Крылья мотылька

— Моя история не такая слезливая, как у вас, — улыбнулся он. — «Ты прожигаешь жизнь», — всегда говорила мама. А отец сутками работал на мою болезнь, но денег все равно не хватало. Лечение не помогало. Я выходил от психолога и снова шел играть. Карты и игровые автоматы заменили мне реальность. Я играл с пятнадцати лет. Забросил учебу, и в итоге родители махнули рукой на единственного непутевого сына. Комнаты стали запираться на замок. Все ценные вещи и деньги хранились в банке, куда мне не было доступа. Пришлось работать. Карточные долги росли, как на дрожжах. Но я всегда верил, что однажды сорву такой куш, что буду жить безбедно, и тогда они поймут, что я не болен. Что я занимаюсь тем, что мне нравится, и зарабатываю на этом, — с азартом в карих глазах проговорил он.

— Но с каждым днем становилось все хуже. В очередной раз избитый до потери сознания я оказался в больнице. Там я понял, что могу исцелить себя без помощи врачей. Мне все было нипочем. Но денег снова не хватало. Никто уже не занимал. Я по уши погряз в долгах, и настал день, когда меня вывезли за город и заставили копать себе могилу. Я понимал, что меня сейчас убьют и никакой дар не поможет. Все зашло слишком далеко. Под дулом пистолета я вырыл себе могилу и с изумлением заметил, что мозоли не заживают. Ночью я был полностью уязвим. В тот момент к вышибалам подъехала машина. Вышел Эрик. Без приветствий он начал с того, сколько я должен. Они назвали баснословную сумму, накрутив проценты. Эрик и глазом не моргнул. Достал кейс и вручил этим гадам. А те и рады. Претензий ко мне больше не имели, — хмыкнул Артур. — Я был в шоке. Он предложил мне присесть в машину и поговорить. А что мне оставалось? Он не предлагал избавиться от недуга, а наоборот поддержал. Сказал, что это выбор каждого человека. Хочешь играть — играй. И предложил поучаствовать в другой игре, взамен на деньги. А их предлагал сколько угодно. Я мог раскидывать карты и не бояться, что снова залезу в долги. Так я третьим попал в команду. Марат и Боря приняли меня холодно. Я пытался наладить общение, все же связаны теперь одним делом, но «мы с Тамарой ходим парой». Не приняли они меня в друзья. Да я и не печалился. Были дела поважнее. Устраивался турнир по покеру, в котором я должен был выиграть и показать, на что способен. И я выиграл! Кстати немало.

— Так ты их спустил на следующий же день, — подметил Назар.

— Ну и что. Главное, факт на лицо. Кстати, родители думают, что я излечился и работаю на стройке. Все сложилось замечательно!

— Лучше расскажи, как решил нарушить договор.

— А его можно нарушить? — удивилась я, вспоминая все пункты.

— Нет, конечно! Но это же Артур. Ему все нипочем, — махнул рукой брат.

— Это да, — расплылся в улыбке парень. — Казалось бы, зачем мне Эрик и его непонятная игра? Куш в руках и жить охота. Он наделил меня неуязвимостью. Рисковать таким светлым будущим не хотелось. Ну, я и решил слинять из города.

— Ага! Не тут-то было! — Назар покачал головой.

— Только выехал из Черкесска, как меня снес камаз. Неуязвимость и дар пропали разом. Я на собственной шкуре почувствовал, что такое смерть и ад. Не знаю, сколько времени там пробыл, но натерпелся такого страха, какого за всю жизнь не испытывал. Это как попасть в фильм ужасов, когда снова и снова, без передышки проживаешь свою смерть. Каждой клеточкой тела ощущаешь боль. Чувствуешь, как рвется кожа и ломаются кости. Очнулся я в лесу. Рядом стояли Эрик, Марат и Боря. «Еще одна такая выходка — и я больше не верну тебя обратно», — сказал Эрик и ушел. До сих пор всем новым игрокам он ставит мою историю в пример, чтобы неповадно было нарушать условия договора. Тебе не рассказывал?

— Нет, — я прикусила губу.

— Значит, не посчитал нужным. Он видит каждого насквозь.

— Это правда, что он ангел?

— Он всем так говорит. Наверное, только так можно объяснить его безграничную силу.

— А как вы познакомились? — я указала пальцем на друзей.

— После меня в игре появился Назар. Мы сразу подружились. Я уже знал, что такое смерть, а он имел с ней дело каждый день.

Я вопросительно посмотрела на брата.

— У меня дар и проклятие в одном флаконе, — с грустью выдохнул Назар. — Я вижу фантомы или призраков. Можно назвать как угодно. Говорю с ними. Они выполняют мои задания. Часто предостерегают от опасности.

— Ты видел моих родителей? — загорелась я.

— Нет. Они ко мне не приходили. Не все хотят идти на контакт.

— Почему?

— Увы, на этот вопрос мне ответа так никто и не дал. Они очень скрытные. К ним тяжело найти подход. У меня есть парочка духов, которые не отказывают, когда о чем-то их прошу, и все. А остальные приходят с корыстными целями. Просят передать послание родным. Но я этим не занимаюсь. Нельзя привлекать к себе внимание и устраивать для людей спиритические сеансы.

— А какой у тебя дар? — поинтересовался Артур.

Я помедлила — мой дар казался мне несуразным.

Друзья не сводили с меня глаз, ожидая ответа, и я решилась. Набрала воздуха в грудь и сказала:

— Я чувствую запахи людей.

Артур хохотнул, но брат смерил его неодобрительным взглядом.

— Точно не знаю, что это. Мне кажется: запах характера или души. Иногда они немного меняются и начинают сильно сочиться изнутри. Аж дыхание перехватывает.

— А чем пахну я? — Артур подался вперед.

— Можешь не приближаться, я и так чувствую.

Я наморщила нос. Слишком едкий сегодня от него аромат.

— Апельсинами.

Назар рассмеялся, а Артур недовольно скрестил руки на груди.

— А ты ландышами пахнешь, — с трепетом прошептала я брату.

Артур взорвался от смеха.

— Братан, ты крут!

— Пошел ты!

— Самый лучший запах для меня, — серьезно продолжила я. — Так пахло от мамы.

— А ты сама чем пахнешь?

— Я раньше не чувствовала свой запах. В гробу услышала его впервые.. Аромат персиков.

— Это нормально. После обряда дар увеличивается, — брат провел рукой по черным волосам.

Смешки Артура стихли. Ребята задумались.

— Что даст тебе этот дар в игре? — проговорил Назар и достал из-под сиденья бутылку пива.

— А мне? — обиделся Артур.

— Сам себе купишь. Мне сейчас это больше нужно.

Назар сделал большой глоток и посмотрел мне в глаза.

— Не знаю. Меня убьют первой, да?

— Будем биться, сестренка, — неопределенно ответил брат.