Страница 7 из 8
Изначально здание принадлежало семидесятилетней женщине-фармацевту. На первом этаже она держала аптеку, а на втором располагалась небольшая квартирка, где та жила одна. Две спальни и гостиная, совмещенная с крошечной кухней, – в целом вполне просторная площадь для одного человека. Десять с лишним лет назад, вручая Бохо ключи от аптеки, старушка сказала:
– Когда-то я решила для себя, что перестану работать, если мне станет трудно спускаться из квартиры в аптеку. Кажется, время пришло. Лучшее здесь – это второй этаж. Ты ведь знаешь, сколько сил и времени уходит на дорогу из дома на работу и обратно?
Бохо, в ту пору работавшая фармацевтом в клинической больнице, быстро закивала в знак согласия. Путь на работу и обратно, от двери до двери, занимал у нее больше двух часов. Каждый раз поездка в метро в часы пик высасывала энергию и вызывала отчаяние. Когда поезд нырял в темные дыры тоннеля, в окнах вагона отражались отрешенные и безжизненные лица пассажиров. Людям, плотно заполнившим утробы поездов, не хватало терпимости, и Бохо ничем от них не отличалась. Конечно, она обрадовалась, что здесь путь от двери до двери занимает всего лишь полминуты.
– Усталость лишает человека терпимости. Однако людям нашей профессии нужно быть великодушными.
– Думаете? А зачем? – Бохо недоверчиво покачала головой.
При чем здесь терпимость? Фармацевт в первую очередь должен назначить правильное средство от боли или болезни. От него требуется умение быстро принять решение и выполнить задачу. В больнице особенно важна точность, когда одновременно собираешь смеси на несколько рецептов.
– Непременно. Ведь в аптеку приходят люди, у которых что-то болит, либо те, кому срочно нужно лекарство. А поскольку им не терпится получить облегчение, среди них могут быть раздраженные и странные. Вот почему нам нужны выдержка и великодушие, только так мы сможем отпустить подходящее им средство.
– Неужели? Важнее всего хорошо знать свойства медикаментов, – возразила Бохо, на что старушка-аптекарь мягко улыбнулась, и новая владелица уточнила: – А разве нет? Вы считаете, что я неправа?
– Ну почему же? Когда-то я и сама так считала. Однако теперь тебе придется иметь дело совсем с другими средствами, нежели в больнице. Здесь востребованы не препараты для экстренных больных или операции, а чаще всего упаковка пластырей, флакончик средства для пищеварения или таблетка обезболивающего. Некоторые посетители, задрав рубашку, попросят наклеить пластырь на спину, другие – открыть бутылочку с ферментом, не имея на это сил, а третьи – стакан воды, чтобы запить болеутоляющее. К тебе начнут обращаться люди с мышечными болями после переработок, с несварением из-за перекусов на ходу, потому что у них не было возможности передохнуть. Вот почему ты должна назначать им душевное спокойствие.
В тот момент Бохо пребывала в глубоком недоумении. Продать спокойствие, которое не пощупаешь, ведь посетитель не заметит его, даже получив… Как можно продавать то, что нематериально? И все же она смутно догадывалась, что имеет в виду владелица аптеки.
– С вашей стороны было очень великодушно подписать договор и на второй этаж здания, – подытожила Бохо, на что старушка снова молча улыбнулась. – Вы же знаете, что приобрести его за эту цену абсолютно нереально?
Да, девушка была права. В то время она искала помещение для аптеки и жилье для себя. Она даже не мечтала на свои деньги найти в Сеуле и то и другое. Старушка-аптекарь произнесла: