Страница 20 из 37
Глава 13
Глава 13
Утром Медовые Ключи проснулись раньше меня.
По крыше застучали молотки. Во дворе пилили доски. Из кухни пахло свежим хлебом, а по коридору самостоятельно передвигался тяжёлый шкаф.
— Куда это ты? — спросила я у дома.
«В северной спальне сквозит».
— И шкаф поможет?
«Он широкий».
Спорить я не стала. Иногда временное решение действительно лучше отсутствующего постоянного.
За завтраком Агата положила передо мной список расходов. Он состоял из трёх страниц и заканчивался словами: «Прочее, крайне необходимое».
— Что входит в прочее?
— Занавеси, четыре матраса, садовые ножницы, новый бак для прачечной и двенадцать одинаковых ночных горшков.
— Почему одинаковых?
— Госпожа Брунна настаивает на единстве стиля.
Призрак экономки появился возле буфета.
— Дом должен выглядеть достойно даже там, где этого никто не видит.
За окном Северин вместе с плотниками восстанавливал беседку. Целительница запрещала ему пользоваться магией, поэтому герцог работал руками.
Рубашка намокла от пота и облепила его торс. Рукава были закатаны до локтей, а движения широких плеч заставляли меня слишком часто отвлекаться от счетов.
Агата проследила за моим взглядом.
— Его светлость выздоравливает.
— Агата!
— Я исключительно о здоровье его светлости, миледи.
Разумеется, исключительно о здоровье… Чтобы вернуть себе деловое настроение, я отправилась осматривать мастерские.
В восточном крыле уже работали три ткацких станка. Деревенские женщины разбирали старую шерсть, а две швеи штопали постельное бельё. В соседней комнате сапожник чинил рабочие ботинки.
Всё это напоминало мне Дом быта, которым я заведовала почти двадцать лет.
Там тоже постоянно не хватало материалов, мастера спорили из-за инструментов, а посетители считали, что срочный заказ не должен стоить дороже обычного, потому что ждать им некогда.
— Назовём это крыло Домом полезных услуг, — решила я.
— А какие услуги здесь будут? — спросила молодая швея.
— Пошив одежды, ремонт обуви, стирка, починка утвари. Позже добавим купальню.
— Для господ?
— Для всех, кто заплатит.
Девушка изумлённо распахнула глаза.
— Простым людям тоже можно будет пользоваться медовым источником?
— Почему нет?
Дом довольно прогудел.
«Мне нравится, когда много людей».
— Только трубы сначала починим.
К полудню появился первый заказ: мельник принёс два мешка муки в обмен на починку сапог и новое платье для жены. Я записала стоимость услуг, вычла материалы и назначила срок.
К трем часам у дверей мастерской выстроилась очередь.
К четырём пришлось заводить отдельную книгу.
А в пятом часу у ворот остановилась маленькая закрытая карета.
Из неё вышла Марта. Она держала Леона на руках и прижимала к груди узел с вещами. Дорогое платье исчезло. На ней снова был простой серый наряд, слишком тонкий для прохладного дня.
— Что вам нужно? — спросила я.
Марта облизнула пересохшие губы.
— Защита.
— От кого?
Она посмотрела мне в глаза.
— От Рейнара.
Я велела впустить её в гостиную. Агата принесла чай, молоко для ребёнка и хлеб с сыром. Марта набросилась на еду так, словно не ела сутки.
Леон тихо лежал у неё на коленях и тянулся к золотой кисточке на подушке.
— Рейнара выпустили до суда под обязательство являться по вызову, — начала Марта. — Он сказал, что всё ещё можно исправить. Нужно только доказать, что вы не понимали, что делаете.
— И как он собирается это доказывать?
— Сказал, что после браслета вы стали другим человеком. Что в вас поселилась чужая душа.
Чашка в моей руке замерла.
— Он назвал имя?
Марта кивнула.
— Галина Петровна.
Северин, стоявший у окна, резко обернулся.
— Откуда Рейнар его узнал?
— Не знаю. К нему приходил магистр Венн. Они разговаривали в закрытой комнате. После этого Рейнар велел мне дать показания. Сказать, что вы угрожали Леону, разговаривали с пустыми стенами и называли себя мёртвой старухой.
— Последнее я действительно говорила.
— Эвелина, — предостерегающе произнёс Северин.
— Не люблю, когда в клевету добавляют правду. Она начинает выглядеть убедительно.
Марта стиснула края серого платья.
— Я отказалась. Тогда Рейнар забрал деньги и сказал, что отправит Леона в закрытый пансион, а меня выгонит. Он не собирается жениться на мне… Да никогда и не собирался.
— Какое потрясающее открытие.
Она вспыхнула.
— Можете смеяться сколько угодно, но я ему верила!
— Я не смеюсь. Я семь лет верила тому же мужчине. Мне потребовалось гораздо больше времени, чтобы понять очевидное.
Марта подняла на меня покрасневшие глаза.
— Вы позволите нам остаться?
— При одном условии.
Она напряглась.
— Каком?
— Всё, что вы сейчас рассказали, будет записано. При Агате, Северине и нотариальном кристалле. Вы поставите подпись и кровную печать.
— Вы мне не доверяете?
— Я никому не доверяю настолько, чтобы обходиться без документов.
На составление показаний ушёл час. Марта дважды пыталась смягчить поступки Рейнара, но в конце концов подписала каждую страницу.
После этого я велела подготовить для неё комнату рядом с новой детской.
— Детской? — переспросила Марта.
— Леон не обязан спать в дорожной корзине только потому, что его родители принимали плохие решения.
Дом немедленно оживился.
«Я знаю подходящую комнату».
— Там крыша не течёт?
«Только возле окна».
— Нет.
«Тогда бывшая классная».
— А там?
«В стене мыши».
— Дом!
«Уже выселяю».
Через полчаса в бывшей классной появилась небольшая резная колыбель. Госпожа Брунна извлекла её из тайного чулана и лично проследила, чтобы дерево вычистили, матрас проветрили, а над изголовьем повесили кружевной полог.
Северин вошёл, когда я укладывала Леона.
Младенец посмотрел на герцога, нахмурился и протянул к нему руку.
— Он хочет к вам, — сказала я.
— С чего вы взяли?
— Давайте проверим.
Я передала ему ребёнка. Северин держал Леона на вытянутых руках так, словно тот был крайне ценным, но подозрительным магическим предметом.
— Прижмите к груди.
— Я… Я боюсь его сломать.
— Вы сражались с портальными гончими.
— Они были значительно крепче.