Страница 10 из 76
Глава 4. Люби работу, а не начальника
На другой день Настя посетила бухгалтерию. Бухгалтером была пожилая женщина, уже пенсионерка, по совместительству работавшая еще в двух соседних ООО. Как она пояснила Насте, так выгодно. У трех ООО, занимавших второй и третий этаж, были общие технички, разнорабочие и общий бухгалтер-кассир. Непонятно почему разоткровенничавшись с Настей, женщина шепотом сообщила, что важную бухгалтерию в «Артурии» ведет сама Ирина Викторовна. А пенсионерка так, выдает зарплаты и премии.
– Мы особо в чужие дела и не лезем, – сказала кассирша. – Мы люди маленькие. Мне нужен ваш паспорт.
Настя давно не приходила ЗА деньгами. Все больше она их копила и отдавала. То квартирной хозяйке Таисии Петровне, то в университетскую кассу. Момент выдачи премиальных был для нее торжественным. Это был просто праздник какой-то.
Настя надеялась, что премиальных хватит на то, чтобы заплатить Петровне за три месяца вперед и не видеть хозяйку хотя бы в этом квартале. Если кассир выдаст ей пятнадцать тысяч, она будет счастлива.
– Распишись, девочка, вот здесь, – сказала женщина, и показала на листок с цифрами. Настя не глядя поставила размашистую подпись, и спрятала паспорт в сумочку.
Отсчитывая Настины кровное заработанное, кассирша неразборчиво нашептывала числа, и при этом иногда плевала на пальцы. На стол перед новоиспеченной риэлтершей упала увесистая пачка купюр.
– Э-э, – от неожиданности открыла рот Настя, – это все мне?
– Тебе, девочка, тебе.
Настя сгребла купюры и выбежала из кабинета. Ей хотелось спрятаться в туалете и все дотошно пересчитать. Она ума не могла приложить, сколько ей дали. Она только понимала, что много, очень много. Но забежать в туалет и спрятаться ей не дал Лева. Хитрый толстяк увидел в Настиных руках деньги и просто не мог не остановить обезумевшую от счастья девушку.
– Ну, что, Орехова, – ухмыльнулся он, демонстрируя фамильярностью то, что Настя принята в коллектив, и теперь в доску своя, – наслышан о твоем успехе.
– Ты же все своими ушами слышал, вчера, – грубовато ответила девушка. Ей хотелось, чтобы ее сейчас оставили в покое. Вместе с ее денежками. Лева казался ей сейчас похожим на кота Базилио. Не хватало только, чтобы появилась еще Алина, она же лиса Алиса. Эти двое тут же потащили бы бедную Настю на какое-нибудь поле чудес, а там…
– Да спрячь ты бабки в сумку, – засмеялся Лева. – Я к тому веду речь, что обмыть это дело надо.
– Без этого никак? – грустно спросила Настя.
– У нас, у риэлторов, это обязательно. Ритуал такой. Я, например, каждую сделку отмечаю.
– Я каждую не буду, – твердо сказала Настя, – но первую, пожалуй, стоит.
– Классно! – обрадовался Лева. – Пойдем, я одно место знаю, там клёво.
– А давай это, Алину и Ирину позовем.
Лева посмотрел на Настю, как на ненормальную. Девушке даже показалось, что лицо парня стало злым и ненавидящим:
– К Ирине с такими предложениями даже не приближайся. Вытурит, не взирая на заслуги. А Алина, она с нами не пойдет.
– Ну, я для приличия позову? – пожала плечами Настя. Лева повторил ее движение.
Девушка подошла к двери с табличкой «Алина Леонидовна Хорошко» и заглянула внутрь. Алина, не глядя на дверь, закрыла какие-то окошки на компьютере, и только потом посмотрела на Настю и дежурно улыбнулась.
– Алина, мы тут с Левой в бар решили зайти после работы. Ты как?
– В бар? – поморщилась Алина.
– Ты не подумай, я только боевое крещение отметить.
Алина покрутилась в кресле, делая вид, что раздумывает, но, в конце концов, встряхнула наращенными прядями и лицемерно улыбнулась:
– Я пас!
Пока Лева выключал компьютер и запирал кабинет, Настя, за неимением пока личного пространства, пошла-таки в туалет и там разложила все купюры прямо на подоконнике. Туалет был идеально чистым, все здесь сияло идеальной белизной. На полу стоял прислоненный к стенке чей-то отдельный стульчак с инициалами А.Х.
Денег было много. Не пятнадцать тысяч, как нагло, по ее собственному мнению, предполагала девушка, а все пятьдесят. Счастье накрыло Настю теплой волной прямо в холодном, с нежно-зелеными кафельными стенами, туалете.
Бар, куда Лева привел Настю, располагался прямо на первом этаже этого же офисного здания. Здесь было много людей, но Лева без труда нашел свободный столик в самом дальнем углу. В этом баре, однако, не было официантов. Заказывать еду и напитки надо было самому, у стойки.
Оставив Настю караулить столик, Лева отправился за добычей. Он даже не спросил, что Настя будет есть. Это было несправедливо, ведь угощает она, но пришлось смириться. Когда-нибудь она тут освоится и будет заказывать, что хочет.
Лева вернулся с двумя коктейлями, двумя омлетами на подносе и с новым, исходившим от него, запахом коньяка.
– Я там пропустил рюмашку, – довольным тоном сообщил он. – Ты не бойся, тут недорого. Да и долго сидеть не будем, мне еще в детский сад, ребенка забирать.
Настя посмотрела на Леву с уважением. Она не знала, что у него есть дети.
Коктейль был вкусный и крепкий. Настя была счастлива, копошась в омлете, который оказался вовсе не омлетом, а бифштексом с яйцом, и слушала Левины россказни.
Лева трещал обо всем, легко перепрыгивая с одной темы на другую. Он рассказал Насте, что у него есть машина, но он никогда не садится в нее подвыпившим, но на вопрос о детях не ответил, сделав вид, что никак не может прожевать кусок бифштекса. Настя ждала, что он все-таки дожует и ответит, но Лева вытащил изо рта кусочек скорлупы и сказал:
– Вот гады, надо пожаловаться заведующему кафе, он, кстати, мой знакомый. Я ему тещу отселил, теперь он на меня молится.
К детской теме так и не вернулись. Лева ловко свернул на коллег.
– Эта Алина, – обиженно сказала Настя, – так произнесла «я па-а-ас», будто мы какие-то чумные.
– Алина, она такая, – скривился Лева. – Во всем берет пример с Ирины. Пользуется такой же косметикой, как Ирина, одевается в те же бренды.
– Я заметила! – воскликнула Настя. Коктейль подействовал на нее возбуждающе. – Алина – тень ее величества!
Лева даже перестал жевать:
– А ты бунтарка, оказывается!
– Конечно! Мы, архитекторы, все такие!
– Я, наверно, еще за коктейлями сбегаю, – сказал Лева, и через минуту прибежал обратно с бутылкой. – А чего мелочиться. Толку от коктейлей мало, а стоят дороже. Я вот «Хеннесси» взял, ты как насчет «Хеннесси»?
– Я не знаю, что такое «Хеннесси», – сказала Настя. – Мне еще двадцати одного года нет. А ты меня спаиваешь!