Страница 103 из 125
— Искусственный нерв, предложенный Системой, почти такой же. Только центр не управляет. Он превращается в провод.
— В меня, — сказал я.
— Да.
Она стёрла центральную точку.
— Но сеть может не иметь центра. Каждый узел связывается с несколькими соседними. Сообщение передаётся по цепочке.
— Тогда оно будет искажаться, — сказал Левин.
— Поэтому не передавать само состояние целиком. Передавать подтверждение изменения и право запросить подробности напрямую.
— Как маршрутизация в сети, — сказал я.
— Только каждый маршрутизатор живой и может отказать.
— Если отказов станет много, связь распадётся.
— Значит, маршрутов должно быть несколько.
Мальцев посмотрел на схему.
— Вы предлагаете интернет из нервных систем.
— Интернет создавался для сохранения связи при повреждении отдельных узлов, — сказал Левин. — Здесь похожая задача.
— Пакеты можно копировать. Состояние личности — нет.
— Не копировать личность, — ответила Лина Николаевна. — Передавать минимальное описание запроса.
Левин несколько секунд смотрел на схему.
— Тогда у нас не задача связи. У нас задача теории информации.
— В каком смысле?
— Нельзя передавать состояние как объект. Оно слишком большое и, возможно, вообще неотделимо от носителя. Но можно передавать информацию о состоянии.
Он взял маркер и написал:
S — > M — > S1
— (S) — состояние отправителя. (M) — сообщение. (S1) — то, что получатель смог восстановить по сообщению. Нам не требуется (S1=S). Более того, этого как раз нельзя допускать.
— Потому что тогда мы получим копию? — спросила Кира.
— Или попытку копии. Нам нужно сохранить только ту часть информации, которая необходима для конкретного взаимодействия.
Лина Николаевна добавила рядом ещё одну строку:
I(S;M)
— Взаимная информация. Сколько сведений о внутреннем состоянии действительно попало в сообщение.
— И её должно быть как можно меньше? — спросил я.
— Не просто меньше. Минимально достаточно. Если человек сообщает «мне нужна помощь», сети не нужны его детские воспоминания, политические взгляды, страх смерти и отношение к матери. Если врачу требуется давление, насыщение крови кислородом и локализация повреждения — передаются именно они.
Левин провёл между (S) и (M) черту.
— Это похоже на сжатие с потерями. Мы сознательно выбрасываем почти всё исходное состояние, оставляя только информацию, необходимую для задачи.
— Только при обычном сжатии известно, какую ошибку можно допустить, — сказала Наталья Андреевна. — Здесь ошибка может оказаться изменением человека.
— Значит, нужна функция искажения.
Он написал:
D(S,S1)
— Но она должна зависеть от типа передачи. Для медицинского канала допустима потеря эмоционального контекста и недопустима ошибка в физиологических параметрах. Для разговора двух людей — наоборот.
Я посмотрел на схему.
— Значит, сначала мы передаём не состояние.
— Метаданные, — сказала Лина Николаевна. — Кто хочет установить связь. Какой класс данных собирается передать. Какова максимальная глубина доступа. Какие последствия возможны.
— А само состояние?
— Только после согласия. И только в пределах согласованного информационного окна.
На экране появилась новая структура:
УРОВЕНЬ 1: ОПИСАНИЕ КАНАЛА
УРОВЕНЬ 2: СОГЛАСОВАННЫЕ ДАННЫЕ
УРОВЕНЬ 3: НЕПОСРЕДСТВЕННОЕ СОПРЯЖЕНИЕ СОСТОЯНИЙ
Наталья Андреевна посмотрела на последнюю строку.
— Третий уровень по умолчанию запрещён.
— Почему?
— Потому что первые два передают информацию о человеке. Третий начинает передавать самого человека.
Наталья Андреевна добавила:
— И только после явного согласия принимающей стороны.
Мы вернулись в ККП-4.
Там оставалось рабочее оборудование, внешний канал и возможность моделировать большие структуры.
На большом экране Лина Николаевна нарисовала будущую сеть.
Первый импульс содержал четыре части:
— кто предлагает связь;
— какое состояние хочет передать;
— какие изменения возможны у получателя;
— как отказаться.
Никакого автоматического доступа.
Получатель мог запросить дополнительную информацию.
Мог принять только часть.
Мог установить время.
Мог разорвать связь в любой момент.
— Слишком медленно, — сказал представитель МЧС, подключившийся к совещанию. — Если под завалом человек теряет сознание, он не подтвердит передачу.
— Для непосредственной угрозы жизни нужен отдельный режим, — сказал Мальцев.
— Нет, — ответила Наталья Андреевна.
— Человек без сознания не может дать согласие.
— Поэтому вмешательство должно ограничиваться сохранением жизни и не затрагивать личность.
— Кто определит границу?
— Заранее согласованные правила. Такие же, как в медицине.
— Сейчас нет времени создавать законы.
— Тогда нельзя давать неизвестной системе право действовать вместо них.
Мальцев повернулся ко мне.
— Ваше мнение?
— Аварийный пакет может содержать только физическое состояние и разрешать минимальное воздействие до восстановления способности решать.
— Это уже ограничение личности без согласия, — сказала Наталья Андреевна.
— Врач останавливает кровотечение у человека без сознания.
— Да. Но не меняет его характер, память или класс.
Мы закрепили границу.
АВАРИЙНАЯ СВЯЗЬ:
— ТОЛЬКО ПРИ НЕПОСРЕДСТВЕННОЙ УГРОЗЕ ПРЕКРАЩЕНИЯ БИОЛОГИЧЕСКОЙ АКТИВНОСТИ
— МИНИМАЛЬНОЕ НЕОБХОДИМОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО
— ЗАПРЕТ НА КОПИРОВАНИЕ ЛИЧНОСТИ
— ЗАПРЕТ НА ИЗМЕНЕНИЕ ПАМЯТИ И САМООПИСАНИЯ
— АВТОМАТИЧЕСКОЕ ПРЕКРАЩЕНИЕ ПОСЛЕ СТАБИЛИЗАЦИИ
Система обработала.
УСЛОВИЯ ДОПУСТИМЫ
— Уже лучше, — сказала Кира.
Следующая проблема была сложнее.
Чтобы сеть не имела центра, нужно было создать первый замкнутый контур.
Не менее трёх независимых узлов.
— Почему трёх? — спросила Кира. — Двое тоже могут разговаривать напрямую.
— Могут, — сказал Левин. — Но это ещё не сеть в нужном нам смысле.