Своевольная невеста

– О да. Очень хотел. Не буду передавать вам, что именно он пригрозил сделать со мной в противном случае.

Мои глаза расширились.

– А… а вы?

– Послал его к чёрту, разумеется. Потом ещё раз. А потом…

Кейран дёрнул плечом, скидывая плащ у входа.

– Да? – дрогнувшим голосом спросила я.

– Потом Эдард в красках расписал мне, что он готов сделать с вами. – Кейран помолчал. – И поклялся памятью Родерика, что он всё это сделает, если не получит обратный эликсир.

Я почувствовала, что бледнею.

– Этот мерзавец… – закипая, начала я.

– Этот мерзавец ничего с вами не сделает, – очень спокойным голосом произнёс Кейран. – Он получил то, что хотел.

Я неверяще смотрела на него. Всё та же странная усмешка играла у Кейрана на лице.

– Что? Нет. – Я тряхнула головой. – Это же невозможно!

– Вполне возможно. – Кейран пожал плечами. – Пусть Эдард играется сколько влезет, зато вы будете в безопасности. Он сам не понимает, что эта дрянь ему не поможет.

– Вы... подсунули ему фальшивку?

Я вздохнула с облегчением. Да, конечно, фальшивку. Не будет же Кейран отдавать королю настоящий эликсир, который будет превращать любого в покорную тряпку, включая его самого!

Но Кейран с усмешкой покачал головой.

– Нет, моя дорогая, всё по-настоящему. Единственный флакон, о котором мне известно, был замурован в старом кабинете Родерика, который стал кабинетом Эдарда. У меня, как вы понимаете, нет доступа, но Эдард проломил штукатурку при мне. Срока давности у эликсира нет – его можно применить и через полсотни лет.

– И Эдард вам поверил?

– Алхимик, который изготовлял эти эликсиры, запечатывал каждую склянку личной подписью и печатью, которая весьма известна. Другое дело, что секрет эликсиров алхимик унёс с собой в могилу: ни сыновей, ни учеников у него не было.

Я смотрела на Кейрана, всё ещё не веря.

– У Эдарда теперь есть обратный эликсир, – прошептала я. – Вы в опасности. Я в опасности!

«Теперь ваш характер зависит только от вас, и никакой эликсир этого не изменит», – вспомнила я слова Кейрана. Глупость. Пустая попытка меня утешить. Я прекрасно понимала, что солонский эликсир работает. Я пила его сама – и мои воспоминания просто исчезли!

– Вы же можете потерять память!

– От обратного эликсира воспоминания не пропадают, – негромко сказал Кейран. – Иначе я не предложил бы его Родерику когда-то.

Я круглыми глазами смотрела на него.

– Что?!

– Я пытался исправить то, что натворил, – просто сказал Кейран. – Я потерял друга, сделав из Родерика сильного короля. Я видел, что он несчастлив. Мы выгнали сиенцев, мы восстановили наши земли, но потом умерла Инес, и Родерику было очень тяжело. Он оставался сильным и решительным властителем, его любили подданные, уважала Ассамблея, но он был глубоко несчастным человеком.

– И вы предложили ему обратный эликсир, – прошептала я. – Чтобы Родерик стал прежним и снова был счастлив.

Кейран невесело усмехнулся.

– Или же я просто хотел вернуть старого друга, с которым мы разговаривали всё реже и реже.

Мы молча смотрели друг на друга.

– И что случилось потом? – спросила я. – Родерик отказался пить обратный эликсир ради блага королевства? Потому что нам всё ещё нужен был уверенный в себе властитель?

Странное выражение появилось на лице моего мужа.

– Возможно, когда-нибудь узнаете. Но сейчас я ничего не скажу. Это между Родериком и мной.

Да что же такое, мне тут никто ничего не рассказывает! Словно я не герцогиня, а девчонка на побегушках, так, сменить наволочки и потереть пятки!

Ну, я этому интригану пятки тереть точно не буду.

Я скрестила руки на груди.

– Вы вообще мне ничего не говорите! Вы даже не упомянули, что у вас есть этот обратный эликсир!

– Не у меня, а в кабинете Эдарда, – спокойно поправил Кейран. – И я в любом случае не полез бы туда, подвергая вас и себя бесполезному риску.

Голова кружилась. Я бессильно опёрлась о ближайший стул.

– Хотела бы я увидеть, как вы отдаёте эликсир Эдарду, – пробормотала я.

– Не стоит. Это была грязная и весьма неприятная сцена, и я рад, что избавил вас от этого зрелища. В любом случае, – Кейран жёстко усмехнулся, – это моя битва. Вы моя союзница, но я ваш муж, и защищать вас – мой долг.

– Ну спасибо, – вздохнула я.

– Всегда к вашим услугам.

Наши взгляды встретились. Неужели в глазах Кейрана сейчас светится настоящее тепло? Да нет, должно быть, почудилось в полутьме.

Так, лучше не поднимать тему чувств. А то не успею рта раскрыть, как тут же окажусь в супружеской постели. Я почувствовала, что краснею под внимательным взглядом своего мужа, и срочно переменила тему.

– А что вы делали этой ночью? Интриговали против их величеств где-то в городе?

Кейран покачал головой.

– Я не готов делиться с вами именами и конкретными планами. Ради вашей же безопасности: пока я не уверен в успехе, вам лучше ничего не знать.

– Но я ваша союзница, – возразила я. – Вы сами это сказали!

– Пока для всех вы моя жена, и только, – последовал холодный ответ. – Красивая кукла королевской крови, как думают многие. Пусть думают. Сейчас ваша задача – освоиться при дворе, а моя как вашего супруга – защищать вас. Я посвящу вас в свои планы, когда вы мне по-настоящему понадобитесь. Кстати, как прошла ваша встреча с её величеством?

Я невольно поёжилась, вспоминая холодную ярость королевы.

– А-а-а… М-м. Кажется, я действительно начала осваиваться при дворе. И её величеству это крайне не понравилось.

Кейран сощурился в полумраке спальни. Чуть-чуть, но при виде его прохладного взгляда мне вдруг захотелось попятиться на террасу. Так, подышать свежим воздухом.

– Кажется, я не приказывал вам ссориться с королевой, – опасно спокойным тоном произнёс Кейран.

Я вспыхнула. Не приказывал он?

– Да вы права не имеете мне приказывать! – Я дёрнула штору так, что та чуть не рухнула с карниза. – Более того, вы смылись непонятно куда и оставили меня в этом… гнезде ослиц!

Лицо герцога оставалось непроницаемым.

– Ослиц?

– Ну не гадюк же, – устало вздохнула я. – Раз я до сих пор жива.

Вместо ответа Кейран неторопливо пересёк комнату и остановился в двух шагах от меня. По моей коже невольно прошла дрожь. Словно мы снова стояли в его кабинете наедине, но тогда я ещё не была его женой, а сейчас…

– Тяжело вам пришлось? – неожиданно спросил он.