Страница 48 из 133
Глава 16. Ахейя
Она перевернулась на бок, неуклюже поднялась. Белые волосы упали на лицо – они помогли ей спрятаться от их взглядов, пусть и ненадолго.
– Умения эффектно появляться у нее не отнять.
Подняв голову, Ахейя увидела картину, которая заставила ее похолодеть от ужаса. Посреди плохо освещенного помещения стоял Люк; его руки были по локоть в крови, он держал какого-то неизвестного демона в темно-серой рубахе. Лицо несчастного было разбито и залито кровью, так что Ахейя не узнала бы его, даже если бы они были знакомы. Рядом стоял Шайрон, тоже с окровавленными руками, хотя его одежда почему-то была в порядке, а лицо выражало полное спокойствие. Единственным свидетельством его участия в избиении была содранная кожа на костяшках пальцев и несколько капель крови на лице.
У Ахейи сжалось сердце, а потом она испытала знакомое чувство пустоты и едва не рухнула на пол снова, встретив взгляд горящих глаз Ариока. Он стоял напротив двери в расслабленной позе, прислонившись к стене и скрестив руки на груди; однако его лицо было искажено гримасой ярости.
У Ахейи пересохло в горле. В следующий момент откуда-то сбоку появилась Эмрин. Она расправила крылья, снова сложила, бросила на Ахейю недовольный взгляд и схватила ее за плечо.
– Я вижу, ты просто нарываешься на неприятности, – прошипела серафим.
– Шо биал хон, – произнес нефилим, стоявший рядом с Ариоком. Оглядев Ахейю с головы до ног, он скривился от отвращения. – Таким, как она, здесь нечего делать.
Ариок, не сводя взгляда с Ахейи, пошевелился, расправил плечи.
– Давай не будем сейчас рассуждать о том, кому здесь есть место, а кому – нет, Сирадж. Не забывай, твоему двоюродному брату грозит изгнание.
Эмрин переглянулась с Ариоком, тот коротко кивнул, и серафим разжала пальцы, но не отошла от Ахейи.
– При всем уважении, альшайтан, какого хрена здесь происходит? – воскликнул нефилим со светлыми волосами и короткими черными рогами, стоявший рядом с Сираджем.
Он был одет в элегантный темно-серый костюм, как и Сирадж; Ахейя не заметила под пиджаком оружия.
Ариок отодвинулся от стены и сунул руки в карманы.
– Откуда такие изысканные выражения, Эрос?
Он приблизился к окровавленным мертвым телам, сваленным в центре комнаты, медленно осмотрел убитых нефилимов. Люк уставился на него с хищным блеском в глазах.
– Если тебе так необходимо добавлять к обращению фразу «при всем уважении», ты, мать твою, рискуешь испортить мне настроение.
Блондин недовольно фыркнул, но Сирадж положил руку ему на плечо.
– Альшайтан…
– Ее присутствие здесь не обсуждается, – оборвал его Ариок. – А вот то, что нам дальше делать с Бассамом, стоит обсудить.
– Довольно. Они усвоили урок, – возразил Сирадж и подошел к Ариоку.
Он постоянно бросал взгляды в сторону Ахейи, словно никак не мог привыкнуть к ее присутствию.
Когда Ариок обернулся к демону в сером костюме, его бесстрастное лицо слегка изменилось.
– Они усвоили, Сирадж. – Он кивнул на мертвецов. – А он – нет.
При этих словах из темного угла комнаты появилась женщина-нефилим, которую Ахейя до сих пор не замечала. У нее были короткие светлые волосы, золотые украшения в носу и ушах и пронзительные синие глаза. Она схватила нефилима, который сидел на полу рядом с Эросом, и подтащила его к Шайрону, перебиравшему четки. Люк ухмыльнулся, поднес руку ко рту, провел кончиком языка по окровавленным костяшкам пальцев.
Ахейя задрожала.
– Пожалуйста, не надо, я просто проводил социальную работу, – прохрипел демон, которого, видимо, звали Бассам, пытаясь вырваться из рук блондинки.
– Социальную работу… – Ариок прищурился. Он произнес эту фразу медленно, словно пробуя ее на вкус. – И ты считаешь, что обладаешь достаточной квалификацией для этого?
– Они не могли заплатить налог, Ариок. Они…
– Как ты его назвал? – рявкнул Люк.
Бассам втянул голову в плечи, а Ариок усмехнулся и убрал со своей рубашки невидимую соринку.
– Напомни-ка мне, какими полномочиями ты наделен?
– Я… ну, это… это мое… – Бассам в отчаянии обернулся к Сираджу, но тот стоял неподвижно и смотрел на несчастного с таким лицом, словно хотел испепелить его взглядом.
– Твое что? – Ариок со скучающим, равнодушным видом рассматривал окровавленного нефилима. – Здесь нет ничего твоего. Ты думаешь, что обладаешь могуществом?
Он приподнял бровь. Ахейя оцепенела от ужаса, но ей оставалось только стоять и смотреть на все это.
– Покажи мне, на что ты способен. Убеди нашу дорогую Эйли отпустить тебя. А может быть, тебе хочется рискнуть и помешать Люку вырвать тебе кишки?
Бассам снова попытался высвободиться, но на этот раз вяло. Ахейе показалось, что его взгляд погас, как будто он смирился со своей участью.
– Пожалуйста, я только…
– Ты заставлял женщин заниматься торговлей кровью, – произнес Ариок таким тоном, словно это было непристойное ругательство, и Ахейя поняла, что он в бешенстве, несмотря на бесстрастное выражение лица. – За то, что они не платили налог. Незаконный налог.
Бассам сглотнул и снова взглянул на Сираджа; у того был такой вид, словно он проглотил что-то отвратительное на вкус. Да, все это было отвратительно; настолько отвратительно, что Ахейе с трудом удавалось стоять спокойно.
Ей хотелось прополоскать рот, чтобы избавиться от мерзкого привкуса.
«Заставлял женщин заниматься торговлей кровью».
– Я отдам тебе все, о чем ты попросишь, – наконец взмолился Бассам, сдаваясь.
«Все, о чем ты попросишь». Эти слова она произнесла в ту ночь, когда переступила границу Алхиры и встретила Ариока. Эти слова невозможно было взять назад, эти слова больше не принадлежали ей, потому что она действительно отдала ему все, что имела. И напоминание об этом светилось у него на руке.
Ариок выпрямился во весь рост. Он больше не скрывал своего гнева.
– Сирадж, – произнес он, отвернувшись от Ахейи, – мне нужно твое согласие.
Эрос зловеще ухмылялся, глядя на нее из-за спины Сираджа, и эта ухмылка делала его похожим на рептилию.
– Я не собираюсь защищать его, альшайтан, но у него есть семья, – фамильярным тоном ответил Сирадж.
Казалось, он считал, что этот факт должен извинить Бассама.
– Да! – воскликнул Бассам и снова дернулся в руках Эйли. Обвел безумным взглядом окружавших его нефилимов. – У меня есть дочь. Я могу отдать тебе свою дочь.