Страница 15 из 80
Глава 7 Запах неприятностей
Делая пересадку в Пригорье на узкоколейный поезд, я вспомнил о том, как однажды Свиридов вместе с полицией вытащил меня прямо из вагона. Интересно, снеговик на заднем дворе его усадьбы продолжает стоять, несмотря на лето?
Казалось, всё это было так давно. Тогда я был бесправным новообращенным волколаком, а теперь, глядите-ка, барон.
Настроение у нас четверых было приподнятое. Маленький поезд с тесными вагонами увозил нас в, прямо скажем, захолустье, но это мое захолустье.
Красные Родники были для меня не просто провинциальной волостью. Их я сначала отвоевал, а потом официально получил за особые заслуги перед Державой. Трофей и награда в одном флаконе. Моя отправная точка, родина в этом мире.
То ли еще будет. Чужого нам не надо, но свое мы возьмем, чье бы оно ни было!
— Вон, мельницу починили, — сказал старик Ефим, показывая в окно. В его голосе слышалась сдержанная гордость. Видно было, что свои полномочия дворецкого он распространял и за пределы особняка.
— Одобряю, — кивнул я. — Ты поладил с Митричем?
— Да, барин, хороший он мужик. Семейный. Для старшины волости это важно.
— А что Ратибор?
— Не видал я его.
Значит, не вернулся еще с моего задания. Ходит, как говорится, по городам и весям, собирает волчью общину.
Насчет Ратибора у меня были особые планы. Я помнил его ярый взгляд и приверженность легендам про волколаков. Не забыл я и то, как он единственный встал на мою защиту, когда я валялся обессиленный после схватки с Рыковым и меня собирались добить. Он первый в списке тех, кому я предложу стать волколаком. Когда разберусь, что к чему.
— Немного волнуюсь за ту голову в кристалле, — вполголоса сказал мне Игорь. — Не доверяю я ей.
— Кто она? — всполошилась Инесса. Она услышала фразу, потому что сидела рядом со мной, положив голову на плечо.
— Не она, — ухмыльнулся я. — Он. Потом тебе покажу. Тебе понравится.
— Вряд ли это может кому-то понравиться, — поморщился Игорь. — Лично я считаю, что будет правильным ее уничтожить.
— Разберемся.
За разговорами вслух и воспоминаниями с планами в мыслях мы доехали до Красных Родников.
Никакого перрона и тем более вокзала здесь не было — лишь кто-то покрасил ствол дерева на обочине в красный цвет. Через осиновую рощу устремлялась тропа и вливалась в проселочную дорогу. Дальше виднелось поле, деревня и холм с каменным домом, похожим на замок.
— ХРА! — раздалось из рощи. Между деревьев мелькнула исполинская серая фигура.
Я-то почуял Кабачину заранее — такой волчий дух волколака в третьей форме я чую буквально за версту даже в человеческом обличье. А вот остальные вздрогнули.
Игорь привычно схватился за эфес палаша — годы службы в Черном Полку не прошли даром, до недавнего времени он видел в волколаках исключительно врагов. Инесса, заметив мое спокойствие, отпустила мой локоть.
— Еб!.. — выдохнул Ефим. — Никак не привыкну, что это чудище тут ошивается.
— Не безобразничает? — спросил я.
— Не-а. Бродит вокруг волости, как бы патрулирует. Зверодан с ним ладит. Говорит, всё путём. Но мне все равно не по себе как-то.
Я посмотрел в желтые глаза, наблюдающие за нами из-за деревьев.
— Иди к нам, Кабачина!
— Что за имя такое? — спросила Инесса.
— Волчина — кабачина — серая бочина, — объяснил я.
Кабачина приблизился. Три метра ростом, поперек себя шире, мускулистые передние лапы распростерты в стороны, когти способны вспахать землю как плуг. Волчья шерсть на природе стала гуще, чем была на Арене, появился здоровый лоск. Единственный волколак, который крупнее меня в третьей форме.
Я чувствовал его Ярость, растворенную во всем теле без выраженного Ядра. Одичавший волколак, лишенный человеческой сущности. По сути зверь, но зверь разумный и понимающий больше, чем любой волк… и некоторые люди.
Он подошел, загораживая солнце. От него шла волна жара и звериного духа, мощное дыхание можно было принять за рык, но он просто сопел, с интересом разглядывая нас. Даже голову склонил набок и навострил уши, выдавая мыслительный процесс.
Я обвел руками всех приехавших со мной и весомо проговорил:
— Это — свои. Часть стаи. Мои близкие. Важные. Их нужно слушаться и защищать, как меня самого.
— ХРА! — согласно ответил он, а потом указал когтем на Инессу и добавил с восхищением: — Хра-хра!
— Чего он?.. — сказала она, поежившись скорее из кокетства, чем из страха.
— Выражает комплимент. Но не тебе, а моей самцовости.
— Хра? — спросил Кабачина.
— Сейчас никаких дел. Гуляй, — ответил я.
Кабичина побрел в гущу деревьев, удивительно тихо для своих габаритов ступая по лесному ковру.
— Защитник рода Лютиковых, — задумчиво проговорил я, вспоминая то, как назвался снеговик Свиридова.
Инесса с любопытством глянула на меня, но промолчала. У рода Рюминых, очевидно, тоже есть хранитель, куда более могущественный, чем у Свиридовых. Подозреваю, что он живет в огненном фонтане у их особняка.
Мы пошли к Красным Родникам.
Наше появление в деревне не прошло незамеченным. Весть быстро разошлась, и вокруг собралась целая толпа. Люди встретили меня с удивлением, которое перешло в ликование.
В ту злополучную ночь они запомнили меня больше в зверском облике, а затем я рассекал по волости в окровавленной шинели с чужого плеча. Теперь они видели барона в дорогом темно-сером сюртуке с гербом на лацкане — оскаленной мордой волка среди желтых цветков лютика. Не клейменого старика, а реального волколака, да еще и в компании магички и офицера.
В глазах местных мужиков и женщин читалось не просто почтение, а смутная надежда — на что-то еще непонятное, но большое и хорошее. На что-то настоящее.
Митрич — крепкий мужик с наполовину седой бородой, бывший фельдфебель — выбился из толпы, поклонился и поприветствовал меня.
Я протянул ему ладонь. Он глянул на нее в смятении, потом спохватился и крепко пожал.
— Разрушенные избы отстроили, ваше благородие, — сказал он, откашлявшись. — Сушим бревна для добротного частокола.
— Хорошо, — кивнул я. — Остались еще деньги и материалы?
— Имеются, ваше благородие.
— Трактир надо построить, с большим количеством мест для постоя.
— Это как же? Место у нас не ходовое же…
— А про Ратибора ты забыл? К нам люди потянутся, семьи. Хорошо бы новые дома, но пока не известно, сколько придет. Так что трактир. И с частоколом пока повремени, деревня вырастет, потом и поставим. Звери и разбойники нам не угрожают.