Своевольная невеста

Ровно в этот момент главные двери зала распахнулись, и вошла королева Валери. Чёрное платье исчезло. На ней был роскошный белоснежный наряд, а плечи покрывал сверкающий парчовый плащ. Лёгкая тиара сменилась золотой короной.

У правого плеча королевы и чуть позади шёл герцог Брайский. Придворные склонялись перед королевой и перед ним, отшатываясь в стороны. Лица у многих были перепуганными. Среди придворных дам, приветствующих королеву с растерянными и бледными лицами, я заметила графа Холли. Тот выглядел таким же ошарашенным, как и остальные, но держался беспечно и прямо. Вот уж кто не пропадёт.

Её величество заняла место на возвышении и с высокомерным видом оглядела зал. Я вцепилась в руку мужа.

– Отныне ваша королева – я, – прозвучал её ледяной голос. – Пока Эдард болен, вы не посмеете слушаться никого другого. Соперников у меня не будет. Ввести бывшего регента!

Я безмолвно смотрела, как принца Гиллиана подвели к королеве. Он был безоружен, руки его были связаны за спиной, и его сопровождали по меньшей мере шестеро сиенцев, двое из которых, как я со злорадством заметила, выглядели изрядно помятыми: у одного был сломан нос, другой заметно хромал и держал руку на весу.

– Ваше высочество, отныне вы не регент, – издевательским тоном произнесла королева. – Вы ввели моего мужа в заблуждение и понесёте заслуженное наказание. Суд над вами состоится, когда я сочту это нужным, а пока вы посидите в казематах… принц.

– Я требую суда Ассамблеи, – холодно произнёс Гиллиан. Он также был бледен, но держался прямо и достойно. – Как принц крови, я имею на это право.

Королева расхохоталась.

– Ассамблеи? Ассамблея распущена!

По залу пронёсся изумлённый и испуганный рокот.

– Хватит неповиновения! – раздался жёсткий голос королевы. – С меня довольно! Я не собираюсь размениваться на мелочные склоки с жалкими остатками местных бездельников! Вы даже близко не можете сравниться с потомками древних родов, прибывших из великой Сиены, и вы мне надоели! – Она указала на лысоватого лорда с гильдийской торговой цепью на груди. – Гильдии? Я распущу все, если кто-то поклонится мне недостаточно низко. И упаси вас небо задержать мои налоги хотя бы на день!

Лысоватый мужчина тут же бухнулся на колени. Его супруга мгновенно рухнула рядом с ним. Вслед за ними на колени опускались новые и новые придворные.

На лице королевы появилась торжествующая мстительная улыбка.

– Привести ко мне Кейрана, – коротко приказала она, махнув рукой Брайскому. Её голос доносился до нашего убежища великолепно. – Хочу видеть этого труса на коленях у моего трона. И эту маленькую дрянь, его жену. Время настало.

– Ваше величество, – вступил граф Холли, низко кланяясь. – Они покинули зал, их ищут… но позвольте вам заметить, что может выйти некрасивая сцена. Герцогиня может не захотеть…

– Если понадобится выбить ей зубы, чтобы добиться послушания, так и будет! – отрезала королева. – Ко мне их! Немедленно!

Я не стала слушать дальше. Я повернулась к Кейрану.

И вздрогнула, увидев, как изменилось его лицо.

– Быстро к Эдарду, – отрывисто сказал он. – Я не позволю ей его прикончить.

Я уставилась на него.

– К Эдарду? Нас же поймают и прирежут по пути!

– А так прирежут его, – отрезал Кейран прежним резким тоном, которого я не слышала давным-давно. – В любом случае это безопаснее, чем оставаться здесь.

Две секунды я оторопело смотрела на него, моргая.

– Нет, – наконец сказала я. – Эдард – мерзавец, ничего хорошего от него ждать не приходится, и лучше предоставить его своей судьбе. Сам выбрал Валери, сам пусть и расплачивается.

Кейран, не слушая меня, уже быстро открывал дверь.

– Кейран! – я чуть повысила голос, хотя мы говорили очень тихо. – Не сходите с ума, я запрещаю вам куда-то отправляться! Эдард того не стоит!

Кейран закончил с потайной дверью и обернулся. На лице его играла странная улыбка, и я мгновенно узнала её: именно так он улыбался, когда я спрашивала, принял ли Родерик обратный эликсир.

– Леди Тиса, – произнёс Кейран, подняв брови. – Моя юная и наивная супруга. Неужели вас хоть на минуту обмануло моё новое лицо? Вы правда решили, что на меня подействовал эликсир?

Я открыла рот.

– Вы…

– Я дурачил королевский двор всё это время, да. – Кейран шагнул ко мне и крепко перехватил мою руку. – А теперь идёмте. Как вы поняли, приказывать мне вы больше не можете.

– И никогда не могла, – потрясённо пробормотала я. – Вы… вы правда притворялись всё это время? – Я приостановилась в дверях, поражённо глядя на него. – Но вы же выпили обратный эликсир!

Кейран устало вздохнул.

– Выпил. Как и Родерик много лет назад. И оказалось, что этот эликсир бесполезен против человека, который сам выбирает быть сильным.

– Как… как это?

– А вы не поняли? – Мой супруг устало улыбнулся. – Когда-то я насильно сделал Родерика уверенным и решительным. Я знал, что ему этого не хочется. Но со временем…

– Со временем?

– Родерик выбрал эту роль сам и вжился в неё. Больше не было никакого слабого Родерика, мечтающего снова стать мягкосердечным рубахой-парнем, вертопрахом и наивным юным принцем, как ваш Гиллиан. Был только его величество Родерик, сильный король, которого уважали. На него нельзя было надавить, его нельзя было запугать… – Кейран вздохнул. – И поить его обратным эликсиром было бесполезно. Родерик знал, что я ему предлагаю, разумеется, но это просто не сработало. Он выпил несколько глотков, его дезориентировало на пару минут, как и меня, но… – Кейран помедлил. – Что бы Родерик ни видел и ни ощущал в ту ночь, он оказался сильнее. Мы оба одолели своих демонов.

– И вы, конечно же, не сочли нужным поделиться со мной этим мелким фактом, – колко сказала я.

– Нет, потому что вы такая же наивная девчонка, каким Родерик был тогда, – последовал столь же колкий ответ. – Этот факт не спрячешь, как бы я к вам ни относился.

Кейран перешагнул порог первым и потянул меня за собой.

– Довольно разговоров, – негромко прозвучал в темноте его голос. – Я собираюсь вытащить Эдарда, чтобы лишить правление Валери хоть какого-то подобия законности. Если мы хотим победить, это необходимо.

– А Гиллиан? Что будет с ним?

– Он будет жить. – Рука Кейрана крепче сжалась в моей. – Пока королева его всего лишь арестовала. А теперь – хватит вопросов.

Всё ещё потрясённая, я последовала за ним в темноту.

…За моим мужем, который, оказывается, ни на минуту не менялся.