Один день

Целый час стоял у ее дверей, но мне так никто и не открыл. Объездил все места, где она могла находиться. Расспросил официанток, которые с ней работали, они утверждали, что она выйдет на работу только через три дня. Я терялся в догадках, мысли путались. Обессилив, все-таки вернулся домой, и как только голова коснулась подушки, замертво уснул.

— Владик, зачем ты так со мной поступил? – мама стояла на коленях и горько плакала, но вместо слез из ее глаз вытекала вязкая черная жидкость.

— Что с тобой, мам?

— Скажи, зачем ты так со мной? – она продолжала рыдать.

— Что случилось, скажи? – я упал перед ней на колени и пытался оторвать ее руки от глаз, но сил не хватало. Черная лужа становилась все больше, я сам уже сидел в ней.

— Мамочка, пожалуйста, скажи, что я сделал? – умолял я.

— Как ты мог с ней связаться, посмотри, что она со мной сделала, – мама оторвала руки от глаз, и я ужаснулся. Глаза были вырезаны, а из отверстий текла неизвестная жидкость.

— Кто это сделал?! – закричал я, готовый уничтожить обидчика.

— Ты видишь любимый, какая она черная внутри, посмотри на нее, она заслужила это, – такой родной и приятный голос прозвучал у меня за спиной. Я поднялся на ноги и оглянулся.

Света была прекрасна в своем красном платье, она непринужденно улыбалась, а в руке зажимала клинок, с которого стекало черное вещество.

— Что ты наделала, Света?! – я в отчаянии схватился за голову.

— Посмотри на нее, она черна, я просто показала тебе ее сущность, – спокойно проговорила Света.

— Ты с ума сошла! Брось нож! – это единственное что я мог ей сказать.

— Нет, теперь мы посмотрим, что у тебя внутри, милый, – я успел перехватить ее руку, но сил не хватало, чтобы одолеть. Нож нещадно приближался к моим глазам.

— Владик!

— Владик!

Я подскочил и схватил кого-то за руку. Увидев обеспокоенного отца, ослабил хватку.

— А ты силен, сынок, – улыбнулся он. - Плохой сон?

— Да так ерунда, бред какой-то, – отмахнулся я.

— Ты спишь уже сутки, пора бы и поесть.

— Так долго? – голодный желудок тут же дал о себе знать утробным рыком.

— Иди, умывайся, завтрак на столе.

Завтракал я в гордом одиночестве. Отец ушел на работу и мама тоже, но даже если бы она была дома, то все равно не обронила бы ни слова. Теперь обиды будет недели на две точно. Я знал, у мамы скверный характер, но не догадывался что настолько. В голове не укладывалось, как она могла так со мной поступить. Свету можно было понять, я виноват, и мне надо ее найти, чтобы замолить грехи.

Я положил перед собой сотовый телефон и начал гипнотизировать его глазами. Вдруг она позвонит сама. Надеяться на это глупо, поэтому я взял телефон в руки и собрался набрать Свете. Вдруг на дисплее увидел дату семнадцатое июля. Сегодня у нее день рождения! Это мой шанс! Сегодня или никогда.

Я стал думать, что ей подарить. Сидя на кровати, я рассматривал фотографию из дельфинария и в этот момент меня осенило.

Мне несказанно повезло, в одном из ювелирных магазинов смог купить то, что искал. Это был золотой кулон в форме дельфина, к которому я подобрал подходящую цепочку.

По пути к дому Светы купил букет белых орхидей и вложил в него открытку с поздравлениями и извинениями за все что произошло. Окрыленный надеждой, я поднялся по ступенькам на четвертый этаж и с замиранием сердца коснулся звонка.

После громкой птичьей трели передо мной открылась дверь.

— Что ты здесь делаешь, Денис?! – у меня руки покрылись холодным потом.

— А ты что здесь делаешь, Влад? – я был готов убить его на месте, но рядом с ним появилась Света, и мой гнев стих.

— Привет, – прошептал я.

— Привет, – опустив глаза в пол, ответила она. Я протянул ей букет и спрятанный в нем подарок через порог.

— С днем рождения, – грустно сказал я, пытаясь заглянуть в озера ее глаз, в надежде увидеть в них теплоту и надежду на то, что все будет хорошо.

— Нет, не стоит, Влад, я.. – она не хотела брать в руки букет, и старалась не смотреть на меня.

— Пожалуйста, возьми, – настаивал я. Света протянула трясущиеся руки и прижала букет к груди, не поднимая глаз.

— Слушай, ну подарил и иди уже, – нетерпеливо высказал Денис. В этот миг Света подняла взгляд, и я утонул в голубом омуте сожаления и боли. Я искал хоть малую крупицу той любви, что совсем недавно казалась реальной, но, к сожалению не нашел.

— Я люблю тебя, – прошептал я, не отводя от нее взгляд. Света в растерянности застыла на месте. Я ждал того мгновения, когда она бросится в мои объятия, но, так и не дождавшись, бегом спустился по лестнице.

— Даже чаю не попьешь? – съязвил мне вслед Денис.

— Да пошел ты! – на ум приходили только местоимения и все они хорошо сочетались с образом Дениса.

В душе я ощущал злобу, предательство, любовь и пустоту одновременно. Меня просто переполняли чувства. Как будто вырвали кусок сердца из груди, по крайней мере, боль была примерно такой же. Мои страхи воплотись в жизнь, я потерял ее и борьбу продолжать не хотел. Бороться уже не за что. Она осознанно сделала свой выбор. Видимо, я недостоин ее любви. Мне больше не хотелось врываться в ее жизнь и разрушать все мечты, хотя она разрушила мои в пух и прах. Мне не хотелось мстить. Единственное, чего желал – раствориться в воздухе, стать бесчувственной пылинкой, больше не знать ни любви, ни счастья. Я безмолвно спрашивал Бога, зачем он одарил меня способностью так сильно любить человека? Почему не создал меня бесчувственным роботом? Спрашивал, но так и не получил ответа.

Я отправился зализывать раны домой. Просто лежал на кровати, уставившись на ее фотографию. Что я хотел на ней увидеть, не знаю. Просто находился в своем внутреннем мире, отрешенно наблюдая, как моя душа разрывается на части и уносится к ней. Вырвав меня из своей жизни, она забрала с собой все хорошее, что у меня было внутри. Вдруг захотелось стать беспощадным убийцей, коем меня считали в моих снах.

Вот и все - это конец, осознал я, когда за окном стало совсем темно. Но все же оставил напоминание о боли. Вставив фотографию в рамку, поставил ее на самое видное место компьютерного стола. В тот момент я подумал, что хуже уже некуда и жизнь окончена.

Медленно приоткрылась дверь, и в комнату вошла мама.

— Владик, ты совсем ничего не ел, да и Челси надо выгулять, – я удивился, что она так быстро со мной заговорила, но именно с ней мне разговаривать не хотелось.

— Почему ты молчишь? Что-то случилось? – нежным и тонким голоском спросила мама. Я ничего не отвечал, просто смотрел на фотографию.