Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 79 из 80

Легко сказать.

Батыр уже лежал окровавленный и что-то бормотал на родном языке — то ли молитву перед смертью, то ли ругательства перед контратакой. Третьяк торчал в куче щебня ногами вверх.

Я прицельно стрелял из револьвера. По ногам, чтобы свалить, обездвижить, тяжело ранить — но не убить. Впрочем, я мог бы и не заморачиваться, потому что пули натыкались на невидимый купол и улетали вертикально вверх.

— Рюмин! — крикнул я, — бросай свои кандалы. Настало время!

Он дернул уголком рта и не ответил. Даже не посмотрел на свои браслеты из красной осины. Для него этот бой не отличался от стычки с ватагой атамана. Ну и хрен с ним.

Игорь не ударил ни разу.

Он стоял с мечом и не мог. Просто не мог, и всё.

— Игорь! — рявкнул я. — Бей или уйди подальше!

Ведана шла в мою сторону, а он был у нее на пути.

— Прочь, мальчик, — сказала она почти ласково. — Мне нужен только ярый.

Эти слова лишь укрепили Игоря. Он не отошел и, сжав зубы, выставил клинок. Напружинился, ожидая удара, готовый увернуться и атаковать.

— Как знаешь, — пожала плечами Влада.

Она вытянула руку, воздух сгустился, пошел рябью.

Волна покатилась вперед слишком быстрая и широкая, чтобы от нее было возможно увернуться. Землю взрыхлило, в то же время воздух гудел на высоте двух метров.

Игорь замешкался, понимая, что бежать некуда.

Я заорал и разрядил весь барабан револьвера в Ведану. Это не помогло.

Не в силах отвести взгляд, я уже представил, как волна превращает Игоря в фарш.

Но Ведана вдруг охнула, рука ее дернулась вверх — волна в последний момент изменила траекторию и прошла над головой Игоря, врезалась в каменную стену, превратив ее в подобие ноздреватого сыра.

Ведана застыла. Затем ударила ладонью по своей же руке.

— Не мешай, дура, — прошипела она сквозь зубы.

— Ага! — радостно воскликнул Игорь, едва избежав гибели, но уже забывший об этом. — Влада с нами!

Вдруг подал голос Рюмин. Он был единственный, на кого Ведана вообще не обращала внимания, видимо, считая мага за своего. Ворон ворону глаз не выклюет. Рюмин стоял неподалеку, сунув руки в карманы, и внимательно наблюдал за Веданой. Лицо у него было напряженное, как у человека, который читает мелкий шрифт.

— Древние заклинания, — огласил он. — Сильные, но грубые…

— Не время лекций, — рявкнул я. — К чему ты это?

— Она уже бьет слабее.

Повинуясь наитию, я выскочил из-за камня, и вовремя — очередная волна прошила его насквозь.

— Хер-р-расе слабее!

Однако он был прав. Первым ударом она сложила дом. Сейчас лишь дырявит камни.

— Устает? — крикнул я. — Хорошо же!

— Да если бы, — ответил Рюмин. — Она не может устать, устает тело. У любого мага есть резерв, и он не бездонный. Древние заклинания затратные, она выжигает… но не себя, а Владу. Черпает и черпает! Она убьет ее…

— Ошибаешься, огнепоклонник, — сказала Ведана. — Ваше поколение растеряло тайны магии и ничего не смыслит. Узри настоящую древнюю магию, которая в былые времена переломила хребет всея племени ярых!

Вокруг Веданы сгустился воздух, но не обрушился на нас, а начал закручиваться вокруг нее плотным вихрем.

Всё ее тело оказалось в мельтешащем коконе. Отдельные вихри переметнулись на руки и ноги, делая их исполинскими. Ведана поднялась над землей. Каждую ее ногу обнимал вихрь высотой два метра. Разметались в стороны такие же руки-воронки.

Треуголка слетела с головы, косы растрепались и метались на ветру. По ее лицу тек пот, из носа шла темная струйка, а тварь внутри не обращала на это никакого внимания, потому что тело было не ее и жалеть его было незачем.

Раздался настоящий гром, по исполинскому телу пробежали молнии. Перед нами стоял гигант, собранный из грозовых смерчей.

Ведана повела рукой, что заканчивалась воронкой. Всякие обломки и мелкий сор летели в ее сторону. Под ногами у меня зашуршал щебень, а меня потянуло вперед. Я рванулся в сторону в поисках крепкого укрытия.

Вскрикнул и выругался Игорь. Руками он держался за каменный выступ, а ноги его поднялись в воздух, вытянувшись в направлении воронки. Должно быть так ощущают себя тараканы, когда на них охотятся с пылесосом!

Я рванулся к Игорю, чтобы затащить за камень, но тут грудь пронзило болью.

Меня сложило пополам, я упал на колени.

Сначала я подумал, что Ведана метнула в меня острым камнем, который вонзился мне в солнечное сплетение, но боль шла изнутри.

Я глянул вниз и увидел, что в груди моей разгорается красное сияние. Ядро Ярости… но действовало оно без моего ведома. Нечто внутри меня сначала услышало Ведану, а потом увидело древнюю магию. И среагировало.

Меня дернуло назад, я раскинул руки в стороны, выгибаясь дугой, а взор мне залило красным светом.

Из моей груди — прямо сквозь ребра, сквозь плоть, но не разрывая ее, — хлынуло алое сияние.

Оно вырвалось наружу взрывом, сформировалось и поднялось… на четыре лапы.

Волк.

Огромный, в холке выше меня в полный рост, весь сотканный из багрового света, текучий, полупрозрачный, словно мираж, однако в каждом его вздохе слышалась весьма неиллюзорная мощь, от которой дрожали камни.

Грудная клетка горела так ярко, что казалась белой. Волк гордо поднял голову, глаза вспыхнули желтой энергией.

Я его знал… почти. Он напоминал мою четвертую форму — астрального волка, но был намного крупнее. И что самое главное — стоял отдельно от меня, даже не связанный цепью с Ядром…

Это и было мое Ядро!

Волк повернул ко мне голову. Глаза мигнули, он распахнул пасть. Я знал, как умеют улыбаться звери, и это было оно самое. Волк мотнул головой и вывалил язык. Я распахнул руки, без всякой опаски запустил пальцы в искрящуюся шерсть, и в следующий миг волк лизнул меня.

Поскольку он был исполинских размеров, язык его прошелся по мне как здоровенное полотенце. Я ощутил жар, по мне растеклось красное сияние. Я понял, что это. Так выглядела моя антимагия, когда я еще обладал такой способностью.

Все это заняло секунды. Потом волк развернулся к Ведане, точнее к тому вихрю, в который она превратилась. Волк пришел не ко мне. Его привел древний инстинкт на сражение с извечным врагом.

Волк перестал улыбаться и зарычал. Его рык можно было спутать с каменной лавиной.

Ведана попятилась. Впервые за весь бой она перестала упиваться своей силой и дала заднюю. Было странно наблюдать за тем, как пятится исполинский вихрь, который только что крошил камни как халву.