Страница 52 из 78
Глава 18. «Дружеский» поединок и его последствия
Кристина Соколова
Огромный зал с прозрачной стеной и бескрайним космосом мог бы поразить воображение, если бы я задержала взгляд на обстановке дольше чем на миллисекунду. Всё внимание было приковано к дерущейся паре, сверкающей алюминиево-титановыми доспехами. Жёсткие удары сыпались один за другим: я это не столько видела по смазанным движениям фигур, сколько по вмятинам на полу и стенах и трещине.. в той самой стене-иллюминаторе.
Словно мы оказались во сне, как листы бумаги сминались расставленные то тут, то там пластиковые перегородки незамысловатого лабиринта, сделанного для тренировки управления экзоскелетами, бились шары-светильники, ломалась мебель, щепками и стружкой наполняя помещение. Лязганье и бряцанье металла перекрывало отдельные звуки и добавляло жути общей картине.
— Они же друг друга поубивают! — пробормотал белый как полотно Селвин.
— Или разобьют окончательно внешнюю стену, и умрём мы все, — добавил не менее напуганный Аскелл. Цвет его лица был ближе к пепельно-серому.
Бах! Бум!
Клубок сцепивших тел — загорелого и тёмно-фиолетового — впечатался с такой мощью в соседнюю стену, что на ней мгновенно образовалась паутина. Я даже представить себе опасалась, какой силы это был удар и что из внутренних органов могло пострадать у ларка или цварга. Вспомнились драки братьев — Жора с Толиком безо всяких экзоскелетов на обычных кулаках однажды так сцепились, что гематомы месяц сходили у обоих, а тут.. профессиональные военные с почти десятилетней подготовкой в экзоскелетах.
— Их надо растащить! — крикнула я, в общем-то, очевидную вещь.
Аскелл и Селвин синхронно обернулись на это заявление, и только сейчас я заметила синяк под глазом у таноржца и неестественно вывернутое запястье у Селвина. Последний баюкал одну из шести рук с такой гримасой, что было ясно: он разрывается между тем, чтобы отправиться в медпункт и всё-таки вновь попытаться разнять друзей.
Бряц!
Что-то случилось в клубке ожесточённо сцепившихся тел, или же я привыкла к скорости реакции лейтенантов, но теперь уже смогла различать отдельные движения. Рука Хальгарда в металлической перчатке впечаталась в торс Ивеса, тот резко выдохнул сквозь зубы и чуть согнулся, но в ответ нанёс подсечку хвостом. Ларк с грохотом упал на лопатки, а в следующую секунду тёмно-фиолетовый шип пронесся в сантиметрах от лица Хэла.
Хромированные экзоскелеты делали из офицеров машины для убийства, и их смертоносный танец завораживал до дрожи.
Клац!
Я ощутила фантомную боль в рёбрах, когда массивный Хальгард очередным размашистым ударом впечатал титановый кулак в корпус цварга. Ивеса откинуло на добрый метр, он на секунду замер, тяжело и рвано дыша. Пот ручьями струился по лицу, шее и обнажённому торсу мужчины вдоль сухих мышц спины, намокли даже штаны. Я впервые увидела Ир’сана без рубашки и мысленно отметила, что, несмотря на то что фигура у него менее раскачанная и более жилистая, чем у соперника, я не берусь сказать, кто победит в этом бою.
Внезапно Ив рванул как пережатая пружина и резкими, хладнокровными, хлёстко-жалящими ударами осыпал Хэла по самым уязвимым местам, уворачиваясь от ответных тяжёлых, но прямых ударов ларка.
Оглушительно всхлипнула Дени где-то сбоку, и это вывело меня из транса.
— Это всё я виновата, это моя вина, — пробормотала цваргиня с полными слёз глазами.
— Может, позвать кого-то из старших?
— Нельзя! Их выгонят за драку!
«В Академии Космофлота запрещены драки между кадетами», — вспомнилась цитата из Устава, и я, сама себе плохо отдавая отчёт, рванула к Хэлу и Иву. Не то чтобы у меня был особый план.. но с близнецами, когда они были мелкими, это работало. Я лишь надеялась, что хотя бы у одного из этих двоих хватит мозга понять, что удар может прийтись не по противнику в экзоскелете, а по мне.
Всё случилось за секунды.
Вот я каким-то чудом встаю между ними, вот несётся в лицо огромный кулак Хэла в железной перчатке. Время останавливается, сердце ухает даже не в желудок, а куда-то в кишечник, но в последнюю секунду титановая перчатка изменяет траекторию, а ларк меняется в лице и орёт во все лёгкие:
— Морковка, сдурела?!
Удивительнее всего то, что сзади раздаётся слово в слово не менее возмущённое:
— Соколова, жить надоело?!
Лёгкая боль пронзила ногу чуть выше лодыжки — видимо, меня ударило обломком мебели, но я даже не стала смотреть, что там, — так обрадовалась, что мне всё-таки не размозжили челюсть.
— Что вы устроили? Хэл, Ив? Вы что?! — ответила я, оглядываясь на того, кого назначили мне наставником.
В голубых глазах восхитительного оттенка морской воды промелькнуло нечто не поддающееся расшифровке. Секунду или две в помещении стояла такая напряжённая тишина, что зазвенело в ушах. И Ив, и Хэл дышали как загнанные скакуны, а на их разгорячённых обнажённых торсах проступили первые кровоподтёки, покраснели неглубокие царапины — у ларка их было существенно больше, — налились припухлостями ссадины.
— Ничего. — Наконец первым мотнул рогатой головой цварг. — Это был дружеский поединок. Драки не было. — И, словно подтверждая слова, он начал стремительно расстёгивать застёжки экзоскелета.
Я так осталась стоять с открытым от возмущения ртом.
В смысле «ничего»?! Да если это дружеский поединок, то я пилот-ас с двадцатилетним стажем. Да-да, прямо с пелёнок пошла управлять военной техникой!
— Ничего не было, — подтвердил Хэл.
Я вновь перевела взгляд на ларка и обратила внимание, что вокруг него металл расплавился и растёкся лужей. Целая вечность у меня ушла, чтобы осознать, что это никакой не металл: ноги и небольшое пространство вокруг застилали тонким ковромволосыХэла. В процессе драки Ив срезал у левого виска ларка «под ноль» несколько толстенных прядей невероятной платиновой гривы.
— Я удалю всё с камер, — первым прервал всеобщее оцепенение Аскелл и исчез за одной из дверей.
— Сейчас вызову роботов-уборщиков, — пробормотал Селвин и развернулся к панели «Умного дома», которой оснащалось практически каждое помещение на станции. — Перегородки они починят быстро, впрочем, как и стены зальют пентапластмассой, а вот что с мебелью и иллюминатором делать — непонятно..