Крылья мотылька

Лана стояла на пороге в коротких джинсовых шортах и темно-фиолетовой майке, поверх которой набросила такого же цвета легкую кофту с длинными рукавами. На шее золотой мотылек. На ногах черные гетры. Я заметил, что она никогда не показывает пентаграмму на плече. Интересно, почему? Переполненный пухлый рюкзак висел на ее спине. По взгляду было видно, что она не слышала нашего разговора.

— Удачи, солнышко, мы в тебя верим, — обняла ее мать, а потом отец.

— Папочка, напиши за это время еще одну книгу. Я выживу, Эрик даст много денег. Мы ее опубликуем.

Как же сверкали ее глаза! Она искренне во все это верила.

— Так и будет. Обещаю, — он поцеловал ее в макушку.

— Илья, были рады встрече. Береги нашу дочурку, — промурлыкала заботливая мать.

— Буду беречь больше, чем себя.

Мы вышли из подъезда. Я разблокировал сигнализацию на машине, и Лана села на переднее сидение.

Ее глаза так и сияли от радости, с лица не сходила улыбка. Тогда я понял, что никогда не смогу ей рассказать о том, что задумали ее родители.

— Ты им понравился.

— Это хорошо. Ну что, теперь твоя очередь. Поехали ко мне. Нужно переодеться.

— Хочешь познакомить меня с сестрой?

— Если она будет дома.

Перед тем, как выйти из машины, я бросил взгляд на окна. В них горел свет. Просто сестра еще не успела собраться, чтобы пойти в клуб с очередным отморозком. Ни одного нормального парня я с ней не видел. Она собирала всякую шушеру, которой от нее нужен был только секс. Почему так? Инна красива. Она могла бы пользоваться этим и выбирать, слизывать сливки. Странная тенденция. Лариса так же бездарно растрачивает свою красоту. А ведь обе могли бы найти мужчин, молящихся на них, как на богинь.

Дома играла громкая клубная музыка. Я жестом предложил Лане пройти на кухню, а сам выключил музыкальный центр.

— Эй! — послышалось из ванной комнаты.

Вскоре сестра вышла в коридор с полотенцем на голове и теле.

— Вечно ты кайф ломаешь! Достал! Илья! Включи!

— Завтра игра. Эрик объявил сборы. Мы сейчас уезжаем.

Я бросил взгляд на кухню, где за столом сидела Лана.

У Инны округлились глаза.

— Лана? — прошептала она.

Я кивнул.

— Привет! — сестра помахала рукой и скрылась в ванной.

Я переоделся в удобную для игры одежду и надел на шею тотем. Попрощался с Патриком и вышел из комнаты.

Инна уже сидела напротив Ланы и вещала:

— Ты недавно в игре появилась? Просто раньше Илья о тебе не рассказывал.

— Да. Я и в Черкесск переехала совсем недавно.

— Откуда?

— Из Москвы.

— Что ты у Эрика попросила? Денег, наверное? — заулыбалась сестра.

— Он воскресил моих родителей.

Я стоял на пороге, облокотившись на косяк, и внимательно наблюдал, как Инна меняется в лице. От улыбки и следа не осталось, а глаза наполнились слезами.

— Ты мог их вернуть? — прошептала она, не поднимая на меня взгляд.

Сколько бы я ни объяснял сестре, что мог вернуть родителей, но не стал, потому что считаю это неестественным, она бы не поняла. А ведь я оказался прав. Родные Ланы подтвердили это на практике. Но и об этом я рассказать не мог. Пришлось врать.

— Не мог. Эрик предложил поучаствовать из-за тебя. О них речь не шла.

Не знаю, поверила она или нет, но препираться не стала.

— Нам пора ехать. Позаботься о Патрике. И, пожалуйста, прекрати шляться. Подумай о своей жизни, даже если нам осталось немного. Я хочу вернуться и увидеть тебя другой.

Инна ничего не ответила. Обняла меня, поцеловала в щеку и вздохнула.

Мы с Ланой стояли у входной двери и уже собирались выйти в подъезд, как Инна подбежала ко мне и по-детски виновато опустила голову.

— Я больше не буду так себя вести, ты только возвращайся.

Я прижал ее к груди.

— Я вернусь, обещаю. Но если ты не изменишься, я уйду навсегда.