Снежный плен

Эпилог Эмери

Рождество

Я уткнулась глубже в объятия Купера, пока брат сверлил нас взглядом. В конце концов я показала ему язык.

— Хватит на меня так смотреть.

Он нахмурился.

— Я не смотрю. Просто… я такого не ожидал. Куп и моя сестра…

Он преувеличенно передернулся, будто это было самым отвратительным, что он слышал.

Я злобно прищурилась.

— Сделаешь такое лицо еще раз — и я расскажу тебе о нашей личной жизни во всех подробностях.

Купер расхохотался, и от его смеха затрясло и меня.

Дрю позеленел.

— Это уже подло.

Мама улыбнулась, ставя на стол тарелку с ее знаменитыми рождественскими печеньями.

— Ты это заслужил, Дрю.

Она наклонилась и поцеловала меня в висок.

— Я безумно рада, что вы наконец разобрались.

Дрю уставился на нее.

— Ты знала?!

Мама закатила глаза.

— Надо быть слепым, чтобы не видеть искры между этими двумя.

Купер прижал меня крепче, смеясь еще сильнее.

— Она права, Ди. Было очевидно, что я по уши в нее влюблен.

Брат недовольно фыркнул.

— Вот тебе и договор.

Когда Дрю узнал, он поворчал, но так радовался, что со мной все в порядке, что дальше дело не зашло. Хотя я подозревала, что подколы теперь надолго.

Я запрокинула голову и поцеловала Купера под челюстью.

— Некоторые договоры стоит нарушать.

Дрю изобразил рвотный звук.

— Господи, мои глаза!

Мама легонько шлепнула его по затылку.

— Сейчас унесу печенье обратно, если не прекратишь.

Дрю схватил печенье и засунул в рот.

— Молчу.

Мама повернулась ко мне.

— Поможешь мне с ужином?

— Конечно.

Не хотелось выбираться из теплых объятий Купера, но я знала: это приглашение на разговор по душам. С тех пор как мама и брат приехали в Вулф-Гэп вчера вечером, мы толком не поговорили.

Она обняла меня за плечи и повела на кухню.

— Ты держишься?

— Плохо ли сказать, что я счастлива?

— Конечно нет.

— Человек умер, мам.

Она поежилась.

— Не хороший человек. Я бы сказала, это справедливость. Может, та семья, что потеряла дочь, теперь хоть немного выдохнет.

Полиция Нэшвилла обыскала дом Стивена и нашла улики, связывающие его с исчезновением девушки. Даже сейчас собаки прочесывали парк в Вирджинии в поисках тела.

— Не знаю, бывает ли покой после такого.

Мама крепко меня обняла.

— Я так рада, что ты не растерялась и дала отпор. И что у Купера такая быстрая реакция.

— Я тоже, — прошептала я.

— Твой папа всегда любил Купа, — сказала она, не отпуская меня.

В груди больно сжалось.

— Я знаю.

— Он говорил мне: надеюсь, Эмери встретит такого парня.

Я чуть отстранилась, глаза защипало.

— Правда?

Она кивнула.

— Ему бы это понравилось. И он бы с удовольствием поддразнивал Дрю.

— Я скучаю по нему.

— Я знаю, милая. Я тоже. Но он все еще с нами. Внутри нас. Он сделал нас такими, какие мы есть.

Я смахнула слезу.

— У него было самое доброе сердце.

Мама положила ладонь мне на грудь.

— Такое же, как у тебя.

— Все в порядке? — тихо спросил Купер.

Мама просияла.

— Просто проверила, как моя девочка, и мы немного расчувствовались.

Она махнула рукой.

— Идите ешьте печенье. Оба.

— Я думала, должна помочь с ужином.

Она снова закатила глаза.

— Ты же знаешь, я позвала тебя не для этого. Только мешаться будешь.

Я рассмеялась.

— Ты армия из одного человека.

Купер обнял меня за плечи и наклонился к уху.

— Пойдем со мной.

— Хорошо.

Я не смогла отказать.

Мы оставили брата за поеданием печенья, надели куртки. Купер натянул мне шапку пониже и закутал меня в одну из своих курток.

— У тебя городская куртка. Тебе нужна настоящая.

Я сморщила нос.

— Моя нормальная.

Он приподнял бровь.

— Ты не замерзла, когда шла сюда в ту ночь?

— Ладно, возможно, ты прав…

Он быстро поцеловал меня и вывел на улицу. Солнце уже село, небо усыпали звезды. Я прислонилась спиной к Куперу, любуясь видом.

— Здесь так красиво.

— Думаю, я оставлю домик, когда вернусь в Нэшвилл. Будем приезжать в отпуск. А в остальное время можно сдавать.

Я резко повернулась к нему.

— Ты возвращаешься в Нэшвилл?

Он нахмурился.

— Я же сказал, что больше тебя не оставлю.

— Я знаю, но думала, что мне придется переехать сюда.

Купер обхватил мое лицо ладонями.

— Эм, твоя семья для тебя — все. Я никогда не заставлю тебя от этого отказаться.

— Ты бы не заставлял. Я люблю тебя. Я не хочу жизни, в которой не вижу тебя каждый день.

Его губы мягко коснулись моих.

— Я тоже тебя люблю. Поэтому я уже позвонил своему бывшему начальнику в Нэшвилле. Он сказал, что я могу выйти на работу с начала года.

— Ты уверен, что готов уехать отсюда?

— Эм, разве ты еще не поняла? Я хочу быть только там, где ты.

Эта книга завершена. В серии Разорванные и израненны есть еще книги.