Носитель Ноль

НОСИТЕЛИ НЕПОЛНЫХ МОДЕЛЕЙ

КУЛЬТУРНЫЕ АРХИВЫ БЕЗ ПРАКТИЧЕСКОЙ ФУНКЦИИ

Они имели низкий приоритет.

Почти нулевой.

— Дети, — сказала Наталья Андреевна.

Система не использовала слово «дети».

Но часть зависимых структур действительно была молодняком.

Другие представляли виды, где отдельный разум не мог существовать без группы.

Третьи содержали память, искусство, язык и историю, но не умели чинить узлы или передавать энергию.

Для Корректора это был лишний объём.

— Если выбирать только специалистов, — сказал я, — мы спасём инструменты, а не цивилизации.

— Мы спасём тех, кто поможет потом принять остальных, — ответил Мальцев.

— Это говорили все локальные сети.

Таэр передал воспоминание.

Умирающий узел.

Операторы выбирают тех, кто способен восстановить энергетику, связь и производство.

Не берут старых.

Не берут зависимых.

Не берут хранителей песен и обрядов.

Не берут виды, которым для размножения нужны большие группы.

Через несколько поколений узел выживает.

Технически.

Но его жители больше не понимают, ради чего.

Они умеют поддерживать жизнь и не знают, чем её наполнить.

Мальцев смотрел на воспоминание вместе с нами.

— Альтернатива — гибель всех.

— Не обязательно, — сказала Лина Николаевна. — Есть промежуточные стратегии.

— У нас нет ресурсов для промежуточных стратегий.

— Мы ещё не знаем ресурсов.

— Первый беженец потребовал пожарный резерв целого здания.

— Потому что его восстановили без подготовки.

— Именно. Поэтому сначала полезные и совместимые.

Лей внутри резервуара ударил перепонкой по стенке.

Система перевела:

МОИ ЗАВИСИМЫЕ СТРУКТУРЫ НЕ ПОЛЕЗНЫ

Никто не ответил.

ОНИ ЯВЛЯЮТСЯ ПРОДОЛЖЕНИЕМ МОЕГО ВИДА

Мальцев подошёл к стеклу.

— Мы не можем восстановить их сейчас.

ТОГДА СОХРАНИТЕ

— Где?

Лей раскрыл часть внутренней структуры.

Система обнаружила, что модели молодняка хранились не в памяти взрослого.

Они занимали отдельные биологические области его тела.

Поддержание архива медленно разрушало носителя.

ПРОГНОЗ СОХРАНЕНИЯ СТРУКТУРЫ ЛЕЙ: 19 ЗЕМНЫХ СУТОК

— Через девятнадцать дней он умрёт, — сказал я.

— Если не перенести архив, — уточнила Лина Николаевна.

Система предложила возможные хранилища.

Центральный передатчик.

Мальцев.

Я.

Другие зарегистрированные носители с высокой совместимостью.

— Нет, — сказала Кира.

— Мы ещё не знаем объём, — ответил я.

ТРЕБУЕТСЯ 8 114 ЛОКАЛЬНЫХ НОСИТЕЛЕЙ

— По одному на модель.

Наталья Андреевна посмотрела на Лея.

— Каждому человеку передадут чужую структуру?

— Не активную. Хранилище.

— Так начиналось с Мальцевым.

Узор под его рубашкой отреагировал слабым светом.

— Мой случай был аварийным.

— Нам известно это только со слов Системы.

В комнате стало шумно.

Военные требовали запретить перенос.

Биологи хотели получить данные.

Медики спрашивали о рисках.

Представитель администрации предложил искать добровольцев.

— Вы хотите вынести на улицу вопрос: кто согласен хранить в теле инопланетного ребёнка? — спросила Кира.

— Если альтернатива — смерть восьми тысяч существ.

— Они уже мертвы? — спросил один из врачей.

Лей услышал.

Его ответ пришёл всем.

Образ маленького существа в тёплой воде.

Оно двигалось.

Училась расправлять перепонки.

Различало взрослых.

Потом образ оборвался.

ИСХОДНАЯ БИОЛОГИЧЕСКАЯ АКТИВНОСТЬ ПРЕКРАЩЕНА

— Оригиналы погибли, — сказал врач.

МОДЕЛИ СОХРАНЯЮТ НЕПРЕРЫВНОСТЬ ДО МОМЕНТА ПЕРЕДАЧИ

— Но после передачи процесс остановился.

ПРОДОЛЖЕНИЕ ВОЗМОЖНО

— Это копии?

Лей не понял слово.

Я передал смысл.

Ответ был болезненным.

Для его вида сохранённая модель считалась тем же существом, если восстановление происходило без изменения структуры памяти и связей.

Человек мог бы назвать это копией.

Они называли спасением.

Спор не имел решения.

Та же проблема, что с Ильёй.

Только там оригинал был ещё жив и мог отказаться.

Здесь спрашивать было не у кого.

— Мы не обязаны решать это сегодня, — сказал Мальцев. — Сначала сохраним данные вне биологических носителей.

Я запросил возможность переноса в обычные вычислительные системы.

НЕВОЗМОЖНО

— Почему?

ЛОКАЛЬНЫЕ ВЫЧИСЛИТЕЛЬНЫЕ СИСТЕМЫ НЕ ПОДДЕРЖИВАЮТ НЕОБХОДИМОЕ КОЛИЧЕСТВО СОСТОЯНИЙ

— Квантовые компьютеры?

НЕСОВМЕСТИМО

— Центральный передатчик?

ВОЗМОЖНО

— Вместимость?

ОЦЕНОЧНО: 2 048 МОДЕЛЕЙ ДАННОГО ТИПА

— Остальные?

ТРЕБУЮТСЯ БИОЛОГИЧЕСКИЕ НОСИТЕЛИ ИЛИ РАСШИРЕНИЕ ХРАНИЛИЩА

В помещении стало тихо.

Кира сказала:

— Значит, нам нужно построить память.

— Искусственную, — добавил Левин по связи.

Он находился у центрального передатчика и слушал совещание.

— Не систему восстановления. Отдельное хранилище, которое не будет выполнять данные как команды.

— Как быстро? — спросил Мальцев.

— Не знаю.

— У нас девятнадцать дней.

— Для Лея. У других узлов может быть меньше.

Очередь обновилась.

КРИТИЧЕСКИЕ ЗАПРОСЫ: 11

ПРОГНОЗ ПОТЕРИ СОХРАНЁННЫХ МОДЕЛЕЙ В ТЕЧЕНИЕ 24 ЗЕМНЫХ ЧАСОВ:

— УЗЕЛ 44: 93 %

— УЗЕЛ 81: 88 %

— УЗЕЛ 103: 77 %

Система развернула один из запросов.

В нём не было тел.

Только культура.

Язык.

Память о нескольких миллионах лет.

Модели личностей отсутствовали.

Узел просил сохранить историю до того, как последнее устройство потеряет энергию.

Корректор присвоил запросу минимальный приоритет.

ПРАКТИЧЕСКАЯ ЦЕННОСТЬ ДЛЯ ЗЕМНОГО УЗЛА: НЕ ПОДТВЕРЖДЕНА

— Сколько места? — спросила Лина Николаевна.