Страница 59 из 133
Дениз проверила, кто колпак сел плотно, и вновь полезла в ящик с инструментами.
— Четырёх спасательных капсул на «Солнечном ветре» не хватает.
Я несколько секунд туго соображала, что значат эти слова. Как не хватает? Почему? Недокомплектовали корвет? Или швархи добрались?
— Люди взяли сразу несколько комплектов пайков и по дополнительному баллону кислорода. Столько, сколько вместилось.
И только сейчас до меня дошло,чтосказала Дениз.
— Несколько пассажиров покинули корабль?!
— Да. — Цваргиня поморщилась. — Мы решили не скрывать ситуацию, рассказали всё как есть. Люди вольны выбирать, хотят они попытаться добраться на разваливающемся корабле или же спастись в капсулах. Они так и так подняли бучу, когда узнали, что экипаж состоит не из захухрей.
— Идиоты! — Я застонала.
Однако Дениз покачала головой.
— Не уверена, что они идиоты..
— Что? Но почему?! Мы же летим!
— Шансы добраться до Техора пятьдесят на пятьдесят. — Цваргиня опустила взгляд в пол и качнулась на носки и обратно. — Швархи стремительно размножаются. Мы их пытаемся отлавливать силами пассажиров, но, понятное дело, всех не выловишь, а они грызут уже не только радиоактивные металлы, но и провода, сам корабль. Часть семян растений, которую перевозила какая-то семья, съедена, я даже обглоданный деревянный стол видела. А поймать их ужасно сложно.. Быстрее ящериц или крыс!
Один хвостатик неожиданно бросился в глаза. Подтверждая слова Дени, он крайне шустро подполз к той самой трубе, которую только что чинила цваргиня. Пока я размышляла, что делать, леди Деро достала откуда-то сачок и с молниеносной ловкостью поймала шварха. Насекомое было скинуто в коробку, которая стояла тут же, у центральной колбы с плазмой.
— Если дежурные Космофлота будут прокручивать запись нашего звонка, то они обязательно разберутся с геолокацией и подберут капсулы. Скорее всего, даже вовремя.
— А мы доберёмся до Техора, — выдохнула я, разворачиваясь к выходу из инженерного отсека.
— Если и доберёмся, что не факт, — донеслось мне в спину, — то у нас очень мало еды. Сбежавшие с борта пассажиры пожадничали и взяли с собой слишком много — к сожалению, ни у кого из экипажа не было возможности проследить за людьми, — а до них до пайков добрались швархи. И не забывай, что на самом Техоре придётся всё равно что-то делать со швархами.
Я прикрыла глаза, осознавая, что ещё один кусочек информации украсил и без того невесёлый полёт. Что ж, если заканчивается еда, то надо будет её экономить.
— Мы обязательно доберёмся до Техора, — как мантру повторила я, не оборачиваясь. — А там придумаем что-нибудь ещё.
«Или Ивес очнётся и придумает сам. По крайней мере, я на это очень надеюсь», — повторила я мысленно.
Позднее я прошлась по нижней палубе и, к своему облегчению, выяснила, что смалодушничали и украли пайки не те люди, к которым я успела привязаться. Конечно, все они являлись пассажирами корвета, но не представляю, как бы я расстроилась, если бы узнала, что так подло по отношению к оставшимся поступили родители Зои или Пит. А так, четырьмя покинувшими «Солнечный ветер» вышли Венцеслав, Агап и ещё двое, тоже набросившиеся с кулаками на Селвина.
«Баба с борта — реактору легче», — фыркнула про себя, узнав об этих подонках.
Я занесла паёк Селвину, вновь вернулась в каюту к Ивесу и отпустила Хальгарда.
Оставалось двадцать с небольшим часов.
Я лежала с Ивом, гладила его по резонаторам и говорила полную ерунду. Всё, что приходило в голову, лишь бы только не молчать.
— Живи, пожалуйста, только живи.
— Не смей умирать, это ты слишком легко от нас отделаешься, получается.
— Вот очнёшься, и я точно тебя выспрошу про наш первый секс. Тебе придется всё рассказать, если у тебя есть хоть какие-то остатки совести. А если интим был всё-таки не с тобой.. да и хорошо тогда, что я всё забыла.
Сердце болело за цварга. Несколько раз, когда меня подменяли, выходила из каюты, разносила восьмой группе пайки, воду и передавала сообщения из инженерного отсека в рубку. Утешала людей как могла.
Возвращалась, спала час или два от силы. Снова трогала Ива и говорила ерунду.
Оставалось двенадцать часов.
То ли в каюте стало ещё жарче, то ли Ивес похолодел, но из полудрёмы меня вытолкнула тревога. Вглядевшись в восковое лицо цварга, я поняла, что мне это совершенно не нравится. Кое-как примотав Ива простынёй к кровати — слишком сильно корабль вздрагивал, и я боялась отключения искусственной гравитации, — я бросилась на поиски Дениз. Короткими вопросами добилась от неё информации, что лекарства лучше не использовать — организм цварга прикладывает все силы, чтобы бороться со слюной хтэрра, но температурный режим я могу делать таким, каким сочту нужным.
— Конечно, надо его согревать, — сообщила Дени, ловя сачком сразу двух швархов в инженерном отсеке. — Но климат-контроль я не починю. Мы с Аскеллом решили поддерживать фильтры воздуха и гравитоны настолько, насколько это возможно.
— Да-да, конечно, — ответила я и бросилась на нижнюю палубу.
По дороге встретила Пита и ещё нескольких парней с самодельными сачками и крикнула, чтобы они помогли выдернуть спасательную капсулу из пазов и перетащить на верхнюю палубу. То ли люди были уже так измотаны, что больше не задавали вопросов, то ли решили, что кто-то из экипажа готовит себе запасной путь на случай полного развала корабля, — не знаю. Но саму капсулу я изо всех сил вталкивала в дверной проём каюты, а стоило поставить огромную конструкцию около кровати, как, по закону подлости, отключилась гравитация.
К счастью, я не ударилась и даже умудрилась обернуть техническую проблему «Солнечного ветра» на пользу: за те три минуты, что не работали гравитоны, я подплыла к Ивесу, развязала узлы на постельном белье и переложила тело цварга в капсулу. Заодно и брюки с мужчины стянула, чтобы кровоток лучше был.
Сила притяжения вновь придавила идеально в тот момент, когда я пристраивала цварга внутри капсулы. Цварг не пострадал, а вот я до цветных пятен перед глазами ударилась о металлическую крышку, но, к счастью, всё обошлось. Дальше всё просто — спасательные капсулы обладают автономной системой жизнеобеспечения, в том числе и климат-контролем. Я выкрутила настройки погорячее и забралась под крышку. Так устала, что меня вырубило минут на сорок.
Проснулась как от толчка. Или же он был на самом деле — не знаю.