было нормально! А как я предлагаю тебе отношения, так это тебя не устраивает! Я верно понял?! Даня! Объясни, что изменилось?!
— Я изменилась.. — Она прикусила губу и отвела взгляд. — Я тогда считала, что это на один раз.. Я даже не могла себе представить, что ты ответишь взаимностью. О будущем не думала. Люди очень противоречивы. Чем больше мы получаем, тем больше хотим.
Отлично!
— Ты понимаешь, что я не могу развестись? На Цварге нет разводов. Нет, и всё тут! Даня, я сделаю для тебя всё что угодно, достану звёзды с неба, но не проси переоформить какие-либо документы просто потому, что тебе так хочется. Ты сказала, что любишь меня. Так в чём же проблема? Посмотри на меня!
Таноржка не просто посмотрела, а дотронулась до резонаторов, чтобы я полноценно ощутил все её чувства: смятение, боль, щемящую нежность и целый ворох оттенков эмоций, которые она испытывала в этот момент всё с тем же характерным привкусом сырости.
— Проблема в том, что, наверное, я люблю тебя слишком сильно, — произнесла она тихо. — Ты как-то спросил, что я считаю извращением, если те видео таковыми не являются. Так вот, Фабрис, извращение — это подписывать документы о браке с девушкой, которая тебя не любит и не хочет быть рядом, которая даже потенциально не хочет от тебя детей и совместного будущего. Да, ты прав, на Танорге редко женятся, чаще живут в гражданских браках, но если люди всё-таки решают быть вместе, то такие браки невероятно крепки. Знаешь почему? Не потому, что они образуют семью по каким-либо требованиям извне; не потому, что это выгодно, а потому, что любят. Вот ты осуждал проституцию, называя это торговлей телом, а что сделал сам? Ты совершил преступление против себя, ты на корню срубил своё будущее и даже шанс быть с какой-либо девушкой. Я же даже не про себя говорю.. Например, объявилась бы другая цваргиня, которая выбрала бы тебя. Вот это я называю извращением.
С одной стороны, гнев клокотал в горле, кипел в венах, требовал выхода наружу, а с другой — её слова скальпелем резанули по сердцу.
Ну какая другая цваргиня?! Какая другая девушка? Кто будет мириться с моими заскоками в плане безопасности, кому вообще нужен такой проклятый трудоголик-эмиссар, неделями и месяцами пропадающий на заданиях? А Лейла искренне любила Арх-хана, и это было написано крупными буквами у неё на лбу. Я мог ей помочь и на тот момент считал, что поступаю правильно. Да к швархам всё! Если бы существовала машина времени, меня отправили в прошлое и дали шанс поступить по-другому, я всё равно сделал бы всё так, как сделал.
Множество ответов крутилось в голове, но вместо всего этого я лишь уточнил:
— Даня, я правильно понял, что ты сейчас хочешь сказать мне «нет»?
Она пребывала в полнейшем смятении. Даже яркие веснушки стали тусклыми и невзрачными, а в карих глазах поселилась растерянность.
— Это «я подумаю», хорошо? Мне нужно время, чтобы во всём разобраться.
— Хорошо, — соврал.
Не было ничего «хорошо». Но разве имел я право настаивать? Внутри плескалась гремучая смесь злости на всю ситуацию и бесконечной любви к Дане. Никогда не думал, что можно испытывать столь противоречивые эмоции одновременно.
— Мои услуги эмиссариату ведь больше не нужны? Ты можешь отвезти меня на Тур-Рин? — буквально добила она следующим вопросом.
— Хорошо, — повторил я, чувствуя горечь во рту. — Собирайся.
***Даниэлла