Страница 54 из 69
Глава 25. План
Наконец-то ощущаю уверенность, подъем сил и трезвость рассудка.
Впервые за долгое время я знаю, что верну сыновей. Сейчас у меня не только домыслы или предположения о том, что я буду делать ради их возвращения.
Теперь у меня есть план.
У нас есть план.
В кабинете Адриана царит напряжение. Мы уже обговорили все по пунктам, теперь осталось повторить и внести детали.
Адриан сжимает пальцами переносицу и, слегка кивая, говорит:
— Я сейчас же составлю запрос на непредвиденный сбор конклава. Но что я напишу в прошении?
Брайан сидит напротив и периодически бросает на меня короткие взгляды, будто боится, что стоит ему отвернуться, как я тут же испарюсь, и он больше никогда не найдет меня.
— Напиши, что поля пострадали и сбор экстренный. Нужно обговорить и переписать все былые соглашения по поставке зерна в города, – спокойно говорит Брайан.
— Но это ложь. Как только я приеду на остров, они начнут задавать вопросы и пытаться выбить себе как можно больше продовольствия, – задумчиво предполагает Адриан.
Брайан наклоняется вперед, и я ловлю мимолетную улыбку на его губах.
— Адриан, им будет плевать на зерно, как только я приду на конклав.
Конклав, который изменит все. В этом я тоже уверена, как и в том, что после него я не буду бояться Элли или Поула. Черной полосе придет конец.
— Как ты проберешься туда? – серьезно спрашиваю я. – Мы с Адрианом приедем, как главы Салема, нас пустят, но ты..
Брайан поворачивается ко мне и кладет руку на стол ладонью вверх. Он никогда не показывал чувств при посторонних и это немного выводит меня из состояния равновесия, но я все равно вкладываю пальцы. Он сжимает их и, смотря мне в самую душу, уверенно говорит:
— Я найду способ добраться до Элли и узнать, где мальчики.
Киваю, жду, что Брайан уберет руку, но этого не происходит. Внутри разливается тепло и умиротворение.
— Не убивай ее, – просит Адриан и сжимает губы. – Я знаю, что ты ее ненавидишь, но она моя мать и какой бы отвратительной не была, я не могу позволить тебе убить ее.
Все внутри меня противится просьбе Адриана, но материнская часть, о которой я даже не подозревала, готова возносить такого сына на пьедестал. Вот она, детская любовь к родителю. Неподдельная и искренняя.
— Что ты мне предлагаешь? Сказать ей, чтобы она больше так не делала? – с издевкой спрашивает Брайан. – Чтобы больше не ломала жизни? Чтобы перестала пытать детей?
— Я не это имел в виду, – чуть громче необходимого замечает Адриан.
— А что? – Злится Брайан. – У нее были десятки лет, чтобы понять, что она творит.
Атмосфера накаляется со скоростью лесного пожара. Мы не можем проиграть эту битву из-за внутренних споров. Пока Брайан и Адриан перекидываются между собой правдивыми заявлениями, я думаю о том, как нам обойти конфликт. До меня только недавно дошло осознание, почему Адриан, так рьяно пытается прекратить кровопролитие, и я понимаю его. Но так же я понимаю Брайана и не хочу провести остаток жизни, опасаясь, что Элли снова придет по мою душу, за сыновьями или хрен знает за чем еще.
Мысли кружат, пытаясь найти решение, и оно приходит.
Я будто совсем позабыла, что у меня есть силы, за которыми постоянно охотились люди. Настало время использовать их ради блага и не под натиском страха, а с холодным расчетом на безопасное будущее.
— Я влезу ей в голову, – произношу громко я, и спор за столом стихает.
Всего пять слов смогли потушить лесной пожар.
Брайан и Адриан переводят на меня внимательные взгляды. Переключаюсь с одного на другого и останавливаюсь на Брайане.
— Я изменю ее воспоминания. Сотру все, что она делала, и придумаю ей новую жизнь.
— Какую? – спрашивает Адриан.
Теперь мое внимание приковано к нему.
— Она будет сидеть за решеткой остаток своих дней. Мы посадим ее за убийство. Навсегда. – Каждое мое слово звучит молотом о наковальню.
— За чье убийство? – уточняет Адриан.
— За Дейла, Каролин.. Я могу придумать несуществующего человека, но она будет верить, что это правда. Язаставлюее не просто верить в это, а мучиться от понимая, что она совершила. Адриан, она будет жить, как ты того и желаешь, но она никогда больше не выйдет из-за решетки. Она будет страдать за всех, кому когда-то причинила вред, – спокойно и холодно заканчиваю я.
Это идеальный выход из ситуации.
Мы не должны портить наши отношения из-за Элли. Она не заслуживает этого. А вот нести кару, сколько ей там осталось? Лет десять-пятнадцать? Да. Это она заслужила.
Какое-то время они молчат. Чувствую, как Брайан сжимает мои пальцы и перевожу на него взгляд. Он смотрит на меня так, как будто впервые увидел.
— Неужели ты хочешь такой мести? – аккуратно спрашивает Адриан, и я поворачиваюсь к нему.
— Я хочу вернуть сыновей и создать место, где Элли не будет для них угрозой. Меня интересует только это.
Адриан кивает и переводит взгляд на Брайана.
— Ты согласен?
Брайан раздумывает около минуты, смотря в пространство между мной и Адрианом, а потом возвращает все внимание на меня.
— Уверена? – спрашивает он.
— Да, – тут же отвечаю я, уже придумывая, какие поправки внесу в разум Элли.
Внимание Адриана мечется от меня к Брайану и обратно. Он сомневается в нашем решении, а точнее, в его исполнении.
— Она будет под заключением в Салеме, – резюмирует он.
— Нет! Не в одном городе с моими детьми, – отрезаю я.
— Мы не будем жить здесь, – спокойно говорит Брайан.
— В Ани мы тоже не можем жить, – напоминаю я, а сердце сжимается от слов Брайана. – Вода отравлена.
— Знаю. Я приготовил для нас другое место.
Хочется спросить, что за место и когда он успел его приготовить, но я не спрашиваю. Время, которое мы тратим, слишком ценно, поэтому подобные разговоры можно перенести на потом, когда черная полоса останется далеко позади.
Адриан рассказывает, что часть людей, которая добралась до Салема, разместили в дальней части города, Молли, к слову, тоже выжила, Миранда не тронула ее, сказала девушке бежать, и она побежала, в итоге ее подобрали люди из Салема, которые отправились за оставленными жителями в Ани.