Смертельная смена

Он порылся в ящике своей тумбочки, разблокировал свой мобильный телефон и швырнул его мне:

— Уходи в роуминг на полную.

Дома был уже день. Моя мать сняла трубку, её голос звучал неуверенно, так как она не узнала номер Ашера.

— Эй, мам? Это я. Угадай что…

Она начала визжать еще до того, как я успела закончить фразу. Стоило ей услышать слово «ребенок», как её прорвало, и это было кстати, потому что сразу после этого связь оборвалась.

— Мам? Мам?

Я попыталась набрать номер заново и обнаружила, что не могу; сеть полностью пропала. Я вернула Ашеру его телефон. Он попробовал еще раз, а когда ничего не вышло, лишь пожал плечами:

— Мы, скорее всего, отошли слишком далеко от берега.

— Ей хватило и того, что она услышала. Она, вероятно, будет ждать нас прямо у причала. Сжимая в руках сумку для подгузников и список дальних родственников, которых она непременно захочет пригласить на наш праздник в честь будущего малыша.

— Я слышал её ор даже отсюда. — Он ухмыльнулся и сел рядом со мной. — Как ты себя чувствуешь?

— Если не считать тошноты — хорошо. Думаю. — Я потратила мгновение, чтобы прислушаться к себе. Я стану мамой. Мамой… Я посмотрела на него широко раскрытыми глазами. О мой бог. Это было по-настоящему.

Ашер наблюдал за моей паникой.

— Ты уверена?

— Ага. Думаю.

Мир вокруг меня, однако, стремительно сужался. Я чувствовала себя так, словно оказалась в туннеле, и далекий выход из него становился всё меньше и меньше. Он закинул руку мне на плечо и крепко прижал к себе.

— Бояться — это совершенно нормально. Но всё будет просто отлично.

— Откуда ты знаешь?

Он лучезарно улыбнулся мне сверху вниз:

— Потому что сейчас еще слишком рано для тебя, да и для нас обоих, чтобы успеть хоть что-то испортить. Об этом сейчас даже переживать не стоит.

— Но что если я всё равно накосячу? Ну или… позже?

Вся глубина восемнадцати лет грядущей ответственности и последующей жизни растянулась передо мной, точно бескрайнее открытое шоссе. Он состроил нелепую рожицу:

— Этого не случится, Эди.

— Ну а вдруг?

— Тогда я буду рядом, чтобы помочь тебе всё раскосячить обратно, — ответил Ашер, и я медленно кивнула, заставляя себя согласиться с его словами. Я знала, что он говорит искренне. Но я также прекрасно знала свою склонность портить вещи.

— Неужели ты серьезно переживаешь об этом на таком раннем этапе игры? — продолжил он. — Не заставляй меня списывать всё на гормоны так быстро.

Я глубоко вдохнула и задержала дыхание на секунду дольше положенного, чтобы выгадать себе время на размышления.

— Ты прекрасно знал, что я параноик от природы, когда начинал со мной встречаться. Не просто знал, а знал наверняка. — Я пошевелила пальцами между нами, намекая на его прошлую чертовщину.

— Знал, — согласился он. — И это по-своему очаровательно, хоть и совершенно излишне.

— А вдруг я окажусь отстойной матерью? — Я ткнула пальцем в свой живот, словно существо внутри могло ткнуть меня в ответ.

— Ты сейчас серьезно? — Ашер отстранился, чтобы посмотреть на меня так, будто я подхватила какую-то заразу.

— Полностью. Что если я пущу их жизнь под откос? Что если они будут меня ненавидеть?

— Эди, — сказал он, отмахиваясь от моих слов покачиванием головы, и его голос стал тише. — Нет ни единого шанса, что такое произойдет.

— Ты ведь знаешь меня. Я имею в виду — ты на самом деле знаешь меня, Ашер. Это будет далеко не первая вещь, которую я испортила…

Где-то под ложечкой росло гнетущее чувство, и я не понимала, то ли это очередной приступ тошноты, то ли просто подступила желудочная кислота. Я прижала ладонь к груди, чтобы унять это ощущение. Рука Ашера последовала за моей, переплетая свои пальцы с моими.

— Никто в этой жизни не получает никаких гарантий. И пускай ты бываешь безрассудной, но я точно знаю, что ты стараешься сильнее, чем кто-либо другой. Если кто и способен со всем этим справиться, так это мы с тобой. Мы ведь одна команда. Ладно?

Я лихорадочно закивала, словно отчаянно пыталась убедить саму себя, и сделала несколько глубоких вздохов.

— Спасибо.

— Я люблю тебя. — Он внезапно поднялся, увлекая меня на ноги вслед за собой. — Я ведь никогда никого по-настоящему не любил до того, как встретил тебя.

— Это всё потому, что ты был слишком занят тем, что просто использовал их, — брякнула я вслух своим внутренним голосом, который почему-то вырвался наружу.

Ашер выглядел искренне уязвленным, плотно сжав губы.

— О господи. Видишь? Вот об этом я и говорю. Я постоянно это делаю. Я вовсе не хочу обидеть, но всё равно делаю это. Иногда. Я как будто даже ничего не могу с собой поделать. И я буду выдавать подобные вещи на всех школьных родительских собраниях. Ближайшие восемнадцать лет.

Болезненная гримаса на его лице сменилась мягким раздражением, а затем он громко рассмеялся:

— И при всем этом я всё равно люблю тебя. Вопреки всему. А может быть, именно из-за этого.

Я прикусила внутреннюю сторону губ, пока не успела ляпнуть что-нибудь еще. В следующую секунду он опустился на колени прямо предо мной.

— Эди, давай поженимся.