Страница 4 из 7
– Вы думаете, что правда передается по наследству или на нее можно оформить дарственную?
– Вы хотите знать правду о поэте или нет?
«Неужели мне придется выслушать эту дикую историю из отеля „Гранд Нуар“ еще раз?» – вздохнул про себя Мефисто. Но другого выхода не было.
– Хочу, – покорно ответил он.
– Тогда не задавайте лишних вопросов, у меня нет лишних ответов. Не бойтесь, это будет история, которую вы вряд ли когда-либо слышали и еще услышите.
– Вы читаете мысли? – сделал радио тише Мефисто.
– А как же иначе? Разве эти мальчики крутились бы вокруг меня, как вы сейчас?
– Какие мальчики?
– Разные. Вы, например.
– Я кручусь вокруг вас?
– Ну да. Не вы ли махали мне руками, когда голосовали на дороге?
– А почему вы не остановились?
– Потому что перепутала газ с тормозом.
– Не верю.
– Правильно делаете, ну вы сами представьте: какая девушка может остановиться в ночи на дороге, чтобы подсадить к себе в машину черт знает кого?
– Вы правы. Только сумасшедшая.
– Вот именно. Только одинокая.
– А вы разве не одинокая?
– Нет, я самодостаточная. А вы? Ладно уж, говорите как есть. Вы все равно не сможете меня обмануть.
– Знаете, мне нравится мое одиночество.
– Чего же вы тогда оказались на обочине?
– Ну, как вам сказать.
– Ради бога, не надо слов, – оборвала она меня на полуслове. – Вы посмотрели и уже все сказали. Из каждого из вас я вытащила гения, насколько это было возможно. Из некоторых, правда, пришлось давить. Все мужчины гениальны. Даже вы, – решила она подкупить тщеславием мою неуверенность.
– Спасибо.
– Я бы тоже хотела сказать вам спасибо, как только найду своего мальчика. Ведь он гениален в первую очередь.
– Вы из всех сделали гениев? – не верилось Мефисто.
– А что мне было делать, я просто тренировалась на них, в надежде, что когда-нибудь этот опыт мне пригодится для моего мальчика.
– Значит, они были просто подопытными.
– Да, мне было скучно. Я ставила опыты, и все они были удачными, кроме одного.
– Кроме одного?
– Да, если вам интересно, я расскажу все как было.
– Очень интересно. Вы помните адрес этого мотеля?
– Да, я даже сделала себе тату, чтобы не забыть, – подняла она рукав на своей руке, потом – глаза, посмотрев, как я вчитываюсь в ее кожу. На нежном пергаменте было высечен адрес. – Я уверена, что мой мальчик до сих пор там.
Женщина расклеилась, в ее голосе появилась влажность. Нос начал скулить и прихлюпывать.
– Хотите, сделаем остановку? – попытался успокоить мать, потерявшую сына, Мефисто.
– Не надо, вдруг она опять заглохнет? А вы неплохо водите.
– Я рано сел за руль.
– Хорошо, – притормозила ее история на обочине. Некоторое время она смотрела в окно и мы ехали молча, сохраняя личные границы.
– Спасибо.
– За что?
– За молчание, – ответила дама. – Иногда оно просто необходимо.
Через несколько километров Мефисто заметил, что Элла задремала. В темноте мелькали белым столбы, было тихо и скучно. Мефисто стал крутить колесико радио, пытаясь найти что-то приятное, чтобы не заснуть. Темы хорошей не нашлось, лишь на одной волне передавали шедевры классической музыки. Он оставил вариацию на тему «Пер Гюнт». Несмотря на умную музыку, скука не проходила. Тогда Мефисто начал свое любимое: включать и выключать свет. Машина то появлялась на трассе, то пропадала, но и этого ему показалось мало, и он начал выезжать на встречку. Мимо с визгом пролетали редкие авто, которые не попадали в унисон с машиной Эллы. Их сигналы долго еще орали в ночи: «Придурок, куда ты летишь?» – «Вот урод, напился, что ли?» – «Какого хрена?» – «Жить надоело, что ли?»
– Извините, укачало, – сказала Элла, едва открыв глаза. – Любите полихачить?
– Скучно было, решил немного разнообразить путь. Вам не страшно?
– Мне уже нечего бояться в этой жизни.
– Далеко нам еще?
– С такой ездой я даже не знаю. Часа полтора. Километров сто. Вы увидите там большую яркую рекламу отеля, там надо будет свернуть направо в лес и проехать еще около двадцати километров. Я, пожалуй, еще посплю немного.
– Я тоже.
– Надеюсь, вы шутите?
– Хорошо, постараюсь вести не так критично, – улыбнулся Мефисто. Он сбавил ход, включил дальний свет и занял свою полосу. В динамике играл рок-н-ролл и звал танцевать.