Страница 29 из 48
Глава 15
Генерал Эрик Гильберт
К себе в спальню я возвращался в скверном настроении.
Чего мне стоило сдержать свой гнев и не свернуть шеи проклятым лакеям, посмевшим пялиться на Лилибет, было известно одним богам. В тот момент я и сам был не в своей тарелке, понимая, как опростоволосился, войдя без стука и предупреждения.
Но жаркие поцелуи, сбитое дыхание и яркий румянец на щеках девушки явственно говорили о желании, которое мне было отлично знакомо. Я хотел Лилибет.
Осознание поражало и вызывало целую бурю в душе. Мне хотелось быть с ней рядом каждую минуту, но страх сломать этот нежный и хрупкий цветок был столь велик, что старательно пытался сдерживать свои порывы.
Казалось бы, ничего не могло еще больше испортить настроение, но я ошибся.
Как только зашел в комнату, почувствовал знакомый до боли запах. Им было пропитано все пространство.
Только не снова!
Одним взмахом руки я зажег все свечи и камин. Комната наполнилась светом, являя взору голую девицу.
— Не интересно! — сразу отрезал я, без предисловий и прелюдий.
Схватив плед с кресла, накинул его на обнаженные плечи, поднял на руки, проклиная тот день, когда позвал ее на допрос.
Быстро и решительно направился к двери, толкнул ее ногой и поставил девушку, подтолкнув в нужном направлении по коридору.
— Альва! — взвизгнула леди Сель, но мне было совершенно плевать на ее протесты.
Слов не требовалось. Сель и сама должна была все понимать: мужчинам противна женская доступность и приторность. Тем более не стоило рассчитывать на нечто глубокое и серьезное, когда пытаешься залезть в постель к наследнику империи. И можно было бы воспользоваться этой легкостью, вкусив прелестей страсти, но она была бы поддельной. Я уже не смог бы наслаждаться, как прежде, фальшивыми чувствами. Мне нужна была Лилибет и ее искренность, а не любая другая женщина, пусть и красивая, как стоило бы признать леди Сель.
Захлопнув дверь, я брезгливо оглядел постель, на которой только что возлежала фрейлина. Звать сменить постельное белье было уже поздно. Мне не нужны были лишние шепотки и взгляды, тем более кто-нибудь мог увидеть назойливую фрейлину. Ее бы энергию, да в правильное русло.. Не каждый боец обладал подобным упорством.
Поборов в себе приступ раздражения, я сел в кресло и вытянул ноги к огню. Все мои мысли витали вокруг Лилибет.
Мое желание обладать ею воспламеняло кровь и туманило рассудок. С этим стоило что-то делать. Можно было бы обратиться к отцу и попросить разрешения на брак, несмотря на то, что он прямо заявил, Лилибет мне не пара. Ее репутация была не просто подмочена — уничтожена. Сорванная церемония была несмываемым пятном, но меня это мало волновало. А вот для будущей императрицы это фатально.
И были бы другие наследники, я не моргнув и глазом, отрекся от престола, но увы. Единственный сын императора был воспитан в ответственности. Именно за этим и почти всю жизнь учился и практиковался в военном деле.
Мне было плевать чего это будет стоить, но Лилибет обязательно станет моей. Действовать стоило осторожно.
Воспоминания о пережитых чувствах вновь накрыли с головой и сводили с ума.
Я резко поднялся и направился на улицу. Стоило охладить свой пыл под струями водопада, чтобы не спалить замок дотла.
Лилибет
В очередной раз сбежав от всех, я прогуливалась по саду, наслаждаясь тёплом и лёгким ветерком, трепавшим мои волосы.
Солнечные лучи пробивались сквозь листья деревьев, играя золотыми бликами на траве, листьях и лепестках алых, словно кровь, пышных роз. Я тщательно отбирала бутоны и осторожно срезала самые красивые из них, складывая в небольшой букет.
Только вот, чтобы я ни делала, как бы ни старалась его забыть, мысли невольно возвращались к генералу. Его строгому взгляду, голосу и улыбке..
Я вспоминала каждый наш разговор, каждый миг, который могла провести рядом с ним. Сердце начинало биться быстрее при одной лишь мысли об этом суровом мужчине.
Умом я понимала, что не должна даже думать о таком, но сердце говорило другое.
"Этот красавец не для тебя", — шептала я, пытаясь убедить себя поскорее выкинуть Эрика из головы.
Я напоминала себе, что мне не место в его мире, что между нами непреодолимая пропасть и мне нужно найти способ вернуться домой. Я всегда буду в этом мире чужачкой, а он — наследником императора, с обязанностями и долгом перед своим народом.
Я пыталась бороться, убеждала себя, что не могла так просто влюбиться в альву, но всё говорило об обратном. Как я могла позволить себе подобную слабость? Это было глупо и бесперспективно.
Не сдержав тяжёлого вздоха, сжала букет так крепко, что почувствовала, как шипы роз впились в кожу.
Я скривилась от боли, а потом сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. Нужно было принять истину и смириться. Мои чувства — неуместны и от них нужно как можно быстрее избавиться. Только почему же мне тогда так больно?
Я стояла на краю сада, и невольно на глаза накатывались слёзы. Мир не остановился, вокруг щебетали птицы, порхали бабочки и стрекотали кузнечики в траве, и всё вокруг казалось таким тихим и спокойным, но в душе у меня бушевала настоящая буря. Я не хотела, чтобы кто-то видел мои слёзы, поэтому осмотрелась и увидела старую беседку, едва заметную среди высоких кустов. Это было идеальное место, чтобы спрятаться, навряд ли туда кто-то придёт.
Заглянула внутрь, робко прошла по скрипящим доскам и опустилась на скамейку, закрыла лицо руками и тихо заплакала. Мне было так тяжело на сердце. Почему любовь приносит столько страданий? Я продолжала сгорать от желания быть рядом с ним, даже зная, что наши пути никогда не сойдутся.
Жестокая штука любовь.
Я настолько погрузилась в свои мысли, так сильно себя жалела, что едва не вскрикнула, когда ощутила как на моё плечо легла чья-то горячая ладонь.
Вздрогнула и обернулась. Прямо у меня за спиной стоял Дарий. Он едва заметно хмурился и смотрел на меня как-то странно. В его взгляде читалась та же боль, понимание и сочувствие.
— Ах, прекрасная Лилибет, вы тоже влюблены, — сказал он мягко, лёгкая улыбка тронула его губы. Он без приглашения прошёл в беседку, присел рядом со мной и протянул белоснежный платок. — Неужели ваша любовь заставляет вас плакать?
Я вытерла слёзы и попыталась улыбнуться в ответ. Не может быть, чтобы всё оказалось настолько очевидно. Как он догадался?
— Иногда чувства бывают безответными, — робко прошептала я. — И кажется, что они никогда не станут взаимными.