Страница 43 из 79
Глава 41.
Глава 41.
Драконица вытолкнула меня из кельи прямо в объятия жениха.
– Все хорошо? – поинтересовался Норд, ловя меня. Я кивнула и улыбнулась. Дракон убрал пряди моих волос за ухо, взял ладонь, поцеловал и потянул в сторону выхода, поясняя:
– Мы идем к источнику. После церемонии сразу полетим обратно.
– А мое платье? – только сейчас осознала, что мое тряпье осталось в келье.
– Пожертвование для храма, – спокойно сказал он. – Не думай о нем, куплю новое.
Я не заметила, как мы оказались снова на аллее перед храмом. Солнце слепило глаза, шумела бушующая внизу горная река, мы повернули налево и пошли по тропе, идущей вокруг замка.
Норд держал меня крепко, смотря вперед, я же вертела головой, прячась от порывов ветра. Пришлось придерживать свободной рукой венок, чтобы тот не улетел.
– Норд, мы что, вернемся в город в свадебном костюме?
– Ты имеешь что-то против? – уточнил дракон, заворачивая вместе со мной на ступеньки, спускающиеся вниз.
– Я думала, что пока мы не придумали, как общаться с императором и твоей мамой, лучше держать наш союз в секрете.
– Бесстрашная ты девушка, Розмарин, – дракон дотронулся указательным пальцем до моего носа, – хорошо. Я сделаю иллюзию во время полета, переоденешься в доме матери. Ну, что, мы пришли.
Он еще раз поцеловал мою руку и открыл двери крошечной часовни, построенной внутри скалы. Она была залита солнечным светом, благодаря стеклянной стене с видом на водопад. Пол здесь был устлан белым мрамором, таким же, как и в самом монастыре. Посредине часовни был искусственный пруд, откуда стекала вода из источника.
Место силы монастыря не было похоже на источник академии – каменного сада, здесь в крупном самоцвете, больше походившем на цветное стекло, располагался скелет небольшого дракона, который светился голубоватым светом. Камень был покатый и гладкий, по нему стекали струи воды в тот самый искусственный пруд.
Рядом с источником стоял настоятель и несколько послушников, удерживающих большие подсвечники со свечами. Лица все прятали под массивными капюшонами и рубашками. Поэтому невозможно было точно назвать ни их пол, ни к какому клану драконов они относятся.
Мы остановились рядом с камнем, настоятель посмотрел на нас и спросил:
– Прежде чем начать церемонию, я должен еще раз уточнить: вы тут по обоюдному согласию? После церемонии этот союз не сможет расторгнуть даже император.
– Да, – ответил Норд, – мне не нужен никто в этом мире. Эта девушка наполнила жизнь светом и смыслом. Сильнее всего мне хочется сделать ее счастливой, состариться вместе с ней и слышать смех наших детей.
Вот это да, признания! Я так заслушалась, что не заметила на себе пристального взгляда настоятеля и Норда. Они ждали моего признания. А я что? Готова ли я принять решение и стать супругой этого дракона? Раз я тут, значит, очевидно. Откашлялась, собираясь с мыслями, сказала:
– Да, я согласна стать женой Нордмана Фростбейда и готова пойти против всего мира, чтобы быть рядом с ним. Для меня сейчас этот дракон – самый близкий и родной человек. Верю, что так будет всегда. Ему не жалко доверить свою жизнь и сердце. Я не очень умею говорить о своих чувствах. Простите.
– Ох уж этот юношеский максимализм, – растянулся в улыбке настоятель, – тогда я не вижу смысла затягивать церемонию.
И она началась. Я была несколько раз на свадьбах людей, и там все было гораздо проще. Согласие обеих сторон на союз, подпись в свидетельстве о браке и символичный поцелуй при желании. Люди не обладают магией, и их союзы держатся, в прямом смысле, на честном слове. Как итог – слишком высокий уровень разводов. Сейчас все происходило иначе. Продолжительность жизни драконов, да и всех тех, чья кровь и магия течет во мне, значительно превышает век людей. Союзы драконы заключают надолго, обязательно в местах с сильными артефактами, которые становятся проводниками с богами, и с использованием кровного ритуала.
Настоятелю один из послушников протянул кинжал, усеянный самоцветами, которым тот сделал небольшие надрезы на наших пальцах. Дальше мы должны были пробудить артефакт, капнув нашей кровью на него. Камень засветился розовым, что указывало на чистоту наших помыслов и на истинность нашей пары.
Я раньше читала, что обычно, если брак заключается по обоюдному согласию, то цвет артефакта становится алым, фиолетовый говорит о навязанном союзе и не благословляется богами, розовый свет считался хорошим символом, означающим, что данный союз благословили сами боги.
Дальше по ритуалу жених с невестой брали друг друга за руки, что мы и сделали. Настоятель перевязал наши руки белой тканью, и, опустив ладони на камень, мы повторили слова за настоятелем. Он говорил на древнем языке драконов, и с каждым его словом сердцебиение учащалось сильнее.
Как только настоятель замолк, Норд попросил меня закрыть глаза и довериться ему. Я честно надеялась на поцелуй, но произошло что-то невероятное. Дракон крепко удерживал мои ладони, на коже, перетянутой брачными лентами, я ощутила жжение. Руку запекло, я не удержалась, открыла глаза, замечая на запястье небольшой черный рисунок и догорающий огонь.
– Что это? – испугалась я, получив от настоятеля своеобразный ответ:
– Поздравляю вас, сейчас крайне редко заключаются союзы с истинной парой.
– Как это? – не удержалась от вопроса. – Истинность – миф, который ушел из этого мира вместе с богами.
– Церемония еще не завершена, – улыбнулся настоятель.
К нам подошел послушник и протянул тонкие золотые кольца. Тут было так же, как и у людей, мы обменялись кольцами, и другой послушник выдал нам заключение о браке.
– С этого момента Розмарин Бель входит в семью своего супруга и становится Розмарин Фростбейд. Будьте счастливы, дети, – сказал напоследок настоятель и поклонился, Норд тоже ему поклонился и сказал:
– Спасибо, учитель, что пошли на встречу.
– Храни нашу принцессу, мальчик. Боги не зря разглядели в вас истинную пару. Вы вместе остановите это безумие, надвигающееся на всех нас.
Норд молча кивнул, а настоятель стремительно пошел к выходу вместе со своими послушниками.
Я вслед лишь успела вскрикнуть:
– А как же миф об истинных парах? И что это за рисунок на моем запястье?
– Все вопросы к супругу, – сказал напоследок настоятель, закрывая двери часовни.