Носитель Ноль

— Потому что решение потенциально обратимо. Мы не выбираем, кто погибнет. Мы выбираем, кто получит шанс раньше.

— При распаде узла разница исчезает, — заметила Кира.

Профессор не ответил.

Я спросил систему:

Можно ли увеличить пропускную способность?

ДА

В комнате все услышали мой резкий вдох.

— Что? — спросил Мальцев.

— Канал можно расширить.

— Каким способом?

Интерфейс открыл новое описание.

ДЛЯ УВЕЛИЧЕНИЯ ПРОПУСКНОЙ СПОСОБНОСТИ ТРЕБУЕТСЯ:

1. УВЕЛИЧЕНИЕ СВЯЗНОСТИ ЛОКАЛЬНОГО УЗЛА

2. ПОДКЛЮЧЕНИЕ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫХ НОСИТЕЛЕЙ

3. ФОРМИРОВАНИЕ УСТОЙЧИВОЙ ЗОНЫ ВОССТАНОВЛЕНИЯ

4. ВЫДЕЛЕНИЕ МАТЕРИИ И ЭНЕРГИИ

— Ей нужны люди, — сказал я.

— Сколько? — спросила Кира.

— Чем больше подключённых носителей, тем выше пропускная способность.

Мальцев посмотрел на таймер.

22:41:08

— Через двадцать два часа система сама подключит первую волну.

— Двенадцать миллионов человек, — напомнил профессор.

— Тогда канал расширится автоматически.

— И Земля станет зоной восстановления для чужих структур, — сказала женщина.

Мальцев впервые выглядел довольным.

— Значит, массовая синхронизация имеет преимущество.

— Для кого? — спросила Кира.

— Для всех.

Рэн поднял голову.

От него пришёл сигнал.

ЛОКАЛЬНЫЙ УЗЕЛ НЕ ВЫДЕРЖИТ ВОССТАНОВЛЕНИЕ ВСЕХ

Я запросил расчёт.

Система показала прогноз.

При подключении двенадцати миллионов носителей пропускная способность возрастала в сотни тысяч раз.

Но даже тогда восстановление четырёх миллиардов структур потребовало бы десятилетий.

И главное — каждая материализация использовала материю локального узла.

Воду.

Органические соединения.

Металлы.

Энергию.

Земля могла стать убежищем.

Или сырьём.

— Что требуется для восстановления одной структуры? — спросил Левин.

Я выбрал запись средней сложности.

ПРИБЛИЗИТЕЛЬНАЯ МАССА: 42 КГ

ВОДА: 26 КГ

УГЛЕРОД: 7,8 КГ

КАЛЬЦИЙ: 1,9 КГ

ПРОЧИЕ ЭЛЕМЕНТЫ: 6,3 КГ

ЭНЕРГИЯ ФОРМИРОВАНИЯ: 5,1 × 10¹² ДЖ

— Пять триллионов джоулей, — произнёс профессор. — Для одного?

— Оценка может учитывать восстановление связей, а не только сборку материи.

— Это энергия небольшого ядерного взрыва, чуть больше 1 килотонны в тротиловом эквиваленте — сказала Кира.

— Если брать её из нашей среды, мы не спасём миллиарды, — сказал я. — Мы разрушим планету.

Рэн передал отрицание.

Потом более сложный образ.

Система должна была использовать дополнительное измерение не только для передачи информации, но и для перераспределения энергии между узлами. Однако повреждённый мир Рэна почти не мог ничего отдать.

Он отправлял данные.

Платить материей и энергией должна была принимающая сторона.

— Они не просят спасти всех сейчас, — понял я.

ПОДТВЕРЖДЕНИЕ

— Тогда зачем формировать очередь из четырёх миллиардов?

Рэн передал ответ:

ЧТОБЫ ПРИ РАЗРУШЕНИИ УЗЛА БЫЛО ИЗВЕСТНО, КОГО ПЕРЕДАВАТЬ ПОСЛЕДНИМ ДОСТУПНЫМ КАНАЛОМ

Последним.

Не первым.

Очередь определяла не только порядок спасения.

Она определяла порядок оставления на смерть.

Кира отвернулась.

Профессор снял очки и протёр их краем рубашки, хотя стёкла были чистыми.

Даже Мальцев некоторое время молчал.

— Система может оценить вероятность распада? — спросил он.

— Диапазон слишком большой.

— Тогда мы обязаны исходить из худшего варианта.

— Девятнадцать часов, — сказал я.

— Да.

— За это время мы успеем восстановить максимум пять структур.

— Если начнём немедленно.

— Пять из четырёх миллиардов.

— Пять лучше, чем ноль.

— Тогда кого?

Мальцев посмотрел прямо на меня.

— Тех, кто поможет расширить канал.

Логично.

Спасти операторов узла, энергетиков, специалистов по восстановлению. Они помогут перенести следующих.

Проблема была в том, что именно так всегда начиналось оправдание любого отбора.

Сначала полезные.

Потом лояльные.

Потом сильные.

Потом те, кто принимает решения о полезности остальных.

Я открыл четвёртую стратегию.

МАКСИМИЗАЦИЯ СТРУКТУРНОГО РАЗНООБРАЗИЯ

Список изменился.

Первыми оказались представители разных видов, возрастов, типов мышления и форм существования. Не самые полезные. Не самые сложные. Не самые простые.

Те, кто позволил бы сохранить хотя бы малую часть разнообразия погибающего узла.

— Этот вариант ближе к архиву, — сказал профессор.

— Но не к выживанию, — ответил Мальцев. — Набор редких образцов не создаст работоспособное общество.

— А пять специалистов создадут?

— Нет. Но повысят шансы следующих.

Я посмотрел на пятую стратегию.

Сохранение исходного порядка.

Никакого решения.

Переложить ответственность на случайность регистрации.

Самый простой способ убедить себя, что ты никого не выбирал.

Я применил «Поиск несоответствий» ко всем стратегиям сразу.

Интерфейс потемнел.

НЕСООТВЕТСТВИЕ ОБНАРУЖЕНО

ВСЕ ДОСТУПНЫЕ СТРАТЕГИИ ОПТИМИЗИРУЮТ ОДИН ПАРАМЕТР

ЦЕЛЬ ОПЕРАТОРА НЕ ОБЯЗАНА БЫТЬ ОДНОПАРАМЕТРИЧЕСКОЙ

— Можно создать собственную стратегию.

— Из каких критериев? — спросил профессор.

Я ещё не знал.

Система ждала формального описания.

Не человеческой фразы вроде «выбрать справедливо».

Справедливость не была математической функцией.

По крайней мере, не одной.

— Нужно сохранить способность продолжить перенос, — сказал я. — Значит, часть мест специалистам.

— Правильно, — кивнул Мальцев.

— Но не все.

— Почему?

— Потому что мы не знаем, какое общество они построят. И не имеем права переносить только тех, кто полезен нам.

— Мы принимающая сторона.

— Поэтому можем ограничить риски, но не превращать спасение в набор персонала.

Кира подошла ближе.