Рыжий

Видимо, Распределяющая шляпа действительно хотела отправить его в Слизерин вовсе не из-за каких-то мифических задатков к тёмной магии. Просто она сразу поняла, что инстинкт самосохранения у некоторых гриффиндорцев отсутствует как класс, и решила хотя бы таким способом уберечь этого идиота от преждевременной смерти.

Только невероятное везение и какая-то читерская аура Главного Героя уберегли Гарри от встречи с Дамой с Косой, которая в данном конкретном случае носила бы густую каштановую шевелюру и с искренним удовольствием пытала бы его «Круциатусом» исключительно из ревности.

Я устало потёр переносицу и несколько секунд молча смотрел на Гарри.

— Гарри… Ты вообще иногда слышишь сам себя? Нет, серьёзно. Вот прямо сейчас, не торопясь, попробуй ещё раз мысленно проговорить собственный план. Желательно вслух. Мне очень интересно, на каком именно месте до тебя наконец дойдёт, что жить тебе после этого останется очень и очень недолго.

Гарри растерянно пожал плечами.

— Да что такого? Я же хотел просто научиться танцевать.

— Вот именно! Просто научиться танцевать. И ради этого ты собирался тайком встречаться с… кем угодно, кроме собственной девушки. С Лавандой, с одной из сестёр Патил, с Джинни… Да хоть с профессором Макгонагалл, если бы она вдруг согласилась! И всё это, напомню, прямо перед Святочным балом, на который ты уже пригласил Гермиону. Ты вообще представляешь, как подобная история выглядела бы со стороны?

— Но мы бы просто танцевали…

— Именно! Просто танцевали! Наедине. Каждый день. По несколько часов. В пустом классе. Втайне от Гермионы. Гарри, это уже не план. Это готовое уголовное дело. Причём обвиняемым в нём в любом случае окажешься именно ты. И поверь человеку, который уже успел познакомиться с одной очень темпераментной девушкой. Иногда неважно, что происходило на самом деле, гораздо важнее, как это выглядит со стороны. А выглядело бы это так, будто прямо перед Святочным балом ты решил завести себе девушку на стороне. После такого Гермиона вряд ли стала бы сначала разбираться. Сначала она бы тебя убила. А уже потом, стоя над телом, возможно, выслушала бы твои объяснения.

Гарри виновато почесал затылок.

— Я как-то… совсем об этом не подумал.

— Это я уже заметил. Ты вообще в последнее время подозрительно часто забываешь пользоваться головой по прямому назначению. Сначала собрался идти на бал с Гермионой, даже не пригласив её. Потом решил учиться танцевать с кем угодно, кроме собственной девушки. Гарри, такими темпами однажды ты совершенно случайно забудешь, что вы вообще встречаетесь.

— Да не забуду я…

— Не знаю, не знаю… После твоего гениального учебного плана я уже не уверен, что Волдеморт — это главная угроза твоей жизни. По-моему, ты и без его помощи прекрасно справляешься.

Гарри тяжело вздохнул.

— Ладно… Теперь, когда ты всё вот так разложил… звучит действительно ужасно.

— Не ужасно… ужасно было бы потом. Сейчас это называется невероятным везением. Потому что единственная причина, по которой ты до сих пор жив, здоров и не закопан где-нибудь в окрестностях Хогвартса, заключается в том, что вместо Лаванды, Патил или Джинни ты пришёл именно ко мне. И знаешь… чем дольше я об этом думаю, тем сильнее убеждаюсь, что ты даже не представляешь, насколько тебе повезло. Потому что в противном случае я, скорее всего, сейчас стоял бы на твоих поминках, выслушивал речь Дамблдора и пытался убедить Макгонагалл, что Гермиона вовсе не собиралась никого убивать. Просто… обстоятельства сложились крайне неудачно, и подсудимый почему-то оказался слишком хрупким.

— Да всё, Рон, хватит! Я понял, понял, что был катастрофически неправ! — взмолился Гарри, прерывая мои красочные описания собственной гипотетической смерти от рук Гермионы. — Хватит уже расписывать, насколько сильно я облажался. Давай лучше попробуем ещё раз. Я прямо нутром чувствую, что сейчас у меня наконец-то получится ничего не испортить.

— Везёт тебе, ты хотя бы что-то чувствуешь. Я вот, между прочим, своих нижних конечностей уже вообще не чувствую. Особенно после того, как один Неназываемый с явным дефицитом координации два часа подряд водил по ним хороводы.

— Ну всё, Рон, хватит издеваться! — обречённо простонал шрамоголовый.

— Прости, друг, но я физически не могу перестать этого делать. Считай, что этот непрерывный сарказм является моей законной моральной компенсацией за нанесённый мне тяжкий физический ущерб. Я, между прочим, на этих репетициях рискую остаться инвалидом до конца своих дней!

Тяжело вздохнув, мы снова начали танцевать.

— И раз, два, три… Раз, два, три… Раз, два, три… О! А знаешь, как-то даже странно, но у тебя и правда начинает полу… АЙ!

— Хе-хе, — подозрительно весело хмыкнул Избранный.

Я отпрыгнул назад, баюкая отдавленную ногу, и возмущённо уставился на этого очкастого диверсанта.

— Слушай, Гарри! Ты что, издеваешься?! Ты это специально сейчас сделал?!

— Прости, Рон, — невинно похлопал ресницами Гарри. — Но это моя моральная компенсация за твою моральную компенсацию.

Я так и замер с открытым ртом. Эх… Растёт ребёнок. Совсем взрослым стал! Вот уже и огрызаться научился, и даже троллить ближнего своего начинает весьма неплохо.

Я смахнул скупую мужскую слезу. Меня охватила прямо-таки искренняя, почти отцовская гордость за этого шрамоголового оболтуса. Ещё немного таких тренировок, и этот невинный гриффиндорский оленёнок окончательно превратится в прожжённого саркастичного циника.

— Ладно, язва очкастая, шутка засчитана, — усмехнулся я, возвращаясь на исходную позицию и снова перехватывая его руки. — А теперь давай, становись обратно. Будем танцевать, пока кто-нибудь из нас не рухнет от истощения. И раз, два, три… Раз, два, три…

И наша пыточная вальсом с энтузиазмом продолжилась.

После окончания наших тренировок по вальсу мы медленно шли по коридору в сторону башни Гриффиндора.

— Ну что, Сириус с тобой больше не связывался?

Гарри покачал головой.

— Нет. После того как неделю назад Добби передал мне его записку, в которой Сириус написал, что будет очень занят и какое-то время не сможет с нами видеться или выходить на связь, от него больше ничего не было. Я уже, честно говоря, начинаю серьёзно волноваться. Вдруг авроры снова вышли на его след? Или ещё что-нибудь случилось…