Мышка для дракона (ЛР)

Глава 15. Верить

Амелия бежала через весь город — от свадебного салона до университета. Она не помнила, как ловила такси, как расплачивалась, как влетела в знакомые двери филфака. В голове пульсировало только одно: найти его. Увидеть. Задать вопрос. Сердце колотилось так, что заглушало шаги. Свидетельство о браке жгло пальцы даже сквозь ткань сумки.

Она знала его расписание. Сейчас у четвертого курса немецкий. Ее собственные пары давно кончились, но какая разница? Она пронеслась по коридору, не отвечая на удивленные взгляды, и рывком распахнула дверь аудитории.

Ян стоял у доски с мелом в руке. Десятки пар глаз обернулись к вошедшей. Дверь аудитории хлопнула, как нож гильотины.

— Можно вас на минуту? — голос Амелии прозвучал хрипло и чуждо.

Ян удивленно поднял бровь. Увидел ее лицо — бледное, с лихорадочным румянцем, с безумными глазами. Отложил мел.

— Ольга, попрошу вас выйти к доске. Продолжайте без меня, — сухо сказал он, взял со стула пиджак и вышел в коридор.

Дверь закрылась.

Они стояли в пустом пролете у окна. За стеклом золотился теплый вечер.

— Что случилось? — спросил он, и в его голосе слышалась тревога.

Вместо ответа Амелия выхватила из сумки смятый лист и швырнула ему в лицо.

— Что это?!

Бумага ударилась о его грудь и упала на пол. Он наклонился, поднял. Развернул. Она видела, как он читает — строка за строкой, — и лицо его меняется. Сначала недоумение, потом узнавание, потом что-то темное, похожее на гнев. Или боль?

— Где ты это взяла? — спросил он глухо.

Амелия не поняла его эмоций по голосу.

— Не важно где! Это правда?! Ты женат?! У тебя есть жена?! Живая, настоящая, по имени Марина?! Которая родила тебе ребенка?

Она почти кричала. Слова выплескивались из нее, как кипяток. Она не замечала, что по щекам текут слезы. Не замечала, что дрожит всем телом.

— Амелия, успокойся…

— Не смей меня успокаивать! Ты говорил, что никогда не был женат! Ты говорил, что я — единственная! Что я — твоя пара! Что мы будем вместе! А на самом деле у тебя уже есть семья! Есть жена! Есть ребенок! Ты врал мне! Зачем, Ян??

Он схватил ее за плечи, заставил посмотреть в глаза. Его пальцы были горячими и твердыми, и от этого прикосновения она затряслась еще сильнее.

Он для нее был самым родным, а сейчас…

— Послушай меня, — сказал Ян тихо, но с нажимом. — Это ложь. Это неправда. Я не знаю, кто дал тебе эту бумагу и зачем. Но я не женат. У меня нет детей. Я клянусь тебе.

— А это? — она ткнула пальцем в свидетельство, которое он все еще держал в руке. — Это выглядит очень убедительно! Печать, подписи, даты! Два года назад ты женился на женщине по имени Марина! И она до сих пор жива!

Он опустил глаза. Молчание затянулось. В этом молчании Амелия услышала ответ, которого боялась.

— Это было, — сказал он наконец. Голос был глухим и усталым. — Это действительно было. Но в этих отношениях не было ни капли любви. Лишь холодный расчет. Видишь ли, Марина хотела устроить свою жизнь за мой счет.

Она отшатнулась, вырываясь из его рук.

— Значит, это правда? — прошептала она.

— Да, но это не то, что ты думаешь.

— А что я думаю?! Я думаю, что ты врал мне с самого начала! Что все твои слова о любви, о драконьей паре, о нашей особенной связи — все это было ложью! Ты использовал меня!

— Нет! — он почти выкрикнул это, и в его голосе прозвенел металл. В глазах на мгновение вспыхнули вертикальные зрачки. — Нет, Амелия. То, что между нами, — правда. Марина — это прошлое. Я не говорил тебе о ней, потому что это не имеет к нам отношения.

— Не имеет отношения?! — она засмеялась истерическим смехом. — Твоя жена пришла ко мне в свадебный салон и сказала, что ты — чудовище! Что я — не первая, кого ты используешь, чтобы родить наследника! Что есть и другие! Она показала мне это свидетельство! И ты говоришь, что это не имеет к нам отношения?!

Ян сжал кулаки. На скулах заходили желваки.

— Марина пришла к тебе? — переспросил он медленно. — Она была в городе?

— Да! Она была здесь! И она рассказала мне все!

— Это неправда, — сказал он твердо. — У нас с Мариной не было детей. Она не могла их иметь — именно поэтому наш брак распался. Когда она узнала, кто я на самом деле, и поняла, что не сможет дать мне наследника, она ушла. Я думал, что она уехала из страны. Я не видел ее с тех пор. И уж точно я не женат на ней сейчас. Это свидетельство — либо подделка, либо старый документ, который она сохранила, чтобы манипулировать мной. И тобой.

Амелия смотрела на него, и в голове была каша. Что-то в его словах звучало правдиво. Но обида, страх, ревность застилали разум.

— Почему я должна тебе верить? — спросила она тихо. — Ты уже скрыл от меня правду. Один раз. Что помешает тебе скрыть ее снова?

Он выдержал ее взгляд. В его темных глазах стояла такая мука, что у нее сердце сжалось.

— Ты не обязана мне верить. Если ты сомневаешься во мне — если эта бумажка значит для тебя больше, чем все, что между нами было, — значит, нам не на чем строить семью.

Он протянул ей смятое свидетельство.

— Если хочешь — проверяй. Ищи Марину. Ищи доказательства. Я не буду тебя останавливать. Но если ты не можешь доверять мне, нам лучше закончить все сейчас, а не потом.

Она взяла листок из его рук. Пальцы дрожали. В горле стоял ком размером с кулак.

— Я люблю тебя, — сказал он тихо. — Но с вечным недоверием я мириться не буду.

Ян повернулся и пошел обратно в аудиторию. Дверь закрылась за ним с тихим щелчком. Амелия осталась стоять в пустом коридоре - опустошенная, поникшая, глубоко несчастная.

Домой она добрела, как в тумане. Квартира встретила ее привычной тишиной, которая сегодня давила со всех сторон.

Ян все ещё был здесь. На кухне стояли немытые чашки после их утреннего кофе. На спинке стула висел его свитер, забытый на прошлых выходных. В воздухе витал аромат его дорогого парфюма. Все напоминало о нем.

Амелия рухнула на диван и разрыдалась.

Она плакала долго, навзрыд, отчаянно - так, как не плакала с самого детства. Ей казалось, что мир разорвался пополам, и одна половина — та, где он любит ее, — уходит из-под ног. Она вспоминала его глаза. Его голос. «Ты захватила мое сердце». «Ты — моя пара». «Я люблю тебя». Мог ли он так врать? Мог ли так смотреть, так касаться, так целовать — и врать?

Она достала свидетельство. Разглядывала его при свете торшера. Бумага была плотной, гербовая печать — настоящей на вид. Это подделка? Или он лжет?

Мысли крутились по кругу. Амелия чувствовала, что сходит с ума.