Рыжий

Спустя минут пятнадцать мы подошли к карете Шармбатона. Флёр крепко держала меня за руку, но при этом то и дело поглядывала исподлобья своим фирменным взглядом, обещавшим мне долгую, мучительную и, судя по всему, крайне болезненную смерть.

— Запомни одну вещь, barbare, — почти ласково произнесла она. — Если когда-нибудь повторится хоть что-нибудь подобное… Если ты ещё хоть раз мне солжёшь или подвергнешь Габриэль опасности… Я не просто тебя убью. Я расчленю тебя на очень маленькие кусочки, замариную в каком-нибудь особо едком зелье и пущу на редкие алхимические ингредиенты. И поверь, наш профессор зельеварения поставил бы мне за такой проект «Превосходно».

Я молча всматривался в её лицо.

Она ведь сейчас шутит, правда?

Ну скажите же мне, что это просто какая-то очень своеобразная французская метафора! Но, встретившись взглядом с её абсолютно спокойными, холодными глазами, я понял одну очень неприятную вещь. Нет. Не шутит. Боюсь, прямо сейчас она уже мысленно прикидывает, в какие именно баночки будет раскладывать мои внутренние органы.

Я нервно сглотнул, но, решив держать марку до самого конца, притянул её к себе и по-хозяйски обнял за талию. Флёр же, исключительно из мелкой женской мести, тут же впилась своими острыми коготками мне прямо в грудь. И, между прочим, довольно чувствительно! Но я не сдавался. Нацепив на лицо маску невозмутимости, я стоически терпел эту экзекуцию, всем своим видом демонстрируя, что мне море по колено.

А она, хитрая вейла, прекрасно видела, что мне больно. А я знал, что она это видит. А она знала, что я знаю, что она это видит.

И вот так мы и стояли посреди ночи возле гигантской кареты, вцепившись друг в друга и мило улыбаясь, словно ничего не происходит. Будто мы самые обычные, белые, пушистые и безумно влюблённые. М-да… Похоже, мы с ней оба слегка… того. С лёгким прибабахом. Идеальная пара.

— Спокойной ночи, вейла, — улыбнулся я, изо всех сил стараясь не морщиться от впившихся в грудь ногтей.

— Спокойной ночи, stupide barbare, — так же сладко улыбнулась она.

Она разжала пальцы, привстала на носочки, легко поцеловала меня в щёку и скрылась за дверью кареты.

Я облегчённо выдохнул, развернулся и направился к замку. Этот день выдался невероятно длинным, совершенно сумасшедшим и богатым на события. Я пережил день рождения маленькой гиперактивной вейлы, встречу с гигантскими плотоядными пауками и даже каким-то чудом уцелел после разговора с разъярённой вейлой. И, что самое удивительное, до сих пор оставался физически целым и при полном комплекте конечностей.