Страница 54 из 75
Как устоять, когда мощные руки с трепетом дрожат, прикасаясь к моему хрупкому телу? Ту нежность, которую он дарил поцелуем, не передать словами. Я в ней растворялась, забывая обо всем. Не волновало больше ни прошлое, ни будущее. Жить минутами единения с эспером — самое волшебное, что я когда-либо испытывала. Покорил, заставил сдаться, заставил захотеть его всецело. Чтобы мне только принадлежал, только на меня так призывно смотрел и вожделел.
Кайс резко оторвался от моих губ, я ощутила возмутительную пустоту и распахнула глаза. Но он отстранился лишь для того, чтобы подхватить меня на руки и уложить на кровать. Белая сорочка тут же полетела на пол под натиском мужских рук. Следом за ней туда же отправилось нижнее белье. Я предстала перед генералом обнаженная и слабая. Попыталась смущенно прикрыть грудь руками и скрестила ноги, но он склонился надо мной и завел мои руки за голову. Свободной ладонью коснулся живота, внутри которого все перевернулось, и зажегся неутомимый огонь.
— Ты невероятно красивая, Мэлори, — прошептал на выдохе, впервые назвав меня по имени. Припал губами к подрагивающей груди и утянул в пучину блаженства. Опустился ниже и одарил поцелуями чувствительную кожу. Разжал захват, отстранился и снял с себя одежду.
Я смотрела на мощное тело с идеально выстроенными мышцами под поджарой кожей, и дыхание перехватывало от неземной красоты эспера. Такой нереальный и весь мой. Не верилось даже тогда, когда он накрыл меня собой. Хотелось не переставая трогать совершенное создание с небес и ощущать, как его тело отзывается на каждое прикосновение.
Вцепилась в напряженную шею Кайса и выгнулась навстречу, когда он раздвинул коленом мои ноги. Впилась в сочные губы, дурея от их вкуса. Запустила пальцы в шелковистые волосы и оттянула их, заставляя его зашипеть от легкой боли мне прямо в губы.
— Не бойся, — шепнул, когда я задрожала всем телом, чувствуя, как он медленно вдавливает меня в кровать.
— Я не боюсь, — подалась вперед навстречу распирающей боли, которую он сразу заглушил поцелуем. Выпил сорвавшийся с моих губ стон и взамен боли пришла тягучая истома.
Наши тела сплелись в диком ритме, и я вцепилась в его каменную спину ногтями. Дыхание окончательно сбилось. Мы задыхались вместе, срываясь в тихие стоны, будто с обрыва летели. Тонули в мягкой тьме. Во мне тугими кольцами сворачивалось что-то мощное, оно билось внутри, вырываясь наружу. Это дикое чувство накалялось спиралью и прошивало от макушки до кончиков пальцев. Острое безумие, пробирающее насквозь. Казалось, еще мгновение и меня разорвет на сотню частей. Таким невыносимым стало удовольствие.
Я закричала, когда нечто полыхнуло внутри всепоглощающим костром и следом принесло приятную слабость во всем теле. Кайс содрогнулся и перекатился на бок. В голове зашумело, а сердце больно затарахтело по ребрам. Я уставилась в потолок и приложила руку к груди в попытке перевести дыхание и унять барабанную дробь внутри себя. Но не успела вернуться в реальность, как генерал утянул в свои ласковые объятия. Подгреб к себе спиной и сомкнул руки на моей талии. Коснулся губами влажного затылка и втянул носом запах моих волос.
— Ты чувствуешь? — вскинул горячую ладонь вверх и вжал ее в мое солнечное сплетение.
— Нет. Что я должна почувствовать? — уставилась на раскаленные угли и единственный язычок оранжевого пламени в очаге. Почему-то не могла оторвать от него глаз, как приклеилась.
— Значит, нужен камень, — объятия разжались, кровать покачнулась, но мне было не интересно наблюдать за тем, что происходит вокруг. Будто весь мир — тлен, а люди никчемные букашки. Но я не одна из них.
Кайс загородил собой очаг, отрезав мои мысли от пламени, и присел на край кровати. В руке он держал круглый живой камень, что переливался гранями в отблесках свечей.
— Эсперы поглощают камни, подпитывая магический дар. Поэтому нас называют людьми с каменными сердцами. Тебе надо подпитать свой, чтобы понять, какой он, — заговорил полушепотом, раскрыл мою ладонь и вложил в нее камень. — Поднеси к груди и аккуратно вдави в кожу, — я послушно проделала то, что он сказал, и ощутила легкое покалывание. Оторвала руку и с восторгом заметила, что камень исчез. — Посмотри на меня.
Я подняла взгляд и заглянула Кайсу в глаза. В глубокой синеве бесновался шторм, яркими вспышками били молнии, рассекая небесное полотно. А потом все стихло, оставляя после себя ровную гладь.
— У меня сейчас вырастут крылья?
— Нет. У женщин нашей расы крылья не растут. Попробуй мысленно причинить мне боль.
— Не стану, — обняла подушку и поежилась.
— Мы должны проверить, — коснулся моего плеча и одобрительно кивнул.
Я стиснула зубы и прищурилась. Не хотела этого делать, но проверить и правда надо. Приказала, чтобы его скрючило спазмом живота, но Кайс как сидел ровно, так и сидит.
— Не выходит.
— Значит, твой дар не в области воздействия, хотя голубой цвет глаз говорит об обратном, — я видела, чувствовала, что Кайс растерян.
— Может, во мне все же нет никакого дара? — и все зря? Хотела бы добавить, но не сделала этого. Ничуть не жалела, что Кайс стал моим первым мужчиной. Генерал, который похитил и спас, а не предатель Тейл, что бросил калеку на произвол судьбы. Все же мудрость Ваакри велика. Она знала, о чем говорила, когда пророчила, что падение со скалы раскроет истину, кому я действительно нужна, а кто просто использует.
— Утро покажет. Тебе надо отдохнуть, — погладил меня по щеке и улыбнулся. — С этого дня ты будешь жить здесь рядом со мной.
Я кивнула и сомкнула тяжелые веки. Как только темнота засосала на самое дно, разум заволокло дремой.