Рыжий

Если я правильно расшифровал её многообещающий взгляд, то вариантов развития событий у меня оставалось ровно два. Либо я прямо сейчас добровольно, чистосердечно и в мельчайших подробностях рассказываю ей абсолютно всё: кто этот мужик, откуда он взялся, почему превращается в гигантскую собаку и какого чёрта мы вообще здесь устроили. Либо… прямо на этой живописной поляне, под прекрасными парящими фонариками, меня тихо и без лишнего шума прикопают. Причём Сириус, судя по его блаженной физиономии, помогать мне даже не подумает. Скорее, ещё и лопату Флёр подаст, чтобы побыстрее закончить и отправиться искать свою прекрасную француженку.

А я так и стоял как вкопанный, лихорадочно пытаясь понять, с чего вообще начать. Нет, ну серьёзно, вот как, скажите на милость, объяснить раздражённой и слегка… ладно, кого я пытаюсь обмануть, до крайности взбешённой девушке, что с её младшей сестрой только что носился по лесу тридцатилетний беглый преступник? Человек, которого вся магическая Британия считает предателем, опасным рецидивистом и массовым убийцей? Да стоит мне только произнести слово «Азкабан», как она меня… ну, наверное, туда же и отправит. По частям. И в разных посылках.

Тем временем Флёр стояла прямо напротив меня, скрестив руки на груди, и молча сверлила меня таким взглядом, что даже Волдеморт, пожалуй, предпочёл бы сейчас оказаться где-нибудь в другом месте. Она нервно постукивала носком туфельки по траве и терпеливо ждала. Я молчал. Она продолжала ждать. Я всё ещё молчал. И с каждой секундой этого затянувшегося молчания вейла закипала всё сильнее.

— Ну и долго я ещё буду ждать, Уизли?!

О как… Если она перешла на официальный тон и назвала меня по фамилии, значит, дело действительно дрянь. Пахнет жареным гриффиндорцем. Ну что ж, была не была. Как там говорили гладиаторы в Древнем Риме, выходя на арену? «Идущие на смерть приветствуют тебя!» Обычно после этого их довольно быстро съедали львы. Меня же собиралась сожрать разъярённая французская вейла. Если честно, принципиальной разницы я не видел.

Но помощь неожиданно пришла оттуда, откуда её вообще никто не ждал. Знаете, как бывает в этих пафосных эпических фильмах? Главный герой уже стоит на коленях, истекает кровью, силы окончательно покинули его, и вот-вот огромный финальный босс нанесёт смертельный удар… И тут — бац! — в самый последний момент из кустов появляется долгожданное подкрепление. Правда, в моём случае в роли героической кавалерии выступил полуголый, измазанный собственной кровью и паучьей слизью беглый зек. Но, как говорится, дарёному коню в зубы не смотрят.

— Простите меня, мисс Делакур, — неожиданно заговорил Сириус, делая шаг вперёд и заслоняя меня собой. — Но, пожалуй, объясняться должен именно я. Ваш молодой человек здесь, по сути, ни в чём не виноват. Он всего лишь выполнил мою личную просьбу и сохранил мою тайну. Если кого-то в этой истории и стоит винить, то исключительно меня. Поэтому прошу вас: уделите мне несколько минут и выслушайте всё до конца. А уже потом решите, что делать с вашим парнем — казнить его на месте или всё-таки помиловать.

Сириус слегка улыбнулся.

Флёр нахмурилась, несколько секунд внимательно смотрела на Сириуса, затем перевела испепеляющий взгляд на меня, после чего снова вернулась к нему. В её глазах всё ещё сверкали молнии, но, кажется, гроза понемногу начала стихать.

— Хорошо. Я вас выслушаю, — холодно произнесла она, скрестив руки на груди.

Ну а Сириус начал рассказывать. Кто он такой, откуда взялся, почему находится в столь потрёпанном состоянии, с какого перепугу бегает по лесам в облике гигантской собаки и по какой причине вообще скрывается от властей. В общем, выложил практически всю свою подноготную: начиная с последних лет в Хогвартсе, предательства Хвоста и гибели Поттеров. Естественно, в сильно сокращённом варианте, без кровавых подробностей, но суть передал предельно ясно.

Эта импровизированная исповедь растянулась почти на целый час. На час, Карл! Целый час я торчал рядом, словно никому не нужный торшер, пока беглый преступник объяснял моей девушке, почему он не собирался жрать её младшую сестру.

Когда Сириус наконец замолчал, Флёр ещё некоторое время стояла молча, отвернувшись от нас, глядя куда-то в темноту Запретного леса и переваривая всё услышанное.

— Хорошо, — наконец произнесла она уже гораздо спокойнее. — Я вас поняла, мистер Блэк. И… могу понять ваши мотивы. Но всё же я хотела бы попросить вас больше не приближаться к моей сестре.

Ох…

Судя по выражению лица, эти слова действительно задели Сириуса. В его глазах на мгновение мелькнула боль, но спорить он не стал. Лишь тяжело вздохнул и коротко кивнул.

— Флёр! Да он же… — попытался было вмешаться я, чтобы хоть как-то защитить Сириуса.

— А ты вообще сейчас молчи! — резко оборвала она меня, не дав договорить, и для большей убедительности весьма чувствительно ткнула изящным пальчиком прямо мне в грудь.

И вот тут в моей голове промелькнула одна очень странная мысль. Может быть, я, конечно, конченый идиот. Может, эта мысль пришла мне в голову в самый неподходящий момент… Но когда она стояла вот так — растрёпанная, с пылающими глазами, раскрасневшаяся от злости и сердито тыкала в меня пальцем… Кажется, я действительно влюбился. Серьёзно. Окончательно и бесповоротно.

— И прекрати смотреть на меня вот так! — вдруг воскликнула она.

Оу…

Судя по всему, мой взгляд в тот момент оказался слишком уж красноречивым. Потому что Флёр, несмотря на то что всё ещё ужасно злилась, вдруг слегка смутилась, запнулась и даже едва заметно покраснела.

— Да нет, Рон, всё в порядке, — примирительно поднял руки Сириус. — Я всё прекрасно понимаю. Мисс Делакур абсолютно права. И… ещё раз прошу прощения за всё, что сегодня произошло. И за то, что по моей вине вы поссорились с вашим любимым человеком.

— Насчёт «любимого» я бы сейчас ещё очень сильно поспорила, — тихо проворчала себе под нос вейла, одарив меня таким взглядом, что мне на всякий случай захотелось сделать пару шагов назад.

— Ну… тогда, пожалуй, мне стоит оставить вас наедине, чтобы вы могли спокойно поговорить, — тактично произнёс Сириус.

Он уже было сделал шаг назад, но вдруг остановился. Обернувшись, он с невинным видом спросил:

— Мисс Делакур… могу ли я узнать имя той прекрасной женщины, которая меня лечила?

Флёр удивлённо моргнула, явно не ожидая столь резкой смены темы.

— А зачем оно вам?