Страница 45 из 75
Ворвавшись в первый же дом, эспер застал кучку девчонок в углу комнаты. Они стонали от страха, дрожали и жались друг к другу. Мне хотелось подбежать к ним и обнять, утешить, сказать, что все будет хорошо, но кто мне поверит?
Кайс прошел по скрипучему дощатому полу тяжелой поступью и выставил руку вперед.
— Идем дальше, — через секунду озвучил вердикт, а я, едва сдерживая слезы, осенила перепуганных девушек знаком Солнцеликой.
Так мы ходили от дома к дому, пока войско Кайса связывало мужчин, поверженных за считанные минуты. Не привыкли мирные руки к тяжелым мечам, не рождены были селяне для жестокой войны. Для эсперов они что щенки, сорвавшиеся с цепи.
Я давила в себе горечь, порожденную огромной жалостью, едва сносила детский плач, когда Кайс отрывал мать от дитя. Когда загонял кричащих мерцающих в клетку. Я ничем не могла им помочь. Мои слова тонули в чужих слезах. Но надо отдать должное генералу — никто не пострадал.
Мы сумели найти лишь трех мерцающих и Кайс остался недоволен захватом. На словах ничего не высказал, но я видела и чувствовала его разочарование. Он со злостью отдавал приказы воинам, но меня не коснулось негодование генерала. Все с тем же трепетом и нежностью он пристегивал меня к амфисере. Настала пора возвращаться.
Покидая село, я с тоской смотрела на маленькие домики и на площадь, вокруг которой столпились женщины. Они кидались к тэррам и освобождали их от веревок. Все живы. Сегодня здесь не пролилось ни капли крови, и я в душе была благодарна за это Кайсу. Он сдержал слово и заслужил мое уважение. Но боль от увиденного плотно укоренилась в душе, заставляя немые слезы накатываться на глаза.