Носитель Ноль

На охранников за стеклом.

Никаких вырезанных участков.

Только у Мальцева.

— Откуда вы узнали об эксперименте? — спросил я.

— Это закрытая информация.

— Когда вас включили в группу наблюдения?

— Не имеет отношения к происходящему.

— Имеет, если часть источника уже находилась в лаборатории.

Женщина в форме положила руку на кобуру.

— Вы обвиняете Виктора Сергеевича?

— Я задаю вопросы.

— На основании галлюцинации?

— На основании системы, из-за которой вы закрыли весь институт.

Мальцев смотрел на меня спокойно.

Слишком спокойно.

— Что именно вы видите?

Я решил не рассказывать о пустоте в его модели.

Пока.

— Несоответствие между заявленным источником запроса и его фактической структурой.

— Это может быть ошибкой вашего нового навыка.

— Может.

— Тогда не делайте выводов.

— Я и не делаю. Я собираю данные.

— Ваша работа закончена.

— Боюсь, система считает иначе.

ДО ПЕРВИЧНОЙ СИНХРОНИЗАЦИИ: 23:31:02

Внешний запрос мигнул.

УСТОЙЧИВОСТЬ КАНАЛА СНИЖАЕТСЯ

ОЖИДАЕТСЯ ОТВЕТ

— Канал разрушается, — сказал я.

— Отлично, — ответил Мальцев. — Ничего не выбирайте.

Я применил навык ещё раз.

Теперь структура запроса раскрылась глубже. Я увидел две ветви — разрешение и отказ.

Обе действительно передавали ответ.

Но была ещё третья возможность, которой интерфейс не показывал.

Между состояниями «разрешить» и «отклонить» существовал короткий участок неопределённости. Запрос был построен так, чтобы получить двоичное решение, однако сама система работала с интервальными состояниями.

Мы могли сформировать ответ, который не являлся ни согласием, ни отказом.

— Есть третий вариант, — сказал я.

— На экране его нет, — напомнила Кира.

— Но он есть в математической структуре.

Левин сразу понял.

— Неполное условие?

— Интервальный ответ. Разрешить ограниченную наблюдаемость без раскрытия модели узла.

— Например, передать только подтверждение существования канала?

— Именно.

Мальцев покачал головой.

— Ничего передавать нельзя.

— Если промолчим, канал исчезнет, — сказал профессор. — И мы потеряем единственный известный контакт с другим миром.

— Это предпочтительнее вторжения.

— Вы уже называете контакт вторжением.

— Потому что другая сторона пытается увидеть Землю.

— А мы пытаемся увидеть её.

— Мы ничего не запрашивали.

Я посмотрел на Левина.

— Теоретически можно отправить нулевое описание.

— Что это значит?

— Подтвердить наличие наблюдателя, но не передавать координаты, биологические данные или структуру узла. Один импульс: «сигнал принят».

— Они узнают, что здесь кто-то есть, — сказала Кира.

— Да.

— И смогут ответить?

— Возможно.

— А смогут открыть канал?

— Не знаю.

Мальцев подошёл вплотную.

— Вы не имеете права принимать такое решение за всю планету.

— Согласен.

— Тогда остановитесь.

— Кто имеет?

Он ничего не сказал.

До потери устойчивости канала могло оставаться несколько секунд.

Созвать международную комиссию мы не успевали.

Даже если бы успевали, люди, не видевшие структуру запроса, всё равно обсуждали бы перевод двух слов.

Разрешить.

Отклонить.

Оба варианта были неправильными.

Я вспомнил первую главу нашего эксперимента — случайную последовательность, которая должна была доказать существование структуры в квантовых корреляциях.

Мы пытались отправить сообщение.

Но первыми получили чужое.

— Я не буду разрешать наблюдаемость, — сказал я.

Мальцев едва заметно расслабился.

— И не буду отклонять.

— Что вы собираетесь сделать?

— Отправить подтверждение приёма без описания узла.

— Я запрещаю.

— Запротоколируйте.

Я сосредоточился на структуре запроса.

Нулевой ответ нельзя было сформулировать словами. Требовалось создать математическое состояние, которое подтверждало существование получателя, но оставляло все его параметры неопределёнными.

Единица без подписи.

Факт наблюдения без наблюдателя.

В человеческой связи это было бы похоже на короткий импульс в ответ на стук из-за стены.

Не открывать дверь.

Не спрашивать, кто там.

Просто один раз постучать в ответ.

Я выделил минимальную допустимую область и исключил из неё данные локального узла.

Система сопротивлялась.

ОТВЕТ НЕ СООТВЕТСТВУЕТ ДОСТУПНЫМ ВАРИАНТАМ

Я применил «Поиск несоответствий» к самому сообщению.

ДОСТУПНЫЕ ВАРИАНТЫ НЕ ОХВАТЫВАЮТ ВСЕ ДОПУСТИМЫЕ СОСТОЯНИЯ

— Нашёл, — прошептал я.

ОБНАРУЖЕНА ОШИБКА ПРОТОКОЛА

ВОЗМОЖНА ПЕРЕДАЧА НЕОПРЕДЕЛЁННОГО СОСТОЯНИЯ

ПОДТВЕРДИТЬ?

— Андрей, — сказала Кира, — ты уверен?

— Нет.

— Тогда почему?

— Потому что уверенности не будет ни через минуту, ни через год.

Я подтвердил.

Интерфейс исчез.

По комнате прошёл едва ощутимый толчок.

Не звук и не движение воздуха. На долю секунды моё сердце сократилось одновременно с гулом, пришедшим откуда-то из центральной лаборатории.

Кардиограф издал резкий сигнал.

Свет мигнул.

В стене что-то щёлкнуло.

А потом всё стихло.

— Что произошло? — спросил Мальцев.

Я посмотрел на интерфейс.

НЕОПРЕДЕЛЁННЫЙ ОТВЕТ ПЕРЕДАН

ОБЪЁМ РАСКРЫТОЙ ИНФОРМАЦИИ: 0

— Отправили ноль данных.

— Это невозможно, — сказал Левин. — Сам факт ответа уже является информацией.

Система словно услышала его.

ОБЪЁМ РАСКРЫТОЙ СТРУКТУРНОЙ ИНФОРМАЦИИ: 0

— Структурной, — уточнил я. — Факт существования канала они получили.

Мальцев сжал челюсть.

— Если последствия…

Он не закончил.

Над вопросом появился новый статус:

ВНЕШНИЙ ЗАПРОС ЗАВЕРШЁН

Несколько секунд ничего не происходило.

Затем возникла одна точка.

Она пульсировала в центре поля зрения с ровным интервалом.

Раз.

Пауза.

Раз.

Пауза.