Страница 55 из 103
«Действительно, вид как из центра бельэтажа: немного выше «сцены», что дает максимальный обзор», – признала Ворожцова. Следователь уточнила:
— Вы находились здесь один?
— Конечно! – Профессор повысил голос.
— Какие документы вы читали? – Ася сама не очень понимала, зачем задает вопрос, но остановиться не могла.
— Какое это имеет значение?! – Негодование нарастало.
— Михаил Лаврентьевич, вагон отсюда видно хорошо, но это не так близко, чтобы утверждать, что погибший – ваш сын, – перевела тему Свистушкина.
— Я настаиваю на генетической экспертизе, – как-то резко сдувшись, почти шепотом Лихоманов завершил разговор.
Ольга Кирилловна, отказавшись признавать, что погибший ее сын, отвечала на вопросы следователя с вызовом.
«Да, приехала недавно». «Да, когда все уже потушили». «Понятия не имею, кто бы это мог быть, какой-то несчастный. Бомж, наверное».
Ася снова вмешалась в разговор, когда Свистушкина уже заканчивала протокол:
— Ольга Кирилловна, а давайте в ваш кабинет пройдем, осмотримся.
— Ну.. хорошо, лаборатория находится этажом ниже.
Единственное окно кабинета Лихомановой тоже выходило на железнодорожную ветку, где и стоял тот самый вагон.
— Ольга Кирилловна, судя по вашему расписанию, в первой половине дня вы находитесь здесь, в лаборатории. Что же случилось сегодня?
— Вы правы, я всегда на месте с девяти часов до четырнадцати. Завтра первое сентября, я участвую в концерте, исполняю «Старинный вальс» из кинофильма «Вот такая музыка». По этому случаю вызвали на генеральную репетицию в главный корпус.
Допросили еще нескольких очевидцев, оформили протоколы, выписали повестки.
Самые жуткие показания дал сотрудник предприятия с пятого этажа: «Под человеком вспыхнул огонь, его голова дернулась, загорелись волосы, в какой-то момент он содрогнулся, ему удалось приподняться и сесть».
— Считаете, что до пожара человек был жив? – уточнила Свистушкина.
— А вы когда-нибудь видели, чтобы труп садился?
Завершили работу поздно. Асе так и не удалось вернуться к вагону.