Страница 64 из 75
Голова со спутанными грязными волосами медленно поднялась, и я увидела лицо..
— О! Солнцеликая, нет! — закричала до хрипоты.
Подползла к Кайсу, раздирая кожу о каменный пол, и отставила канделябр. Затряслась всем телом и потянулась к изуродованному лицу.
— Что они сделали с тобой?! — вскрикнула на надрыве и ужаснулась темным кровавым провалам вместо прекрасных сапфировых глаз. Отчаянно зарыдала.
— Выкололи во сне, чтобы даром не мог воспользоваться, — шепнул и протянул ко мне окровавленные пальцы.
Я схватила его руку и поднесла к губам. Судорожно расцеловала и обняла своего генерала. Прижала его голову к груди, обливаясь слезами.
— Прости меня, прости, умоляю, — качала Кайса в объятиях и сокрушалась. — Я виновата. Прости, любовь моя. Пожалуйста..
— Ты ни в чем не виновата, моя маленькая мышка, — вцепился в ткань моего платья. — Не думай обо мне. Себя спасай. Будь сильной, как ты умеешь. Как в тот день, когда калекой лежала в убежище и боролась за жизнь. Я познал любовь и не страшно теперь умереть. Мы когда-нибудь встретимся в Небесном Ханаане. Я буду тебя ждать на подушках из облаков.
— Нет никакого Ханаана, — давилась слезами, отчаянно прижимая его к себе. Пропиталась запахом крови эспера насквозь и утонула в нем с головой. Еще немного и умру в затхлом каземате от разрыва сердца. И хорошо, если так случится. Невыносимая боль. Нестерпимое отчаяние.
— Есть, Мэлори. Мы там будем вместе навсегда..
— Нет. Мы еще с этим миром не закончили, — прищурилась и злобно улыбнулась сквозь дикую боль. — Помнишь тот камень, что дал тебе Джерласс? — шепнула едва слышно.
— Нельзя. Королевское войско уничтожит всех на пути к моему спасению, — еще тише произнес Кайс.
Я запустила пальцы в его спутанные волосы и сжала их в кулаке.
— Где он?
— Оставил в сундуке в хижине, — закашлялся и застонал, а я затряслась с новой силой.
— Что надо делать, когда найду его?
— Сюда приложи, — коснулся моей груди трясущейся рукой, — он услышит, — шепнул и стиснул мою талию.
Я кивнула и смахнула крупную слезу.
— Как же так? За что? — зажмурилась, вспоминая сапфиры самых прекрасных на свете глаз. Они сделали его калекой и держат как собаку на цепи. Эсперы так с пленными не поступали.
— Не плачь, молю, не терзай мою душу. Спасайся, — зашептали его сухие губы, которые я тут же накрыла поцелуем.
— Время вышло! — объявил красный, и мне захотелось выскочить и заколоть проклятого повстанца. Нет сил оторваться от Кайса. Я провела бы здесь с ним вечность.
— Я хочу остаться! — нехотя отстранилась от генерала и выплюнула со злостью, чтобы отстал.
— Нельзя. Великий Красный ждет!
— Иди, мышка, иди, — зашептал мне в шею, а я провела дрожащими пальцами по его спине и коснулась края рваной раны.
— Звери! Все вы звери! — в голове что-то лопнуло и меня вмиг накрыло безумной истерикой. Схватилась за мягкий парафин свечи и вынула ее из канделябра, собираясь поджечь надзирателя, а вместе с ним и все сопротивление.
— Забери ее! — громогласно приказал и оттолкнул меня от себя Кайс.
Упала навзничь и выскользнула свеча из руки.
Надзиратель тут же подступил и грубо подхватил меня под руки. Потащил к выходу спиной вперед.
— Пусти! Тварь! Сдохните все! Мрази! Вы не люди! — рыдала в агонии.
— Успокойся, — шикнул повстанец на ухо.
Встряхнул меня, поставил на ноги и вжал в стену за аркой.
— Иначе я слово в слово передам все, о чем вы тут говорили, — отрезвил так, что я резко замолчала, но продолжала всхлипывать, давясь слезами.
— Вот и чудно, молодец. Пойми, девочка, здесь никого не тронут твои чувства к врагу. Прими и смирись, если хочешь жить. Он уже не жилец, а у тебя еще есть шанс.
— Но так нельзя, — запищала на надрыве и стекла по стене на пол. Уронила лицо в ладони и замотала головой. Неужели все это правда и я не сплю?
— Так нужно. Определись, на чьей ты стороне. Красный справедлив. Если поможешь сопротивлению, мы простим тебе грехи.
Я медленно подняла на него взгляд и растянула губы в шальной улыбке. Они людей убивают, а грешна девочка из обители, которая за всю жизнь и мошки не обидела. Что ж, будет им помощь!
— Веди!