На грани

Глава 11

г. Чикаго, квартира Кейдена.

Затолкав в рот протеиновый батончик, я падаю на кровать, но не могу уснуть. Просто проваливаюсь в забытье на полчаса или чуть больше. Не думаю и не чувствую под собой эти влажные холодные простыни. Даже не дышу, судя по головокружению.

Сейчас моя пустая комната выглядит как калейдоскоп. Я пытаюсь выцепить из нее знакомые фрагменты: стол, шкаф, рамку с моим фото на тумбочке, рядом с ней – фото Хлои, распечатанное на бумаге, но все это вертится и быстро смешивается в одно грязное пятно.

Я утыкаюсь носом в подушку и закрываю глаза.

На той неделе здесь лежала брюнетка. Она оставила на наволочке свой запах – приторный, с ноткой лимона. Я не прогнал ее только потому, что был сильно пьян. Она ушла утром и, как и все до нее – навсегда, тихо захлопнув дверь.

Сдираю наволочку с подушки и бросаю на пол.

Давно пора было прибраться в этой дыре. Хотя бы отправить свои вещи в химчистку, купить еды или заказать из ресторана.

Сажусь на край кровати и смотрю на телефон. Его экран светится неприятным бело-синим светом. Я беру его, думая, что Доминик прислал смс.

Наверное, спрашивает, не наделал ли я глупостей.

Еще как наделал! Просто не тех, о которых он мог подумать.

Это не Доминик. Сообщение пришло с незнакомого номера в мессенджер. Внутри три фотографии. Я смотрю на них и хочу провалиться под землю, потому что на каждой – Лорен.

На первой она идет по Мэдисон-стрит. В ту ночь, когда я следил за ней.

На второй она сидит в аудитории и смотрит в тетрадь. Это было не вчера. Я знаю это, потому что она одета по-другому.

Не в ту короткую футболку, которую я мечтал с нее снять, когда порол какую-то чушь про бизнес.

А а в свитер. И ее волосы собраны в высокий хвост.

И третье – я сажаю ее в тачку Доминика. Тут без комментариев. Фото сделано с противоположной стороны улицы. Издалека.

Когда я добираюсь до надписи снизу: “Бойся, Кейден”, чувствую, как внутри поднимается страх. За ним ледяная ярость. Она разливается по венам, как жидкий свинец.

Кто-то пытается достать меня через Лорен! Но хуже всего, что гребаный шантажист знает: это точно сработает!

Я делаю скриншот и быстро набираю ответ:

[03:34]: Хочешь остаться с блином вместо рожи и всю жизнь пить через соломинку?

Отправляю. Жду несколько секунд и вдруг вижу, что кто-то печатает новое сообщение.

[03:35]: Молись, чтобы с ней не случилось того же.

Вот дерьмо! Неужели это происходит на самом деле?

Я набираю снова – резко и зло:

[03:35]: Встретимся один на один. Назови место. Время. Слабо?

Отправляю, но эта тварь выходит из чата и через секунду удаляет его.

Я вскакиваю с дивана и начинаю ходить из угла в угол. Перебираю, кто мог бы угрожать мне и ей…Бросаю телефон, беру его снова, смотрю на часы и решаю позвонить Доминику.

Гудок. Второй. Третий.

– Кей? – сонным голосом отвечает он. – Все-таки влип?

– Мне нужна твоя помощь, – тараторю, накидывая куртку. – Встретимся через десять минут в “Братьях”. Я уже выхожу.

Что мне нравится в Доминике, он очень легок на подъем, как и я. Если у кого-то из нас проблема, второй мчится на помощь даже из другого города. В любое время дня и ночи.

– А что случилось-то? – хрипит друг, уронив что-то тяжелое.

– Потом, – обрываю расспросы. – Поторопись. Тут настоящее дерьмо.

– Понял, – недовольно протягивает он. – Сейчас…

Я засовываю телефон в карман джинсов, хватаю ключи от мотоцикла и вскоре мчусь по пустым улицам. Чикаго еще спит, накрапывает противный дождь, попадая за воротник, но я не чувствую холода. В голове – фотографии Лорен, этот номер без имени и сообщение: “Молись…”.

Я не молюсь, потому что не верю в Бога.

Я верю в кулаки, скорость и справедливость, какой бы она ни была.

«Братья Ли» – маленькая закусочная с китайской кухней. В ней круглые сутки горит свет, а внутри пахнет жареным луком и рыбой. Мы с другом встречались здесь сотню раз: когда было хреново, когда хотели напиться или просто решить общие дела. И вот он – сто первый, но подозреваю, что именно эта встреча не закончится обычным трепом.

Я паркуюсь у входа, рядом с черным седаном Доминика.

Только идиот приехал бы сюда на желтом спорткаре.

Ставлю мотоцикл на ножку и с силой толкаю дверь. Внутри пусто. За стойкой спит китаец, подперев рукой голову. Звучит радио, зал освещает приглушенный свет, а друг уже ждет меня за столиком в углу.

Перед ним графин с саке, тарелка с какой-то морской дрянью и блюдце с имбирем.

– Выкладывай, – вместо приветствия командует он.

Я не говорю, просто достаю телефон и показывает скрин, который успел сделать.

Он долго смотрит на экран. Читает, приближает фото и анализирует. Эмоции на его помятом лице быстро сменяют друг друга: спокойствие, сосредоточенность, злость, но все кончается стандартной реакцией – сжатой челюстью и кулаками.

– Кто этот мудак? – спрашивает он, подняв глаза.

– Не знаю.

Я забираю телефон и смотрю в сторону хозяина, который спрыгивает со стула и бежит к нам. Заказываю грудку цыпленка в апельсиновом соке. Откидываюсь и, потирая лоб, смотрю на друга.

– Ставлю на папашу Тайлера. Он не зря превратил вашу богадельню в комнату допроса. И фотка с твоей подружкой на лекции это подтверждает.

– Думаешь, кто-то из студентов работает на него?

– Или все, – друг поднимает стопку саке и одним глотком осушает ее. – Бррр. Сильная хрень. Помогает освежить голову. Будешь?

– Не хочу.

Минуту я думаю и прихожу к выводу, что Доминик прав.

Это точно папаша Тайлера или его уязвленный сынок, но почему он угрожает Лорен? Какая связь? Это же просто знакомая. Таких девчонок вокруг меня штук пятьдесят. Как он понял, что нужно давить именно на нее?

Да, что тут непонятного? Все просто! Я уехал с ней в тот вечер, потом завалился в бар, где она работает. Шел за ней до общаги, а на набережной чуть не отправил на тот свет байкера, потому что она выбрала его!

Может, это совпадение, и семейка Кёрнов ткнула в первую попавшуюся девчонку, которой не повезло оказаться рядом. А может,

и это нужно проверить

, тот, кто работает на старика Лиама, общается с Лорен или с ее подружкой…

– Странный ход, – задумчиво прохрипел Доминик. – Угрожать девчонке, которая даже не твоя… – он склоняется над столом и сдвигает брови. – Или я чего-то не знаю?

– Все ты знаешь, – язвлю я. – Я выбрал ее после боя. Хотел просто трахнуть, как всех, но с самого начала все пошло не так.